Сообщество Империал: Государство Ахеменидов - Сообщество Империал

  • Поиск
  • Законы
  • Сообщество
  • Репутация
  • Экономика
  • Больше

Государство Ахеменидов
Политическая и военная история

  • 27 Страниц
  • Первая
  • 22
  • 23
  • 24
  • 25
  • 26
  • 27

Magnus_Maximus

    3 784

    3

    0

    467

    629
  • Статус:Всадник

Дата: 13 Август 2013, 11:20

Achaemenid Campaign and Battle Orders

Война с Мидией (ок. 553-550 гг.)
Война длилась три года и велась с переменным успехом. Изначально в роли агрессора выступали персы, но в решающей кампании атаковал именно Астиаг, хотя и неудачно. Строительная надпись времен Нововавилонского царства («Сиппарский цилиндр Набонида», I.26-33) сообщает, что на третьем году правления этого царя (553 г.) [1] Кураш (Кир), царь Аншана, поднялся против мидян («умман-манда»), со своим малым войском рассеял многочисленные армии врагов и захватил Мидию и ее царя Иштумегу (Астиага). Вавилонская летопись («Хроника Набонида», II.1-4) утверждает, что в 550/549 г. Астиаг «собрал (свое войско) и выступил против Кира, царя Аншана, чтобы завоевать (его страну)... Войско возмутилось против Астиага, и он был взят в плен. Его передали Киру... Кир выступил против Экбатан» и захватил город.
Пересказ иранских преданий в греко-римской традиции (Hdt., I.127-130; FGrHist 90 F 66; Just., I.6.8-16 = Oros., I.19.8-10; Polyaen., VII.6.1; 9; etc.) упоминает несколько сражений (включая неудачи персов – три, по версии Полиэна и Николая Дамасского) до победного для Кира исхода войны (победа при Пасаргадах – Strab., XV.3.8) [2]. Геродот и Юстин сообщают только о двух битвах (обе – успешные для персов), объясняя успех в первой разложившей мидийскую армию пропагандой Гарпага, командующего армией знатного мидянина и тайного сторонника Кира. (Напротив, вавилонская хроника утверждает, что массовый переход к противнику имел место в последнем сражении.) Николай Дамасский (FGrHist 90 F 66.31; по Ктесию) определяет силы сторон следующим образом: 1 млн. пехоты, 200 тыс. всадников и 3000 колесниц (Астиаг); 30 тыс. пельтастов, 5000 всадников и 100 серпоносных колесниц (Кир). Цифры, разумеется, легендарны, равно как и характеристики «родов войск» [3]. Не раз отмечалось, что традиционная картина трехлетней войны может быть неточной [4], но и вся письменная традиция об этом конфликте не производит впечатления быстро завершившейся схватки двух государств.
С падением Мидии как независимого царства началась эпоха владычества Ахеменидов.

1. Ср.: Drews R. The Fall of Astyages and Herodotus’ Chronology of the Eastern Kingdoms // Historia. 1969. Bd. 18. Hf. 1. S. 3-4.
2. Согласно Полиэну, это был решающий успех: «Персы снова побежали. Но поскольку они увидели детей и жен, страдая за них, повернули назад и, беспорядочно преследующих мидян обратив в бегство, одержали такую великую победу, что Киру более не нужно было другого сражения с ним». Николай Дамасский (очевидно, как и в конспекте у Полиэна, источником выступал Ктесий) уточняет, что персы после продолжительных боев были оттеснены на вершину горы, где, пристыженные своими женами (о том же: Polyaen., VII.45.2), снова бросились на врагов и выбили их с горы. (Согласно Юстину, причиной первоначального успеха мидян были «заградотряды», поставленные Астиагом в тылу своей армии.) Однако, вопреки Юстину и Полиэну, по Николаю этот бой не был последним сражением – Астиаг был еще раз разбит позднее, после чего его войско стало разбегаться, дезертируя к Киру, и царь мидян был окончательно побежден в новой битве и взят в плен. О репрессиях Астиага в армии после поражений: Diod., IX.23.
3. О построении персов в первой битве (не считая случившуюся ранее кавалерийскую стычку при Гирбе) Николай говорит, что на Кир «на правом фланге поставил Атрадата [отец Кира в этой версии], а на левом – Ойбара [сподвижник и военачальник Кира], сам же занял центр вместе с отборными персидскими воинами» (FGrHist 90 F 66.34). Об Ойбаре см.: Waters M. The Oibaras Saga in Ctesias // Ktesias’ Welt / Ctesias’ World. Wiesbaden, 2011. S. 489-498.
4. См., например: Грантовский Э.А. Иран и иранцы до Ахеменидов. Основные проблемы. Вопросы хронологии. М., 1998. С. 171; Michels C. Cyrus’ II campaigns against the Medes and the Lydians // Herodot und das Persische Weltreich / Herodotus and the Persian Empire: Akten des 3. Internationalen Kolloquiums zum Thema «Vorderasien im Spannungsfeld klassischer und altorientalischer ?berlieferungen». Innsbruck, 24.-28. November 2008. Wiesbaden, 2011. S. 694.

Война с Лидией (540-е гг.)
Точная хронология этой войны неясна: согласно Геродоту, Крез, царь Лидии, готовился к конфликту с Персией уже около 549 (?) г. – до пожара в Дельфах, случившегося в 548/547 г. (Hdt., I.50; Paus., X.5.12) [1]. Но ход самой войны достаточно хорошо известен. Крез, перейдя пограничную реку Галис, вторгся в Каппадокию и у крепости Птерия (ныне, видимо, Керкенес Даг на северной оконечности Каппадокийской равнины, в центре Турции) [2] вступил в бой с более многочисленным войском Кира II – персы и воины всех народностей, через земли которых он прошел. (Исходя из сообщения Диодора [Diod., IX.31.3], Кир с армией находился у проходов в Каппадокию еще до начала войны.) Исход ожесточенного сражения остался неясным (по иной традиции, победа или Кира [3], или Креза, имевшая место в середине зимы: Justin., I.7.3; Polyaen., VII.8.1-2; FGrHist 250 F 11), но в итоге отступил Крез (Hdt., I.75-77; Diod., IX.31.3).
Вскоре Кир внезапно появился под Сардами, столицей Креза (который распустил своих наемников/союзников, не ожидая нового наступления персов), и на большой речной равнине близ города состоялось второе сражение. Дабы нейтрализовать многочисленную конницу противника, персидский царь выставил впереди пехоты (за которой следовало прочее войско) всех обозных верблюдов, посадив на них воинов. Кони лидийцев при виде верблюдов взбесились и бежали (рассеяв собственную пехоту), хотя всадники спешились и продолжили бой. Но в конечном итоге Крез был разбит и с остатками войска укрылся в Сардах (Hdt., I.79-80; Front. Strat., II.4.12; Polyaen., VII.6.6; Xen. Cyr., VII.1.27). Через 14 дней персы взяли нижний город и акрополь (благодаря случайности, военной хитрости [Polyaen., VII.6.10; Tzetz. Chil., I.93] или измене). Крез, скорее всего, покончил с собой при падении Сард, совершив самосожжение [4].

1. Война случилась около 546, или 545, или 544, или 542/541 г. В любом случае, традиционная дата для персидского вторжения, май 547 г., ни на чем не основана (Cargill J. The Nabonidus Chronicle and the Fall of Lydia // AJAH. 1977. Vol. 2. P. 97-116; Michels C. Cyrus’ II campaigns against the Medes and the Lydians... S. 697). Собственно, вслед за Юстином (= Помпеем Трогом), высказывались даже версии о проведении Лидийской кампании после завоевания Вавилона: Rollinger R. Herodots Babylonischer Logos. Innsbruck, 1993. S. 188-197; Schaudig H. Die Inschriften Nabonids von Babylon und Kyros’ des Gro?en samt den in ihrem Umfeld entstandenen Tendenzschriften. M?nster, 2001. S. 25. Anm. 108. О правильном прочтении соответствующего отрывка «Хроники Набонида» (где слог LU не прослеживается) см. в рецензии на работу Р. Роллингера: Oelsner J. // Archiv f?r Orientforschung. 1999-2000. Bd. 46-47. S. 378-380.
2. Draycott C.M., Summers G.D. Kerkenes Special Studies 1. Sculpture and Inscriptions from the Monumental Entrance to the Palatial Complex at Kerkenes Da?, Turkey. Chicago, 2008. P. 4, 71; Michels C. Cyrus’ II campaigns... S. 695; Summers G.D. The Identification of the Iron Age City on Kerkenes Da? in Central Anatolia // JNES. 1997. Vol. 56. № 2. P. 81-94; Idem. The Median Empire Reconsidered: A View from Kerkenes Da? // Anatolian Studies. 2000. Vol. 50. P. 58, 69; Tuplin C. Medes in Media, Mesopotamia, and Anatolia: Empire, Hegemony, Domination or Illusion? // Ancient West & East. 2004. Vol. 3. № 2. P. 238-242, 247-248. Раскопки показали, что (вопреки ранним гипотезам Д. Саммерса) Керкенес, по всей вероятности, был городом фригийцев, а не крепостью мидян.
3. В пользу этой версии: Radet G. La Lydie et le monde grec au temps des Mermnades. P., 1893. P. 247. Он же локализует место второй, решающей битвы с Крезом (где применялись верблюды), под Адалой, на правом берегу Герма (Ibid. P. 249).
4. Гибель Креза: Грантовский Э.А. Иран и иранцы до Ахеменидов... С. 210-243; Evans J.A.S. What Happened to Croesus? // CJ. 1978. Vol. 74. № 1. P. 34-40; West S. Croesus’ Second Reprieve and Other Tales of the Persian Court // CQ. 2003. Vol. 53. № 2. P. 418-421. Ср.: Duplouy A. Le b?cher de Cr?sus. Exploitation et transformation d’une tradition iconographique et textuelle ? travers le Ve si?cle // Rivista di filologia e di istruzione classica. 2000. Vol. 128. P. 21-37.

Война с Нововавилонским царством (539 г.)
В месяце ташриту (27.IX – 27.X) Кир с большой армией вторгся в пределы Нововавилонского царства, и под Упу (Опис) на западном берегу Тигра вступил в сражение с армией царя Набонида, одержав победу. 14-го ташриту (10 октября) Кир захватил Сиппар без боя. Вавилонская армия, похоже, отступила («бежала») на юг от Сиппара. Но Кир, с персидской армией удерживая вавилонян, отправил в тыл противника войско наместника Гутиума Угбару (с началом военных действий перешел на сторону Кира). 16 ташриту (12 октября) Угбару (вместе с персидским отрядом) вступил без боя в Вавилон. Набонид вернулся в столицу (очевидно, надеясь отбить город), но Вавилон уже контролировался противником и Набонид был схвачен. Однако, вавилонская армия, очевидно, оставалась в участке между Сиппаром и Вавилоном, и на ее нейтрализацию у персидского царя явно ушло немало времени – он вступил в Вавилон только 29 октября. Кир назначил Набонида правителем Кармании, но казнил его сына и наследника Бел-шар-уцура (Валтасар) [1].

1. События изложены по вавилонским источникам (прежде всего, «Хроника Набонида» и, отчасти, Беросс). Библейская традиция и греко-римские авторы предлагают иные, не имеющие серьезного значения, версии падения Вавилона (но ср.: Vanderhooft D. Cyrus II, Liberator or Conqueror? Ancient Historiography concerning Cyrus in Babylon // Judah and the Judeans in the Persian Period. Winona Lake, 2006. P. 351-372). О подготовке Набонида к отражению вторжения см.: Beaulieu P.-A. An Episode in the Fall of Babylon to the Persians // JNES. 1993. Vol. 52. № 4. P. 241-261; Zawadzki S. The End of the Neo-Babylonian Empire: New Data Concerning Nabonidus’s Order to Send the Statues of Gods to Babylon // JNES. 2012. Vol. 71. № 1. P. 47-52.

Война с массагетами (осень 530 г.)
Чтобы защитить северо-восточные границы царства от сакских набегов (?), Кир предпринял поход против массагетов. Но, перейдя Аракс (= Окс; Амударья) и одержав сначала успех над отрядом кочевников, в генеральном сражении с главными силами противника (возглавляемыми их царицей Томирис) – гористая местность на восточном берегу Окса близ Аральского моря (район Большого Балхана?) – его войско было разбито (потеряв якобы 200 тыс. чел.), а сам Кир убит (видимо, ноябрь 530 г.; о его смерти стало известно в Вавилонии уже после 4 декабря) [1].
В этой битве массагеты, видимо, умело использовали тактику ложного отступления. Постепенно отступая в «притворном страхе» и, наконец, заманив врагов в хорошо знакомые им горные теснины, массагеты, неожиданно повернув фронт, вместе с отрядом, бывшим там в засаде, атаковали персов и, используя природные условия местности, одержали победу (Front. Strat., II.5.5; Jord. Get., 61-62 – «захватили у них богатую добычу; тогда-то готское племя впервые увидало шелковые шатры»; Just., I.8.10-11; Oros., II.7.4-5 – «не осталось даже вестника, который бы сообщил [персам] о столь великом несчастье»). Как пишет Геродот, «эту битву я считаю самой жестокой из тех битв, которые были у варваров... Говорят, что вначале, находясь на расстоянии, они стреляли друг в друга из луков, а затем, когда стрелы у них вышли, они, бросившись друг на друга, бились врукопашную копьями и кинжалами. Сражаясь, они стойко держались в течение долгого времени, и ни те, ни другие не желали спасаться бегством, но в конце концов массагеты одержали верх» (Hdt., I.201-214).
Другие источники называют врагов Кира в этой кампании не массагетами, а дахами (Беросс (FGrHist 680 F 10) говорит, что Кир был убит в долине Даас – долина дахов восточнее Каспийского моря?) либо дербиками [2] с поддержкой индийцев (и их боевых слонов). Согласно последней версии (Ктесий – Ctes. Pers., 7-8), «дербики поместили слонов в засаду и обратили конницу Кира в бегство. Сам Кир упал с коня, и индиец… поразил упавшего Кира дротиком ниже тазобедренного сустава, и это стало причиной его смерти». Раненого Кира вынесли из боя и персы отступили в лагерь; с обеих сторон пало по 10 тыс. чел. Но прибыли сакские союзники персов (20 тыс. всадников Аморга), и дербики были разбиты, потеряв 30 тыс. чел. и своего царя (персы же лишились 9 тыс. чел.). Кир, заключает Ктесий, умер на третий день от раны. По Диодору (Diod., II.44.2), Кир был захвачен и казнен царицей скифов; согласно Полиэну – Томирис воспользовалась тем, что персы, после обильных ночных угощений, легли спать, напала на них и перебила спящих вместе с самим Киром (Polyaen., VIII.28; видимо, путаница с рассказом Геродота о разгроме персами части массагетов: Hdt., I.207; 211; Strab., XI.8.6). Онесекрит и Ксенофонт передают версию о кончине Кира по естественным причинам.
С учетом всех вышеизложенных вариаций [3], а также того, что и сам Геродот (Hdt., I.214), считая самым правдоподобным изложенный выше рассказ о гибели царя в сражении, при этом признавал существование «многочисленных» иных версий смерти Кира, нельзя быть полностью уверенными даже в том, что основатель Империи умер в ходе военного похода [4].

1. Последний известный вавилонский документ правления Кира: Дандамаев М.А. Камбиз – царь Вавилона // Он же. Месопотамия и Иран в VII-IV вв. до н.э. Социальные институты и идеология. СПб., 2009. С. 80-81. Традиционная версия (между 12 и 31 августа 530 г.): Kuhrt A. Ancient Near Eastern History: The Case of Cyrus the Great of Persia // Proceedings of the British Academy. 2007. Vol. 143. P. 113; Waters M. Cyrus and the Achaemenids // Iran. 2004. Vol. 42. P. 100. Not. 17.
2. Дербики – племя в Центральной Азии, входившее в союз массагетских племен (?) и граничащее с гирканцами (севернее от них) и тапурами (Strab., XI.8.8; по Эратосфену), хотя Помпоний Мела (Mela, III.39) ставит их ближе к амардам, чем к гирканцам. Как утверждает далее Ктесий, Кир перед смертью назначил Спитака сатрапом дербиков. Если следовать исправлению Гедике в рукописях Курция, 40 тыс. пехотинцев и 2000 всадников дербиков явились в войско Дария III перед битвой при Иссе (Curt., III.2.7; 333 г.). У большинства из них были копья с медными или [в рукописях вместо aere aut стоит herebant] железными наконечниками, у некоторых же – древки, обожженные на огне. Однако, есть и другой вариант исправления текста: заменить «дербики» на «марды». Наконец, возможно, что «дропики» Геродота (Hdt., I.125; перечень персидских племен) идентичны дербикам. И.В. Пьянков и М. Ольбрыхт считают, что дербиков следует причислять к массагетам, преимущественно – к юго-западной части массагетского племенного объединения.
3. О других противниках Кира, названных в источниках, см.: Иванчик А.И. Накануне колонизации. Северное Причерноморье и степные кочевники VIII-VII вв. до н.э. в античной литературной традиции: фольклор, литература и история. М.; Берлин, 2005. С. 48; Пьянков И.В. К вопросу о маршруте похода Кира II на массагетов // ВДИ. 1964. № 3. С. 120.
4. Гибель Кира: Sancisi-Weerdenburg H. The death of Cyrus: Xenophon’s Cyropaedia as a source for Iranian history // Papers in Honour of Mary Boyce. Vol. II. Leiden, 1985. P. 459-471.

Вторжение в Египет (526/525 г.)
Камбиз, сын Кира, с армией и флотом из «всех» покоренных персами народностей (в надписи Уджахорреснета – «чужеземные народы из всех чужеземных стран»), включая вавилонян, ионян, самосцев, эолийцев и киприотов, двинулся на юг к Газе. Там ему помогли перейти безводную пустыню арабы-кочевники. В мае/июне 525 г., миновав озеро Сербониду (ныне Сабхат Бардавил), персы достигли Пелусия (в устье Дельты, восточная граница Египта; ныне Телль Фарама). Здесь их поджидало войско Псамметиха III (II), включавшее эллинских и карийских наемников. Египтяне и наемники атаковали первыми (неясно, кто был в первых рядах: судя по Геродоту, наемники, а согласно Полиэну – египтяне). После жаркой битвы, когда с обеих сторон пало много воинов (по Ктесию – 7000 персов и 50000 египтян), армия Псамметиха была обращена в бегство, отступив к Мемфису. Персы осадили город, и египтяне после долгой осады вынуждены были сдаться (Hdt., II.1; III.1-16; FGrHist 609 F 2-3b; Diod., I.68.6; X.14.2; Polyaen., VII.9; Ctes. Pers., 10). С июня/июля 525 г. отсчитывалось правление Камбиза как фараона Египта [1].

1. По другой версии, завоевание имело место между январем и мартом 525 г. В недавней работе доказывается, однако, иная дата – начало 526 г. (Quack J.F. Zum Datum der persischen Eroberung ?gyptens unter Kambyses // Journal of Egyptian History. 2011. Vol. 4. P. 243).

Умиротворение империи Дарием I (522-517 гг.)
29 сентября 522 г. произошел дворцовый переворот, в результате которого на персидский трон взошел Дарий, сын Виштаспы (Гистаспа). Сразу же начались мятежи в Эламе (волнения быстро подавлены) и Вавилонии. Дарий выступил на Вавилон и, форсировав Тигр, дал бой войску царя-самозванца Навуходоносора III, наголову разбив его 13 декабря. Второе сражение, тоже успешное для Дария, состоялось у города Зазана на Евфрате 18 декабря; пленных не брали, остатки войска мятежников были оттеснены в реку. Вавилон был захвачен, самозванец казнен.
Затем восстали Персия, Элам (мятеж первоначально подавлен с привлечением местных ресурсов), Мидия, Ассирия, Армения, Египет (умиротворен лично Дарием, видимо, в 518 г.), Парфия, Арахозия, Маргиана, Саттагидия, страна саков, снова Вавилония [1]. Последовали операции царских войск против бунтующих областей:
1) Перс Ваумис с царским войском отправлен в Армению. Он разбил мятежников в области Изала в Ассирии (31 декабря 522 г., убив 2034 чел.) и в области Аутиара в Армении (11 июня 521 г., убив 2045/2046 и взяв в плен 1558/1578 чел.).
2) Персидский царь-самозванец Бардия отправил в Арахозию войско, которое разбил верный Дарию местный сатрап перс Вивана при Капишаканише (29 декабря 522 г., убив 4570 чел. и более 3700 чел. взяв в плен) и в местности Гандутава (21 февраля 521 г.).
3) Сатрап Бактрии перс Дадаршиш отправлен в Маргиану и разбил там мятежников (10 декабря 522 г., убив 55243 и взяв в плен 6572/6972 чел.)
4) Перс Видарна (Гидарн) с царским войском отправлен в Мидию и разбил мятежников у города Маруш 12 января 521 г., убив 3827/5827 и взяв в плен 4329 чел.
5) Отец Дария Виштаспа (Гистасп) у города Вишпаузатиш в Парфии разгромил мятежников-парфян (8 марта 521 г., убив 6346 и захватив в плен 4346 чел.), а после прибытия персидских подкреплений от Дария разбил парфян при Патиграбане (11 июля, убив 6570 и пленив 4192 чел.).
6) Царь Дарий отправился с персидским войском в Мидию, где разбил при Кундуруше царя-самозванца Фравартиша 8 мая 521 г. (убив 34425 и взяв в плен около 18000 мидян).
7) Одновременно с выступлением Дария в Мидию, перс Артавардия с персидским и мидийским войском отправлен в Персию и разбил царя-самозванца Бардию при Рахе (24 мая 521 г., убив 4404 чел.) и у горы Парга (15 июля, убив 6246 и взяв в плен 4464 чел.).
8) Армянин Дадаршиш с царским войском отправлен в Армению и разбил мятежников в Зузахии (20 мая 521 г., убив 427 чел.), у Тигры (30 мая, убив 546 и взяв в плен 520 чел.) и при Уяве (20 июня).
9) Мидиец Тахмаспада с персидским и мидийским войском отправился в Сагартию и разбил мятежников (12 октября [15 июля?] 521 г.).
10) Перс Виндафарна (Интаферн) с войском отправлен в Вавилонию и 27 ноября 521 г. разбил мятежников царя-самозванца Навуходоносора IV (около 2500 чел.).
11) В 520 г. перс Гаубару (Гобрий) отправлен в Элам и разгромил мятежников в битве.
12) В 519 г. царь Дарий отправился против саков тиграхауда и разбил их в битве.
Следует отметить, что практически единственный источник об изложенных выше событиях – Бехистунская надпись Дария I, составители которой, понятно, совершенно не заботились тактическими деталями всех сражений. Что до характеристики источника, то вызывает сомнение непрерывная череда побед (в общей сложности девятнадцать, включая «битву» с Гауматой/Смердисом) и полное отсутствие даже намеков на неудачи. А таковые (равно как и столкновения с неясным исходом) несомненно имели место (примером могут послужить первоначальные действия Дадаршиша в Армении). Наконец, некоторые цифры о потерях мятежников явно значительно завышены.

1. Попытки найти в источниках указания на имевший тогда же место мятеж в Иудее не столь убедительны.

Скифский поход Дария I (ок. 514/513 г.)
Царь Дарий, собрав персов и «все [племена], над которыми властвовал» (будто бы 700 тыс. пеших и конных воинов (Hdt., IV.87; Just., II.10.18), по Ктесию даже 800 тыс. чел. (Ctes. Pers., 17) – очередное фольклорно-трафаретное число для определения персидского войска у греков), выступил в поход на причерноморских скифов («заморских скифов»). Для охраны моста через Истр (Дунай) царь оставил ионийские контингенты.
Скифы, не вступая в бой, отступили, применяя тактику выжженной земли. При столкновениях с персидскими фуражирами «конница скифов всегда обращала в бегство конницу [Дария], а спасшиеся бегством всадники персов устремлялись к пехоте, и пехота приходила [им] на помощь. Скифы же, отбросив конницу, поворачивали назад, боясь пехоты. Подобные нападения скифы совершали и по ночам». В конечном итоге, убедившись в бесполезности преследования кочевников, царь, оставив (на верную смерть) наиболее слабосильный элемент своей армии в лагере, ночью ушел обратно к Истру с отборной частью войска.
Впрочем, скорее всего, рассказ Геродота о Скифском походе по большей части вымысел (даже Ктесий пишет о походе продолжительностью всего 15 дней), и Дарий дошел только до области гетов за Дунаем, которых успешно покорил (Hdt., IV.83-143; Polyaen., VII.11.4; Strab., VII.3.14) [1]. Точная хронология похода неясна (в период между 520 и 507 гг.) и вызывает в историографии споры [2].

1. Нейхардт А.А. Скифский рассказ Геродота в отечественной историографии. Л., 1982. C. 158-159. Ср.: Алексеев А.Ю. Хронография Европейской Скифии VII-IV веков до н.э. СПб., 2003. С. 162-163.

2. Обсуждение даты похода см., например: Archibald Z.H. The Odrysian Kingdom of Thrace. Oxford, 1998. P. 79-81; Asheri D., Lloyd A., Corcella A. A Commentary on Herodotus Books I-IV. Oxford, 2007. P. 545, 573, 693.

Саламин (начало лета 497 г.?)
Предводитель мятежников-киприотов царь Саламина Онесил осадил верный персам город Амафунт. «Большая» персидская армия Артибия, собранная в Киликии, высадилась на острове и вступила в бой с киприотами на обширной равнине у Саламина (ныне Фамагуста). Артибий с персами стоял напротив Онесила с отборными воинами из саламинцев и солийцев, остальные войска киприотов – против других отрядов противника (включавших, быть может, отряд из Амафунта и киликийцев). Численность армий обеих сторон в действительности вряд ли была велика.
Когда начался бой [1], Артибий пал в поединке с Онесилом и его карийским оруженосцем. Но в разгар рукопашной схватки войско Стесенора, царя Курия, и вслед за ними колесничие (знать) Саламина перешли на сторону персов, решив тем самым исход сражения. Погибли Онесил, царь Сол Аристокипр и многие киприоты. Тем не менее, в произошедшем одновременно морском сражении финикийской и ионийской эскадр (у мыса Сен-Андре?), победа досталась грекам, союзникам мятежников Кипра (Hdt., V.108-113).

1. «Первая из тех великих сдвоенных битв на суше и на море, которым предстояло определять ход греко-персидского вооруженного конфликта на протяжении последующих пятидесяти лет» (О. Мюррей).

Завершение усмирения Ионии: Марафон (10 августа или 9/11 сентября 490 г.)

Война с западными варварами: вторжение в Грецию (480 г.)

Платеи (479 г.)

Микале (479 г.) [1]
Вероятно, примерно одновременно с Платеями произошла битва у горы Микале в Ионии, раздутая Геродотом в великое сражение. Другие греческие авторы – прежде всего Фукидид (Thuc., I.23.1; 89.2) – очевидно, не придавали этому бою сколько-нибудь самостоятельное значение.
Эллинский флот (250 триер [2], под началом спартанского царя Леотихида II и афинянина Ксантиппа), получив известие от самосцев о готовности ионян восстать против персов, отплыл с Делоса на Самос. Персы (едва ли более 100 кораблей), узнав о приближении эллинов, отступили к материку под защиту сухопутного войска (будто бы 60 тыс. чел. во главе с Тиграном и Мардонтом) у Микале. Персидский флот, миновав храм Деметры и Персефоны в Микале, прибыл к Гесону (ручей южнее горы Микале, по другой версии – город) и Сколопоиде (местечко на восточном берегу Гесона?), где стоял храм Деметры Элевсинской – западнее Приены. Там [3] персы вытащили корабли на берег, окружили их укреплением из камней и срубленных стволов деревьев, а кругом этого вала поставив еще частокол (отсюда Сколопоида и получит позднее свое название), выстроили вдоль берега свое войско и приготовились к бою. (Диодор пишет только о частоколе, но добавляет, что кругом него персы прорыли глубокий ров.) [4]
Эллины высадились на берег и построились там в боевых порядках. Поскольку на греческой триере находилось примерно по 10 гоплитов-эпибатов [5] (судя по поздней практике, еще четверо лучников, а также команда – примерно 10-15 чел. командного и технического персонала и от 50-60 до 170 гребцов), это дает, самое большее, до 3500 воинов для десанта. Поэтому: либо эллины погрузили на корабли дополнительные войска, либо использовали в качестве гребцов еще и воинов, либо вооружили и привлекли для десанта гребцов и моряков своего флота [6]. Однако, Д. Коуквелл подчеркивает: «Ничто из сказанного не заставляет нас думать, что греческие силы не были чисто морскими» и представлены всего лишь 2-3 тыс. морской пехоты [7].
Персы сначала разоружили самосцев, подозревая их в сочувствии эллинам, и поручили милетянам прикрывать проходы, ведущие к высотам Микале, чтобы удалить их от своих воинов. Сами же они сомкнули свои плетеные щиты-герроны, устроив подобие баррикады. Всего варваров (после того, как они вызвали войска из Сард и других соседних городов) было будто бы 100 тыс. чел. – в реальности, вероятно, раз в десять меньше этой цифры. Там были собственно персы, возможно, мидяне (Тигран командовал ими годом ранее в походе на Грецию – логично предположить, что их осталось около 6000 чел.) и, очевидно, снятая с кораблей морская пехота (вероятно, под началом Мардонта; считая по максимуму, более 3-4 тыс. чел., но фактически значительно меньше).
Путь афинян и их соседей (поочередно коринфяне, сикионцы и трезенцы – всего примерно половина боевой линии греков) шел берегом и по ровной местности, а лакедемоняне и стоявшие за ними в строю воины (правое крыло построения) должны были идти ущельем и холмами. Поэтому, пока лакедемоняне были еще в пути, на другом крыле уже бились с врагом. Это замечание Геродота о фланговом обходе позволяет уточнить, что, во-первых, у персов не хватило воинов, чтобы занять возвышенности, а во-вторых, что полоска пляжа и прибрежной равнины была столь узка, что хватило и половины греков, чтобы заполнить ее всю. Тигран и Мардонт, вступив в бой с афинянами и их соратниками, возможно, планировали разбить одну половину армии эллинов в отсутствие другой. По словам Диодора, военачальники персов даже решились на атаку («персы, презирая малочисленность врагов, подняли громкий крик и устремились на них»), причем впереди варвары пустили (обезоруженных) самосцев и милетян и будто бы вначале вызвали страх и панику среди эллинов. Геродот, однако, подчеркивает оборонительный характер персидской тактики при Микале (само поведение персов перед битвой указывает на то, что они до последнего уклонялись от решающего столкновения).
Пока у персов стояло их прикрытие из плетеных щитов, они храбро защищались и не уступали неприятелям. (Это говорит и о том, что силы сторон были примерно равны в численном отношении.) Но когда афиняне и их соседи усилили натиск, они повалили герроны и всей массой бросились в гущу врагов. Варвары не дрогнули и долго оборонялись, но в конце концов бежали в свое укрепление. Афиняне и их соседи, устремившись по пятам за врагом, ворвались в укрепление. После взятия укрепления варвары уже больше не думали о сопротивлении и все, кроме собственно персов, обратились в бегство. Персы же, собравшись в маленькие отряды, продолжали биться в укреплении. Двое персидских военачальников (Артаинт и Ифамитра, предводители флота) бежали (а с ними и Масист, сын царя Дария), двое погибли в сражении (Мардонт и Тигран, начальники сухопутного войска). Персы еще сражались, когда наконец появились лакедемоняне и их соратники (вероятно, они зашли в итоге в тыл варварам) и завершили бой. Как обычно, основной урон персидская армия понесла во время отступления и преследования (всего будто бы 40 тыс. чел.). Самосский отряд, а вслед за ним и прочие ионяне, едва заметив, что победа склоняется на сторону эллинов, изменили персам и напали на варваров. Милетяне же повели отступающих персов другими дорогами (выводящими их к врагам) и в конце концов открыто атаковали персов. Все же части варваров, оттесненной на вершины Микале, удалось спастись и благополучно добраться до Сард.
После победы эллины (которым успех достался дорогой ценой, в особенности сикионцам) сожгли все вражеские корабли и укрепление, после чего уплыли на Самос (Diod., XI.34-37; Hdt., IX.90-107; Polyaen., I.33).
Единственным важным последствием сражения при Микале стал очередной мятеж островов Ионии. Эллинский союз пока что властвовал на море, но на материке по-прежнему правили Ахемениды.

1. Однако, дата сражения по-разному определяется или как середина августа, или как конец сентября / начало октября.
2. Геродот (Hdt., VIII.131) пишет изначально о 110 кораблях на Эгине (очевидно, контингент пелопоннесцев, коринфян и эгинцев), но учтем, что главные силы афинского флота присоединились к Леотихиду позднее, так что можно принять цифру Диодора – 250.
3. Точное нахождение места ныне неясно – возможно, или Доматия, или Ак Богаз.
4. Предполагается, что для построения укрепления были использованы и сами корабли – вероятно, те, что были повреждены при Саламине и не годились для военных действий (McDougall I. The Persian Ships at Mycale // ‘Owls to Athens’: Essays on Classical Subjects Presented to Sir Kenneth Dover. Oxford, 1990. P. 147-148).
5. Термин часто переводится как «морские пехотинцы», что может быть не совсем точным, но только если мыслить сугубо понятиями Новейшего времени.
6. Последнего мнения придерживается Г. Валлинга (Wallinga H.T. Xerxes’ Greek Adventure: the Naval Perspective. Leiden; Boston, 2005. P. 143).
7. Н. Хэммонд отмечает, что большая часть гребцов афинского флота уже в 481 г. (20 тыс. чел., по его мнению) была укомплектована за счет полевой армии (Hammond N.G.L. The Narrative of Herodotus VII and the Decree of Themistocles at Troezen // JHS. 1982. Vol. 102. P. 88), и маловероятно, чтобы греческие командиры не воспользовались при Микале этим резервом обученных для боя на суше людей.

Эвримедонт (460-е гг.)
Кимон, сын Мильтиада, подчиняя власти Афин греческие города западного побережья Малой Азии (Plut. Cym., 12), где-то в 469/468 г. [1] одержал над персами знаменитую и славную, но в общем-то стратегически бесполезную победу на р. Эвримедонт в Памфилии (впадает в море близ Фаселиды).
Там афиняне и их союзники [2] в один и тот же день имели двойной успех. Сначала они уничтожили персидский флот: согласно Плутарху, персидские суда стояли на якорях в реке, но, когда афиняне двинулись на них, выплыли им навстречу. Однако, боя с эллинами варвары не приняли и тотчас повернули к берегу, преследуемые противником. Там эллины захватили и потопили до 200 – или больше – киприотских и финикийских триер (всего же было у варваров будто бы 340 / 350 / 600 кораблей – последняя цифра, по Фанодему, явное «патриотическое преувеличение»). Затем Кимон высадил на сушу своих гоплитов и, благодаря неожиданности нападения (персы приняли эллинов за соотечественников) [3], в сухопутном сражении разбил персидскую армию во главе с сатрапами, стоявшую лагерем у реки [4]. (Флот выставили финикийцы, киприоты и киликийцы, армию «персы набрали из своего народа».) Бой на суше продолжался и ночью – скорее преследование и подавление отдельных очагов сопротивления, за отсутствием серьезных попыток обороняться. Плутарх, однако, передает иную традицию [5], запечатлевшую ожесточенность схватки: эллины «с громкими криками беглым шагом устремились на врага. Персы выдержали удар и встретили их храбро. Началась жестокая битва; в ней пало немало славных, доблестных и пользовавшихся высочайшим уважением афинян. После продолжительного сражения обратив варваров в бегство, афиняне убивали бегущих, а затем стали брать их в плен, захватывая заодно и палатки, полные всякого добра». Персы понесли серьезный урон, включая будто бы 20 тыс. пленных. Убит был в своем шатре и Ферендат, один из помощников командующего (Тифравста, незаконнорожденного сына Ксеркса) [6] и племянник великого царя (Thuc., I.100.1; Lyc. Leocr., 72; Diod., XI.60.5-62.3; Plut. Cym., 12-13; Nep., IV.2; Pap. Oxy. 1610, F 9-14; Aristod., FGrHist 104 F 11; Front., II.9.10; Just., II.15.20; Polyaen., I.34.1; Pomp., I.69).
Своеобразным памятником победы, как иногда считается, стала т.н. «ойнохоя Эвримедонта» (ок. 460 г.), на которой изображен обнаженный юноша, приближающийся к персонажу в скифской одежде с явным намерением его содомизировать. Варвар (перс?) не пытается сопротивляться, покорно подставляя обидчику свой зад, и воздевает руки в жесте отчаяния. Между двумя фигурами имеется надпись, реконструируемая как «antigonose ????. ?????? ??????» («Я Евримедонт. Я встал нагнувшись вперед»). Последнее выражение имеет явную обсценную коннотацию, употребляясь практически исключительно в описании соответствующей позиции при коитусе. «Вряд ли можно сомневаться, что эта сцена содержит намек на победу афинян над персами» [7]. Однако, сомневаться (вопреки бодрым и категоричным заявлениям ряда исследователей) все же нужно, и серьезные возражения против подобной реконструкции надписи, отождествления фигуры с персом и связи сцены с битвой при Эвримедонте высказываются уже давно [8].

1. Точная дата битвы неизвестна. Варианты: в 470/469 г., в 467/466 г., в 465/464 г. Не исключено и то, что битва состоялась в 461/460 г. (все версии собраны в статье: Bloedow E.F. The peaces of Callias // Symbolae Osloenses. 1992. Vol. 67. № 1. P. 54-57). В целом о дискуссии в отношении хронологии пентеконтаэтии см.: Badian E. From Plataea to Potidea. Studies in the History and Historiography of the Pentekontaetia. Baltimore; London, 1993. P. 73-107 (высказывается за позднее лето 466 г., но признает и 467 г.); Unz R.K. The Chronology of the Pentekontaetia // CQ. 1986. Vol. 36. № 1. P. 68-85.
2. 250 триер – по Эфору и Диодору; 200 (согласно другим рукописям – 300) афинских триер, перестроенных так, чтобы принять на борт значительное количество гоплитов (= транспорты для войск, получившие распространение впоследствии и вмещавшие во времена Фукидида до сотни гоплитов; всего, как предполагает Н. Хэммонд, Кимон смог погрузить на триеры около 5000 гоплитов-афинян; вдобавок еще надо учитывать эпибатов) – по Плутарху (Diod., XI.60.6; Pap. Oxy. 1610, F 9-10; Plut. Cym., 12). Разница в 50 кораблей у данных авторов объясняется, вероятно, вкладом союзников (упоминаются хиосцы и фаселиты) в афинский флот.
3. Завладев неприятельскими судами (и, возможно, даже отчасти переодевшись в варварские одежды – по сообщению Полиэна), греки подплыли к берегу, когда уже темнело (согласно Диодору). «Персы, признавшие и корабли и стоявших на них людей по внешнему виду за своих, не приняли никаких мер предосторожности» (Фронтин). Кимон же «тотчас высадил свое войско на берег и с первого натиска разгромил крупные силы варваров» (Непот).
4. В глазах современников и потомков сам факт тройной победы на суше и на воде (после двух битв, Кимон перехватил и уничтожил спешившее к персам подкрепление из 80 галер финикиян), одержанной одновременно (ее сравнивали с Саламином и Платеей – Plut. Cym., 13), фактически затмил все прочие обстоятельства события (ср.: Paus., I.29.14; X.15.4; Plat. Menex., 241d) – конкретных тактических деталей об Эвримедонте практически не дошло.
5. Любопытно, что Диодор, напротив, подчеркивает ожесточенность и храбрость сторон в морском бою, но отрицает подобный характер боя за персидский наземный лагерь, говоря, напротив, о царящей среди варваров панике и их изумлении. Фрагмент/эпитома Эфора, очевидно, относится к тому же бою на суше: «Считая, что враги нападают с суши, они [персы] бежали к кораблям, думая, что они принадлежат друзьям. Многие были убиты там в ночи арьергардом, а многие были живыми захвачены эллинами, поскольку не знали, куда им направиться» (Pap. Oxy. 1610, F 12). См.: Africa T.W. Ephorus and Oxyrhynchus Papyrus 1610 // AJPh. 1962. Vol. 83. № 1. P. 87.
6. По Эфору (у Плутарха) Тифравст возглавлял флот, а Ферендат – наземные силы. Каллисфен (у того же Плутарха) называет главнокомандующим Ари(о)манда, сына Гобрия (Plut. Cym., 12), которому и могли быть подчинены Тифравст и Ферендат.
7. Иванчик А.И. Кем были «скифские» лучники на аттических вазах эпохи архаики // ВДИ. 2002. № 4. С. 34-35; Schauenburg K. Eurymedon eimi // AMI. 1975. Bd. 90. S. 97-121.
8. Pinney G.F. For the Heroes are at Hand // JHS. 1984. Vol. 104. P. 181-183; Smith A.C. Eurymedon and the Evolution of Political Personifications in the Early Classical Period // JHS. 1999. Vol. 119. P. 128-141. Это не означает, что с версиями Г. Пинни, Э. Смит, М. Килмера следует полностью соглашаться, но аргументация К. Шауэнбурга и его сторонников вызывает еще меньше доверия.

Вторжение в Египет (462-457 гг.)
Хронология данной кампании довольно запутана. Приведенные ниже даты основываются на исследованиях П. Грина [1] и Д. Кана [2]. Но традиционно считается, что египетский мятеж имел место около 464-454 гг. [3], или около 463/462-454 гг. [4], а греки явились на поддержку египтян в 459 г. [5].
Ливиец Инар, сын Псамметиха, восстал в Дельте Египта (463 г.) [6]. Изгнав персидскую администрацию (за исключением, однако, Мемфиса и Верхнего Египта, признающих власть царя царей) [7], он набрал многочисленное войско и призвал на помощь афинян и их союзников (Делосская симмахия), включая самосцев [8] (Diod., XI.71.3-5; Thuc., I.104.1-2). В конце 462 / начале 461 г. царская армия брата Ксеркса, бывшего сатрапа Египта Ахемена (будто бы 300 тыс. всадников и пехотинцев – персы, мидяне и верные царю египтяне – Diod., XI.74.1; Thuc., I.104.2), вторглась в Египет (Diod., XI.74.2-4). Достигнув Нила, Ахемен стал лагерем возле реки и начал готовиться к битве. В завязавшемся сражении у Нила (у Папремиса, примерно в 25 километрах выше Мемфиса – Hdt., III.12) эллины обратили в бегство противостоявших им врагов, после чего на других участках боя персы, уже было одерживавшие верх над египтянами и ливийцами, были вынуждены отступить. Остатки войска Ахемена, павшего в бою, укрылись в «Белой Крепости» (на территории города Мемфиса), где были осаждены врагами (Thuc., I.104.2).
Но в конечном счете верх взяли персы. Артаксеркс прислал Мегабиза, сына Зопира, и Артабаза, сына Фарнака, с 200- или 300-тысячной армией (но все цифры Диодора и Ктесия следует делить как минимум на десять!). Они объединились под Мемфисом с остатками армии Ахемена из «Белой Крепости» (по Ктесию, 300 тыс., т.к. еще 100 тыс. пали в бою ранее). Сняв осаду (летом 460 г.?), персы какое-то время уклонялись от боя, но в итоге все же вступили в сражение с Инаром. В ожесточенной схватке персы, потеряв многих, все же одержали верх, Инар был ранен в бедро Мегабизом и бежал (459). Остатки эллинов укрылись на острове Просопитида (около 180 км2) севернее Мемфиса и в конечном счете сдались (весной 457 г.), но по большей части погибли в ливийской пустыне, добираясь из Египта до Кирены (часть все же вернулась домой). Инар был позже схвачен и казнен. Но в болотах Дельты удержались как потомки Инара, так и еще один мятежник, царь Амиртей и его потомки (Diod., XI.74.6; 75.1-4; 77.1-5; Thuc., I.109.3-4: 110.1-3).
Ктесий в рассказе об этой войне (Pers., 32-34), хотя и пишет о 400-тысячной армии Ахемена («Ахеменида»), говорит о всего 40 греческих кораблях (цифра выглядит более правдоподобной, чем 200 или 300 у других авторов: например – Isocr. De Pace, 86) и более 6000 уцелевших на момент сдачи (из, видимо, изначальных 8000 чел.) «эллинах» (афинянах и союзниках) на стороне египтян.

1. Diodorus Siculus, Books 11-12.37.1: Greek History 480-431 B.C. – the Alternative Version / Transl. & ed. P. Green. Austin, 2006. P. 141-142, 144-146, 149-152, 242-243, 260-264.
2. Kahn D. Inaros’ Rebellion Against Artaxerxes I and the Athenian Disaster in Egypt // Classical Quarterly. 2008. Vol. 58. № 2. P. 424-440.
3. Briant P. From Cyrus to Alexander. A history of the Persian Empire. Winona Lake, 2002. P. 573-575.
4. CAH. Vol. IV: Persia, Greece and the Western Mediterranean c. 525-479 B.C. Cambridge, 1988. P. 276.
5. CAH. Vol. V: The Fifth Century B.C. Cambridge, 1992. P. 51, 501. Подробнее о проблемах хронологии кампании, анализе источников, оценках греческих потерь в античной традиции и историографии, см.: Гимадеев Р.А. О возможном персидском источнике Фукидидова описания первого похода афинян в Египет // ВДИ. 1983. № 1. С. 106-111; Паршиков А.Е. К вопросу о хронологии афинского похода в Египет // ВДИ. 1970. № 1. С. 107-111; Bigwood J.M. Ctesias’ Account of the Revolt of Inarus // Phoenix. 1976. Vol. 30. № 1. P. 1-25; Blackman D. The Athenian Navy and Allied Naval Contributions in the Pentecontaetia // GRBS. 1969. Vol. 10. № 3. P. 198; Busolt G. Griechische Geschichte. Bd. III. Tl. 1. Gotha, 1897. S. 304-305, 328; Caspari M.O.B. On the Egyptian Expedition of 459-4 B.C. // CQ. 1913. Vol. 7. № 3. P. 198-201; Holladay A.J. The Hellenic Disaster in Egypt // JHS. 1989. Vol. 109. P. 176-182; Hornblower S. A Commentary on Thucydides. Vol. I. Books I-III. Oxford, 1991. P. 163-164, 176-177; Judeich W. Griechische Politik und Persische Politik im V. Jahrhundert v. Chr. // Hermes. 1923. Bd. 58. Hf. 1. S. 12-14; Libourel J.M. The Athenian Disaster in Egypt // AJPh. 1971. Vol. 92. № 4. P. 605-615; Meiggs R. The Growth of Athenian Imperialism // JHS. 1943. Vol. 63. P. 22, 29-30; Idem. The Athenian Empire. Oxford, 1972. P. 92-128, 473-476; Milton M.P. Athenian Politics from the Victory of Salamis until the Dispatch of Aid to Inaros. Ph.D. Thesis, the University of Newcastle upon Tyne, 1980. P. 230-233, 249-250; Momigliano A. La spedizione ateniense in Egitto // Aegyptus. 1929. Vol. 10. № 2/4. P. 190-206; Parker V. The Chronology of the Pentecontaetia from 465 to 456 // Athenaeum. 1993. Vol. 81. P. 144-145; Robinson E.W. Thucydidean Sieges, Prosopitis, and the Hellenic Disaster in Egypt // CA. 1999. Vol. 18. № 1. P. 132-152; Scharf J. Die erste ?gyptische Expedition der Athener: Ein Beitrag zur Geschichte der Pentekontaetie // Historia. 1955. Bd. 3. Hf. 3. S. 308-325; Wallace W. The Egyptian Expedition and the Chronology of the Decade 460-450 B.C. // TAPA. 1936. Vol. 67. P. 252-260; Westlake H.D. Thucydides and the Athenian Disaster in Egypt // CP. 1950. Vol. 45. № 4. P. 209-216.
6. Находка демотического остракона из оазиса Харга (датированного 2-м годом правления Инара) доказывает, что этот ливийский династ не принял египетский царский титул, но формально именовался «вождем мятежников».
7. Документы, датированные 4-м и 5-м годами правления Артаксеркса I (461-460 гг.), доказывают, что в Копте (столица 5-го нома Верхнего Египта) и на южной границе сохранялась персидская администрация. О том, что Мемфис тоже находился в руках персов, сообщают греческие авторы.
8. Peek W. Ein Seegefecht aus den Perserkriegen // Klio. 1939. Bd. 32. S. 297-306.

Война братьев: битва при Кунаксе (осень 401 г.)

Сарды (395 г.)

Иония (390 г.) [1]
С возобновлением войны в Малой Азии, Артаксеркс II выслал Струфа [2] военачальником (караном?) на побережье, дав ему войско для войны с лакедемонянами (Diod., XIV.99.1). Спарта, узнав о его прибытии, назначила стратегом в Азии Фиброна (не слишком способного полководца).
Во время очередного грабительского рейда по царским владениям (очевидно, в долине Меандра) Фиброн встретился со Струфом. У лакедемонян изначально было 8000 воинов, не считая набранные в Азии (очевидно, в полисах Малой Азии – Эфесе, Приене, Левкофрии, Ахилее: Xen. Hell., IV.8.17) войска. Струф, с большими силами «варварской конницы», 5000 гоплитов (несомненно, греки из афинского блока) и более 20000 легковооруженных (все цифры, разумеется, завышены), разбил лагерь недалеко от лакедемонян (Diod., XIV.99.2). Воспользовавшись беспечностью Фиброна и узнав благодаря конной разведке об отсутствии порядка и дисциплины у греков (Xen. Hell., IV.8.18), Струф внезапно атаковал во главе многочисленной и хорошо построенной конницы. (Возможно, конницу поддерживали легковооруженные; гоплиты же, очевидно, стояли в резерве, на случай, если противник соберется и окажет организованное сопротивление.) Сатрап одержал победу, перебив (в основном при преследовании) многих врагов (включая Фиброна – он пал одним из первых), а остальных захватив в плен. Спаслись лишь немногие (Xen. Hell., IV.8.19; Diod., XIV.99.3).
Вероятно, Струф разгромил первым немногочисленный авангард греков, а с его поражением и гибелью командиров распространилась паника, которую некому было унять, переросшая в бегство. Ксенофонт, пытаясь смягчить позор поражения, уверяет, что не только часть людей Фиброна добралась до дружественных городов, но еще больше их просто остались в лагере, слишком поздно узнав о планируемом походе. Диодор утверждает, что с Фиброном было не все его восьмитысячное войско, но лишь часть его.
Одним удачным ударом Струф загнал спартанцев в города, восстановив персидский контроль над сельской округой и положив конец очередному бездарному греческому вторжению в Малую Азию.

1. Датировка: Judeich W. Kleinasiatischen Studien. Untersuchungen zu griechisch-persischen Geschichte des IV Jahrhunderts v. Ch. Marburg, 1892. S. 87; Meyer E. Geschichte des Altertums. Bd. 5. Stuttgart; B., 1913. S. 257.
2. В надписи из Милета (Ditt. Syll. 3. 134 = Tod, II.113; между 392/391 и 388/387 гг.) – Струс, сатрап Ионии. Но, похоже, его власть распространялась на сельскую округу, а не на греческие города, и резиденцией Струфа оставались, вероятно, Сарды.

Кампания в Каппадокии (368/367 г.)

Кампания в Великой Фригии (355 г.): «сестра Марафона»
Артабаз (сатрап Геллеспонтийской Фригии) восстал против Артаксеркса III и (поскольку ранее он был вынужден распустить своих наемников по приказу царя) обратился за помощью (зимой 356/355 года?) к афинскому стратегу Харету с его наемным войском (около 10 тыс. чел.), «призвав его вести свое войско на земли царя. Поэтому, поскольку воины вынуждали Харета заплатить им, (угрожая, что) иначе они уйдут к тому, что заплатит им, он, покорившись неизбежности, привел войско», и Артабаз щедро снабдил его деньгами для оплаты воинов. (Вероятно, афинские власти не стали возражать против решения Харета присоединиться к мятежникам.) Харет вместе с Артабазом (он, очевидно, привел с собой азиатские отряды) встретили царское войско. В нем было 20 тыс. персов – в основном всадников, под началом Тифравста (вероятно, сатрап Великой Фригии), согласно схолиасту к Демосфену, либо целых 70 (!) тыс. воинов, во главе с сатрапами (Великой Фригии, Лидии, Сирии, Киликии?), согласно Диодору. Победа досталась Харету и Артабазу.
«Затем он [Харет] написал афинянам относительно десяти тысяч [наемников, ранее бывших на службе сатрапов], (сообщив), что он выиграл битву, равную победе при Марафоне [= Plut. Arat., 16]». Одержав победу, Артабаз с Харетом опустошили Великую Фригию, а афиняне (официально одобрив действия своего стратега и наградив его золотым венком) «в послании приказали Харету нанять еще [наемников]. Поэтому оратор [Демосфен] говорит [Dem., IV.19] “не нужно нам для этого ни десяти, ни двадцати тысяч наемников, ни этих существующих только в донесениях [т.е. формально, «на бумаге»] войск”». Затем Артабаз, приняв посольство из Афин (когда царь пригрозил поддержать мятежных союзников Афин, полис запретил Харету воевать против верных Артаксерксу сатрапов), заключил мир с Тифравстом и отпустил Харета (очевидно, вместе с его наемным корпусом), после чего обратился за помощью к беотийцам (Diod., XVI.22.1-2; 34.1-2; Pap. Erzherzog Rainer, FGrHist F 105.4; schol. ad Dem., III.31; IV.19).

Вторжение в Египет (343/342 г.)
Основной наш источник – Диодор (Diod., XVI.42.2; 44.2; 4; 47.1-5; вероятно, он опирался на Эфора и Феопомпа), описывающий армию Артаксеркса III (в Вавилоне якобы собрались 300 тыс. пеших и 30 тыс. всадников – Diod., XVI.40.6; 42.1) в Египетском (неудачном) походе 351/350 г. Однако здесь Диодор явно спутал донесение об этой неудачной экспедиции с реляцией об успешной кампании 343/342 г.: комментарий к речам Демосфена (Didym. In Dem., VIII.5-32 – ad Dem., X.34) приводит под этим годом (при архонте Ликиске), очевидно, то же царское обращение к греческим полисам с просьбой о военной помощи против Египта, которое упоминает Диодор (Diod., XVI.44.1; FGrHist 328 F 157) [1].
Поэтому есть все основания полагать, что расписание войск относится к 343/342 г. Вероятно, Артаксеркс призвал эллинов в начале 343 г.; в июле Нектанеб еще правил в Мемфисе; фиванцы и аргивяне присоединились к персам после взятия Сидона (Diod., XVI.46.4), и атака на Египет состоялась в конце года. К весне 342 г. вся страна была в руках персов [2].
Царская армия в кампании делилась на четыре корпуса – три ударных группировки и резерв. Первые три (где были эллины) – каждая с греческим стратегом и персидским военачальником (выбранным из прочих «за доблесть и верность») во главе (Diod., XVI.47.1). Командование, видимо, было совместным [3].
1. Лакрат фиванец с 1000 гоплитов из Фив (беотийцы; «жаждавшие показать себя лучшими из эллинов, что приняли участие в походе» – Diod., XVI.46.8); перс Росак (сатрап Ионии и Лидии) с многочисленной варварской конницей и пехотой. Лакрат осаждал Пелусий.
2. Никострат (подражавший Гераклу ношением львиной шкуры и палицы в битве) [4] с 3000 аргосских гоплитов; перс Аристазан (хазарапат) с 5000 отборных воинов и 80 триерами; проводники-египтяне (Diod., XVI.48.3). Этот контингент действовал против Мемфиса.
3. Ментор родосец с 4000 наемников-эллинов (ранее на службе у царя Сидона); Багой с 6000 гоплитами малоазийских полисов и «достаточным количеством» (не менее 10000?) варваров. Ментор и Багой (их группировка, очевидно, была самой сильной из трех) захватили Бубаст.
4. Верховный командующий царь Артаксеркс в резерве с остальными войсками.
Также присутствовали в армии сатрап Сирии Белес (Белшуну) и наместник Киликии Мазей (Diod., XVI.42.1).
Отметим необычно большой греческий контингент, выставленный Фивами и их союзниками (4000 чел.). Всего греков у царя было сначала 10 тыс. чел. (и союзников, и подданных) [5], а затем к ним добавились воины Ментора. Хотя Диодор (точнее, его источник) всячески выпячивает успехи соотечественников, редко когда роль греков как имперского «пушечного мяса» проявлялась с такой масштабностью! В то же время, это говорит о тщательной подготовке и планировании кампании.

1. Harris E.M. More Chalcenteric Negligence // CPh. 1989. Vol. 84. № 1. P. 37-44; Idem. Aeschines and Athenian Politics. Oxford, 1995. P. 108-109.
2. Хронология кампании: Beloch K.J. Griechische Geschichte. Bd. 3. Abt. 2. B.; Leipzig, 1923. S. 285-287; Cawkwell G.L. Demosthenes’ Policy after the Peace of Philocrates. I // CQ. 1963. Vol. 13. № 1. P. 121-123, 136-138.
3. Гипотеза С. Ружички: Ruzicka S. Trouble in the West: Egypt and the Persian Empire, 525-332 BCE. Oxford; N. Y., 2012. P. 183.
4. Исократ подтверждает, что и Аргос, и Фивы сражались за царя против Египта (Isocr. Panath., 159). Феопомп (Athen., VI.289b) обвиняет Никострата, которого называет простатом Аргоса (магистрат, городской глава), в низкопоклонничестве перед персидским царем.
5. Афиняне (и спартанцы) царю войск не давали, но обещали поддерживать нейтралитет. Однако афинский декрет 327/326 г. (IG II2, 356; Tod, II.199) благодарит «Ментора, сына Фимонда, спасшего тех эллинов, что сражались в Египте, когда Египет был завоеван персами», т.е. на стороне Нектанеба (у того, по Диодору, было 20 тыс. греков-наемников)! Вполне вероятно, что и пелопоннессцы следовали примеру Афин.

Граник (май/июнь 334 г.)

Исс (ноябрь 333 г.)
Дарий III привел из Вавилона в Киликию ополчение центральных и (остатки) западных провинций царства, множество греков-наемников. Жертвуя численностью ради скорости сбора войска, царь царей предпочел не привлекать военный потенциал восточных сатрапий – бактрийцев, согдов, индийцев и племена Красного моря (Аравийского моря / Персидского залива) (Curt., III.2.9).
Между тем большинство источников, прославляя успех Александра, сообщают о персах при Иссе цифры, которые кажутся фантастическими. Птолемей (?) у Арриана (Arr. An., II.8.8; однако, Арриан начинает со слова – «говорят», так что, вероятно, или он сам, или его источник считали эти известия преувеличением) и Аристобул (?) у Плутарха (Plut. Alex., 18) отмечают, что с Дарием III явилось примерно 600-тысячное войско (о том же: Pap. Oxy. 1798.4 = FGrHist 148). Диодор (Diod., XVII.31.2) дает 400 тыс. пеших и не меньше 100 тыс. конных, Курций – более 312 тыс. воинов (см. ниже). Помпей Трог (Just., XI.9.1) приводит для персов те же цифры (500 тыс. – cum CCCC milibus peditum et centum milibus equitum), что и Диодор. Но столько же воинов, согласно конспекту Трога у Юстина, было у Дария при Гавгамелах (Just., XI.12.5)!
И хотя состав македонской армии в принципе установлен (согласно последним – и наиболее точным – подсчетам А.К. Нефёдкина и А.И. Кицулы, примерно 5300 конницы и 15700 пехоты), вопрос о численности персидских войск (скорее всего, 40-45 тыс. чел.; но по Й. Кромайеру – 50-60 тыс.) вряд ли можно решить однозначно (таков вердикт А. Босворта). «Данные античных источников, согласно которым великий царь при Иссе располагал в общей сложности многими сотнями тысяч человек, вызывают у современных историков скептическое отношение, хотя они и не могут точно скорректировать эти данные; скорее всего можно говорить о двух-трехкратном превосходстве персов» (Ф. Гампл, Ф. Шахермайр). Оценки таких исследователей, как Д. Эшли (не более 80 тыс., включая 24 тыс. всадников, 12 тыс. эллинов, 10 тыс. кардаков, 20 тыс. легкой пехоты во второй линии, 2000 гвардейцев, 8000 легкой пехоты в горах и еще 4000 перед кардаками) и Л. Уорли (около 200 тыс. чел., из них не менее 20 тыс. всадников, 30 тыс. эллинов и 60 тыс. кардаков), не принимают во внимание топографию поля боя и проблемы снабжения такой массы людей.
Курций приводит национальный состав собравшейся под Вавилоном армии. Его источник неясен, во всяком случае это не был Аристобул. К сожалению, неадекватное внимание Курция к подробностям (заметное даже в отношении численности и обстоятельств появления у Дария греков) и его слабые познания в географии Азии во многом обесценивают пересказ им этого источника, хотя и не стоит характеризовать его как «фантазию». (Интересно, что сравнение данного каталога войск с перечнем контингентов персидской армии при Гавгамелах показывает отсутствие в последней гирканцев и барканцев, возможно тапуров и дербиков, но, напротив, появление новых народов.) Итак, Курций называет следующие отряды (суммируя его цифры – 61200-62200 конницы и 250 тыс. пехоты, итого 311200-312200 чел.):
1) персов 30 тыс. всадников и 70 тыс. пехоты, всего 100 тыс. чел. (Curt., III.2.4); из них небольшая часть, видимо, оставлена в Дамаске охранять казну (ср.: Curt., III.8.12). Д. Аткинсон отмечает – если вычесть 10000 Бессмертных (Curt., III.3.13), получится столько же пехотинцев, сколько было, по словам Арриана, кардаков при Иссе. Конница «родственников», очевидно, также учитывается среди общей массы всадников-персов.
2) мидяне явились в количестве 10 тыс. конницы и 50 тыс. пеших (Curt., III.2.4; 9.5).
3) барканцы выслали 2000 всадников и 10 тыс. пехотинцев. И конные, и пешие были вооружены одинаково – секирами и легкими щитами-пельтами (Curt., III.2.5). Считается, что Barcani – лишь своеобразная передача этнонима «гирканцы», но Курций явно различает оба народа, как и Стефан Византийский. Однако, это различие может быть ошибочным, по вине их (и Диодора) общего источника, Ктесия (Diod., II.2.2-3).
3) прибыли 7000 всадников и 40 тыс. пехоты от армян, возможно, под началом сатрапа Армении (Curt., III.2.6).
4) 6000 гирканских и 1000 тапурийских (?) всадников (Curt., III.2.6; 9.5). Тапуры (соседи гирканцев) – конъектура Фосса и Гедике в тексте Курция.
5) дербиков (?) 2000 всадников и 40000 копейщиков (Curt., III.2.7). Дербики – конъектура Гедике; в качестве варианта для вставки в рукописный текст Аткинсон предлагает мардов.
6) племена Каспийского моря дали 8000 пеших и 200 всадников (Curt., III.2.8).
7) другие, «неведомые», народы отправили 2000 пехоты и 4000 всадников (Curt., III.2.8).
8) от Фарнабаза прибыли 30 тыс. греческих пехотинцев-наемников (сюда же включены, вероятно, уже находившиеся при царе контингенты эллинов). Общее командование ими было поручено его двоюродному брату Фимонду, сыну Ментора и племяннику Мемнона (Curt., III.2.9; 3.1; 9.2). Каллисфен (у Полибия: Polyb., XII.18.2) и Арриан (Arr. An., II.8.6) «подтверждают» эту численность эллинов у Дария. У Диодора (Diod., XVII.30.3) находим, что Харидем будто бы советовал царю собрать для контрнаступления армию в 100 тыс. чел., до трети из них – греки-наемники. Таковые оценки, по мнению А. Босворта, излишне оптимистичному, «могут не быть чрезмерным преувеличением». В. Юдайх даже полностью принимает эту цифру, хотя Ф. Шахермайр урезает ее до 16-20 тыс. чел. Однако, следует согласиться с Г. Парком и Х. Дельбрюком – «все же нельзя представить себе, откуда их могло набраться 30000»! Конечно, Фарнабаз действительно прислал царю своих наемников (Arr. An., II.2.1-2). Но реально их было больше 8000 чел. (после битвы они сожгли часть – ненужную теперь из-за потерь в бою – кораблей, на которых ранее переправились в Триполи – Arr. An., II.13.3), может быть, около 10 тыс. чел. Также маловероятно, чтобы эллины уже не состояли в определенном количестве в царской армии. Но 30 тысяч воинов – это скорее общая оценка всего числа греков, сражавшихся на стороне персов в кампаниях македонского завоевания Ахеменидского государства.
В общем, если разделить все приведенные выше цифры древних авторов, скажем, на десять, возможно и получится реальная картина для варварских полчищ. Любопытная гипотеза: Курций отмечает, что наемные греки, несомненно, составляли лучшую часть войска Дария, «равную построением македонской фаланге» (Curt., III.8.1; 9.2), в фаланге же, как принято считать, было около 12000 пехотинцев. А.М. Дивайн отмечает, что число наемников и кардаков не должно было превышать количество македонских фалангитов (но с кардаками их все же, вероятно, было больше, чем македонян). В битве с эллинскими наемниками пали около 120 македонян (младших командиров?) и даже один из таксиархов (Arr. An., II.10.7). Очевидно, что основные потери эллины понесли во время отступления (Arr. An., II.11.1-2). Но и так, пишут Арриан (Arr. An., II.13.1-2) и другие авторы (Curt., IV.1.27; 39; Diod., XVII.48.1-2), с поля боя ушли невредимыми, возможно, до 10-12 тыс. эллинов-наемников (частью с Дарием, а около 8000 чел. – с Аминтой и Фимондом). Можно предположить (учитывая ожесточенный бой с фалангой македонян и отступление с боем), что всего греков было при Иссе около 15 тыс. чел. (около/свыше 10 тыс., согласно К.Ю. Белоху, Д. Фуллеру и У. Тарну).
Отметим, что при Иссе, несомненно, сражались и египтяне. (Но их точное место в боевых порядках армии Дария неясно – вряд ли можно доверять Курцию в том, что тело сатрапа Египта нашли возле колесницы Дария.) Сатрап Сабак (Sabaces, praetor Aegypti) пал в бою (Arr. An., II.11.8; Curt., III.11.10). Правитель Гераклеополя Сематауитефнахт (на тот момент, возможно, один из приближенных Дария III), обращаясь к богу Хершефи (т.н. «Неаполитанская стела», конец IV / начало III в.), говорит: «Ты защитил меня при наступлении хау-небу [греки и/или македоняне], после того как ниспроверг ты Азию. Убивали они множество возле меня, [но] не поднялась ничья рука против меня». Очевидно, речь идет о личном участии Сематауитефнахта в одном из крупных сражений персов с македонянами, скорее всего (версия Ф.К. Киница и П. Бриана) при Иссе, но вряд ли – при Гавгамелах (гипотеза П. Трессона). (Впрочем, имеет равное право на существование и другая точка зрения – а именно, что речь идет не о битве, а об избиении населения Персеполя, случившемся уже после поражения персов при Гавгамелах.) Д. Аткинсон предполагает, что контингент Сабака при Иссе составляли именно греки-наемники.
Боевой порядок и состав персидской армии при Иссе в источниках описывается следующим образом (Юстин и Плутарх об этом умалчивают).
Каллисфен (у Полибия – Polyb., XII.17.7; 18.1-2) передает, что строй персов (30 тыс. всадников, столько же наемников и неуказанное количество «пельтастов», т.е., вероятно, кардаков) растянулся от морского побережья (конница) вдоль реки (наемники за конницей) до самого подножья гор (пельтасты). За ними «в лагере» стояли другие войска («фаланга»). Следовательно, легковооруженные находились за первой линией. Диодор в описании сражения (начатом, согласно ему, всадниками с обеих сторон, а пехота стояла позади их – Diod., XVII.33.1-2; 6) ничего не говорит конкретно о построении и вообще на редкость малоинформативен.
Текст Курция Руфа более подробен. Быть может, к нему, как к Аристобулу при Гавгамелах, попал в руки перевод/пересказ трофейного персидского плана? Однако, нельзя не заметить, что каталог контингентов в лагере под Вавилоном, описание походных порядков армии Дария и это боевое расписание для самого сражения у Курция слабо согласуются между собой.
Сначала римский историк пишет (Curt., III.8.27) о том, что Дарий запланировал окружить противника. Для чего он решил занять частью своих сил гребень горы, а там, где море прикрывало его правый фланг, бросить вперед остальные войска. Кроме того, вперед были посланы 20 тыс. воинов (несомненно, пехотинцев) и отряд лучников, чтобы, перейдя реку Пинар (по всей вероятности, современный Пайас-Чай), выйти навстречу македонянам; если им не удалось это сделать, они должны были отступить в горы и тайно зайти в тыл врага (Curt., III.8.28). План этот, впрочем, не удалось претворить в жизнь целиком (Curt., III.8.29).
Затем Курций описывает собственно построение армии Дария для боя (Curt., III.9.1-6 – acies). Правый фланг (упиравшийся в море): конница (Набарзан?) и 20 тыс. лучников и пращников. Судя по замечанию о последних («добавлены»), можно думать, что конница была впереди, а легковооруженные – за ней. Далее следовала занимала пехота (будто бы 90 тысяч воинов), справа налево: эллины Фимонда (30 тыс.), пехота царя (40 тыс.), варвары Аристомеда (20 тыс.). Левый фланг Аристомеда упирался в горы. Ему непосредственно предшествовал центр, включавший кроме царской пехоты еще и 3000 гвардейских всадников. За ними (то есть левее центра, или на левом фланге) стояла гирканская (6 тыс.) и мидийская (10 тыс.) конница, а за нею, в свою очередь, – всадники остальных племен с правой и левой ее сторон. «В резерве» (in subsidiis, т.е. за первой линией, за собственно acies) поместили наиболее воинственные племена. Это выражение заставляет вспомнить о лучниках и дротометателях «самых воинственных» племен, коссеев и тапуров, у Арриана (Arr. An., VII.23.1). Несомненно, что (за исключением 20 тыс. пращников и лучников) эти племена и представляли легкую пехоту Дария (если буквально исходить из цифр у Курция, там должно было находиться около 130 тыс. чел., что нереально) и находились во второй, резервной линии – сравним со словами Каллисфена. Поскольку за руслом речной берег поднимается все выше и выше, стрелки могли беспрепятственно вести стрельбу поверх голов воинов первой линии.
Далее у Курция следует странная фраза: «Этому строю, выстроенному так, как было сказано, предшествовали 6 тысяч дротометателей и пращников» (Curt., III.9.5). Но нет никакого смысла ставить впереди 90 тысяч тяжелой и 20 тысяч легкой пехоты (не говоря уж о коннице) на речном берегу еще несколько тысяч легковооруженных, фактически в (практически пересохшем) речном русле (шириной 30-40 метров, усеянное валунами). Как доказывает Н. Хэммонд, Курций, очевидно, неправильно понял выражение своего греческого источника (выражение «вперед» означало то, что данный отряд направлялся на край боевой линии). И в реальности эти 6000 воинов продолжали линию левого фланга Дария, вероятно, занимая вершину горы – как и было запланировано царем ранее (см. выше). Этот самый отряд еще до генерального сражения бежал перед незначительным корпусом, высланным Александром – агриане, часть лучников и две конных илы. Позднее для сдерживания врагов на горе македонянам хватило всего лишь тех двух эскадронов конницы (Arr. An., II.9.3-4; Curt., III.9.10-11; 11.2). Поэтому сомнительно, чтобы там стояло даже 6000 легковооруженных, скорее Курций опять завысил численность «варваров».
Арриан (Arr. An., II.8.5; он основывался здесь на сочинении Птолемея, а не на Каллисфене) начинает с того, что Дарий выслал за реку Пинар 30 тыс. всадников и «вместе с ними» 20 тыс. легкой пехоты, после чего выстроил прочие войска. (Эти 50 тыс. варваров «соответствуют» коннице и 20 тыс. пращников и лучников правого фланга у Курция.) Завершив построение, царь отозвал свою конницу с того берега реки и большую часть ее поставил на правом крыле у моря (Arr. An., II.8.10; что мы и видим у Курция). Но некоторую, крайне незначительную (для кавалерии здесь просто не было места) часть всадников Дарий отвел на левый фланг у горы (Arr. An., II.8.10-11). Что сталось с 20 тысячами легковооруженных, Арриан не сообщает, но возможно, что их тоже отозвали назад (дабы они не стали легкой жертвой натиска македонской пехоты) и где-то разместили.
Далее у Арриана следует описание строя персидской линейной пехоты (гоплиты): эллины-наемники (около 30 тыс.) стояли напротив македонской фаланги, а по обеим их сторонам – кардаки (около 60 тыс.) (Arr. An., II.8.6). Г. Берве и А.М. Дивайн предполагают, что те 20 тыс. пеших варваров под началом Аристомеда Ферского (у Курция) и есть кардаки. Судя по Арриану, кардаки («пельтасты» Каллисфена) стояли, цитируя дословно, «тут и там» (Arr. An., II.8.6), т.е., вероятно, не только по обе стороны от греческой фаланги, но также и на левом крыле, за гирканской и мидийской конницей, растянувшись до самых гор (Polyb., XII.12.7). Следовательно, все 60 тыс. пехотинцев первой линии у Курция (за вычетом эллинов и легкой пехоты правого крыла) и есть кардаки. Сам же фессалиец Аристомед, кстати, скорее руководил эллинами-наемниками (Arr. An., II.13.2-3), а командование кардаками получил на время боя.
На горе слева, продолжает Арриан, Дарий поставил (против правого крыла Александра) около 20 тыс. воинов (Arr. An., II.8.7). Часть этого корпуса, несомненно, и есть упомянутый выше шеститысячный отряд метателей у Курция (Curt., III.9.5). Не исключено (мнение Д. Хэда), что данные 20 тыс. чел. представляли собой то легкопехотное прикрытие, которое перед боем было переброшено из-за реки вместе с конницей.
Остальные из множества легковооруженных и «гоплитов» Дария, построенные по племенам глубоким строем, стояли позади эллинов и варварских войск первой линии (Arr. An., II.8.7). Это и есть тот самый «резерв» Курция (Curt., III.9.3) и «фаланга» Каллисфена. Наконец, сам царь Дарий (и его семья – добавляет Курций) находился посередине строя (Arr. An., II.8.11; Curt., III.9.6). В реальности, царская фамилия оставалась в лагере, где и была захвачена победителями.
Итак персидский боевой порядок, вероятно, имел следующий вид (перечисление справа налево): конница – кардаки – наемники – Дарий с гвардией (не только конной, но и, видимо, пешей) – кардаки – гирканцы и мидяне (всадники) – кардаки – легкая пехота (на горе). Вторая линия: легкая пехота. Обоз, похоже, был относительно невелик – большая часть казны, вещей и некомбатантов была отослана в Дамаск. Маловероятно, чтобы впереди эллинов или кардаков Дарий разместил своих лучников, дротометателей или пращников. Берега реки были укреплены частоколом. Ширина той приморской долины у Исса, где расположилась армия, не превышает сейчас 4 километров, а тогда, по Каллисфену (Polyb., XII.20.3), поле битвы и вовсе протянулось от моря до подножья горы всего лишь на неполных 14 стадий / 2,6 км (в древности морской залив глубже врезался в сушу, а река текла диагонально от гор к морю). «Таким образом, позиция персов казалась непреодолимо крепкой: пехота как более слабая часть была прикрыта пропастью перед фронтом [обрывистыми берегами Пинара], кавалерия же была готова встретить противника, если бы он захотел прорваться с моря, и сама тоже была готова к наступлению» (Дельбрюк). Но учитывая то, что источники подчеркивают плотность строя и тесноту, численное преимущество персов над македонянами (особенно в коннице) не принесло последним никакой пользы в битве.
Подойдя на расстояние выстрела, Александр с пешей гвардией бросился (на последнем этапе – бегом, чтобы свести к минимуму потери от стрел) в реку, первым преодолел ее и спустя какое-то (не слишком продолжительное) время обратил, с помощью кавалерии, в бегство левый фланг и примыкавший к нему центр персов: в первую очередь кардаков, а потом окружавшую царя царей гвардейскую конницу (вероятно, во главе с Оксафром, братом Дария) и, возможно, пехоту. Из-за недостатка места, подчеркивает Курций, бой носил особенно жестокий характер, «обе армии находились так близко одна от другой, что щиты ударялись о щиты и клинки мечей упирались во врагов. Ни слабые, ни трусы не могли уйти; все сражались лицом к лицу, как в единоборстве, твердо стояли на одном месте и открывали себе путь только победой. Ведь они продвигались, только опрокинув врага. Но уставшим приходилось биться все с новыми и новыми противниками, и раненые не могли, как это обычно бывает, уйти с поля боя, так как спереди теснил их враг, сзади наседало свое же войско».
Фаланга в центре не так поспешно вступила в бой, как правый фланг македонян, образовался разрыв в строю, к тому же фалангиты, на переправе часто оказываясь в обрывистых местах, не смогли держать прямую линию фронта. Этим воспользовались эллинские наемники Дария, атаковавшие и в ходе ожесточенного боя попытавшиеся столкнуть македонян обратно в реку. В это время отряды правого крыла (Александр с пешей агемой гвардии, прочими гипаспистами, гетайрами, агрианами и лучниками), видя, что персы, стоявшие против них, уже бегут, а Дарий (видимо, он какое-то время сражался с врагами, воодушевляя своих воинов) последовал их примеру, повернули на наемников, ударив с фланга. Тем временем на левом крыле персидская конница, переправившись, атаковала конницу фессалийцев и эллинов-союзников. Завязалась жаркая конная схватка, но персы дрогнули, узнав, что Дарий обратился в бегство, а наемники отступили. Тогда бегство стало бесповоротным и всеобщим.
Потери персов в точности неизвестны, но, несомненно, были огромны – как обычно, уже после боя, в ходе отступления. Лагерь Дария был захвачен вместе с его семьей.

Сухопутное контрнаступление в Малой Азии (333 г.)

Гавгамелы (1 октября 331 г.)

Персидские врата (январь 330 г.)
Эту забытую битву недаром называют персидскими Фермопилами, а командовавшего персами Ариобарзана (сатрап Персиды, сын Артабаза и внук знаменитого Фарнабаза, правнук Артаксеркса II, племянник родосца Мемнона, человек, получивший эллинское образование и лично знавший Александра в детстве) сравнивают с Леонидом Спартанским. Подобно Фермопилам Персидские врата пали, и пали в результате измены.
Ариобарзан, уцелев при Гавгамелах, после бегства Дария в Экбатаны собрал остатки своего отряда у Персидских врат (вероятно, Танг-и Касс/Хас, узкое ущелье с отвесными склонами в горах Восточного Ардакана), блокировав Александру путь из Суз в Персеполь – границу между Эламом и Персидой. Античные историки неимоверно преувеличивали численность персидских войск: 40 тыс. пехоты и 700 всадников (Arr. An., III.18.2); 25 тыс. пехоты (Curt., V.3.17); 300 всадников и 25 тыс. пехотинцев (Diod., XVII.68.1). В реальности все, на что мог рассчитывать Ариобарзан, вряд ли превышало 1000-2000 воинов. Он наскоро перегородил ущелье стеной из камней и стал лагерем позади укреплений. Александр, пройдя 5,5 км по ущелью, натолкнулся на укрепления персов и попытался взять их штурмом, но «варвары, метая из пращей снаряды, пуская стрелы и бросая камни, легко отражали нападавших на них македонян». Царь, видя бесполезность штурма и (будто бы) понеся тяжелые потери, отступил в свой лагерь. Согласно более достоверной версии, Александр, прибыв к Вратам, разбил лагерь и только на следующий день атаковал проход.
Ночью пастух-ликиец провел македонян во главе с царем по скрытой в лесных зарослях тропе. Разогнав аванпосты на тропе, на рассвете, одновременно с атакой главных сил (Кратер), Александр атаковал со своим отрядом. «Персы, стесненные врагами сверху и снизу, были частью перебиты, частью сброшены со скал, а частью взяты в плен». Но при этом варвары, «теснимые с двух сторон, все же дали примечательное сражение… Безоружные… тяжестью своих тел валили македонян на землю и пронзали их отнятым у них же оружием». Ариобарзан (по разным версиям) или скрылся в горах, или пробился с небольшим отрядом, бежал к Персеполю, но был настигнут и пал, сражаясь (Arr. An., III.18.2-9; Curt., V.3.16-4.1-34; Diod., XVII.68; Plut. Alex., 37; Polyaen., IV.3.27).
Это был последний бой армий Ахеменидов. И хотя Дарий III был еще жив, его империя перестала существовать еще до бесславной гибели последнего Царя царей.

    Аорс

      7 512

      384

      27

      1 597

      16 478
    • Статус:Сатрап

    Дата: 13 Август 2013, 11:34

    Часто упоминают, что во время Пелопоннесской войны персы поддерживали Спарту. Велись ли ими в это время какие-либо боевые действия против Афин и их союзников?
    Есть ли сведения о войнах в восточной части Ахеменидской империи?

      Qebedo

        18 545

        76

        5

        2 740

        4 120
      • Статус:Квартирмейстер

      Дата: 13 Август 2013, 11:34

      Круто.
      А пропущенные главы будут?

        Magnus_Maximus

          3 784

          3

          0

          467

          629
        • Статус:Всадник

        Дата: 13 Август 2013, 11:40

        Про Кунаксу, Граник и Гавгамелы я писал отдельные статьи. Прочие в стадии подготовки и написания.

        Цитата

        Есть ли сведения о войнах в восточной части Ахеменидской империи?


        Почти единственное исключение - мятежи в Бактрии. Ктесий упоминает таковой в первые годы Артаксеркса I, когда бактрийцы сатрапа Артапана (Артабана) дали два сражения царским войскам. Исход первой битвы остался неясным, но мятежники были побеждены Артаксерксом во второй, когда ветер дул им в лицо, так что Бактрия была покорена (Ctes. Pers., 35).
        Геродот сообщает, что Масист, сын Дария, сатрап Бактрии, при Ксерксе планировал поднять мятеж в своей области и привлечь саков, но был убит раньше, чем прибыл в сатрапию (Hdt., IX.113). Наконец, Плутарх говорит о мятеже против Ксеркса (еще не провозглашенного царем) его брата Ариамена в Бактрии (Plut. Apophth. reg. et imp., 4.1 = Moral., 173b-c).
        В случае Бактрии мятеж провинции органично перерастал в борьбу за престол, и в этом особенность данной сатрапии.

          Maj. Buzzard

            4 639

            41

            1

            724

            2 321
          • Статус:Элефантарх

          Дата: 13 Август 2013, 11:45

          Аорс

          упоминают, что во время Пелопоннесской войны персы поддерживали Спарту. Велись ли ими в это время какие-либо боевые действия против Афин и их союзников?
          Строго говоря,
          а) не персы, а конкретные сатрапы (которые к тому же соперничали между собой и вступали в переговоры то со Спартой, то с Афинами);
          б) поддерживали только материально.

            Magnus_Maximus

              3 784

              3

              0

              467

              629
            • Статус:Всадник

            Дата: 13 Август 2013, 11:57

            Аорс (13 Август 2013, 11:34):

            Часто упоминают, что во время Пелопоннесской войны персы поддерживали Спарту. Велись ли ими в это время какие-либо боевые действия против Афин и их союзников?


            http://centant.spbu....r/2003/pech.htm

            Греки на тот момент выступали в роли пушечного мяса - наемники у мятежных сатрапов. Вопреки мнению Печатновой, Ликон был скорее просто кондотьером, а не афинским представителем.
            На завершающем этапе войны войска Фарнабаза, сатрапа (с 413/412) Даскилейской провинции, воевали вместе с лакедемонянами: битвы при Абидосе и Кизике (410). Впрочем, войска сатрапа играли лишь вспомогательную роль, не имея флота.
            - - - - - - Сообщение автоматически склеено - - - - - -Лучшее исследование отношений греков и Персии в период Пелопоннесской войны на русском языке:
            http://mirknig.com/k...-vv-do-n-e.html

              Кардиец

                189

                0

                0

                47

                175
              • Статус:Легионер

              Дата: 13 Август 2013, 14:51

              Achaemenid Campaign and Battle Orders – это заготовки для Вашей будущей книги про армию Ахеменидов?

                Magnus_Maximus

                  3 784

                  3

                  0

                  467

                  629
                • Статус:Всадник

                Дата: 13 Август 2013, 15:00

                Да, это ее часть.

                  Dietrich

                    1 171

                    8

                    0

                    475

                    1 088
                  • Статус:Примипил

                  Дата: 13 Август 2013, 22:01

                  На днях дочитал книгу Альберта Олмстеда по истории державы Ахеменидов . Какое-то очень"странное" впечатление эта тысячестраничная работа на меня произвела.
                  А ваше мнение по этому поводу,ув.Magnus_Maximus?

                    Qebedo

                      18 545

                      76

                      5

                      2 740

                      4 120
                    • Статус:Квартирмейстер

                    Дата: 13 Август 2013, 22:38

                    Dietrich

                    А ваше мнение по этому поводу,ув.Magnus_Maximus?
                    Оффтоп
                      • 27 Страниц
                      • Первая
                      • 22
                      • 23
                      • 24
                      • 25
                      • 26
                      • 27
                      Ответить в темуВведите Ваш логин  
                      [Регистрация нового аккаунта]
                      Введите Ваш пароль 
                      [Восстановить пароль]
                      Создать новую тему
                      или Войти на форум через соцсеть
                        Стиль:
                          07 Дек 2016, 19:23
                      © 2016 «Империал». Условия предоставления. Ответственность сторон. Рекрутинг на Империале. Лицензия зарегистрирована на: «Империал». Счётчики