Сообщество Империал: Средневековая Эстония - Сообщество Империал

Стратегии, Игровые Миры, История, Total War


Imperial Уважаемый Гость, Новая игра от студии Creative Assembly - Total War Saga: Troy Imperial
Laszlo

Средневековая Эстония

Средневековая Эстония
Тема создана: 13 Август 2019, 17:01 · Автор: Laszlo
СОХРАНИТЬ ИНФОРМАЦИЮ:
Сообщений: 0 · Просмотров: 63
 Laszlo
  • Imperial
Imperial
Форумчанин
6 366
119
1 362
6 571
0

Дата: 13 Август 2019, 17:01

Imperial

Эсты занимали территорию, приблизительно соответствующую современной Эстонии. Самоназванием эстов в прошлом было maarhavas, то есть «люди земли». Название «эсты» – из индоевропейских языков; современное самоназвание eestlased происходит от немецкого Esten, шведского Est. Соответственно эстонское Eesti происходит от немецкого Estland. В.В. Напольских считает, что Eistr скандинавских саг ІХ в. – это балты. Вульфстан в «Орозии короля Альфреда» отмечал богатство эстов. Указано, что эсты ведут непрестанную борьбу между собой. Еще Тацит и Иордан упоминали о народе Aestii. Наименование могло происходить от топонима Aismares, обозначавшего район около Вислы (так называлась эта местность на литовском), то есть, возможно, словом Aestii древние историки обозначали пруссов. При этом Иордан локализировал их севернее венедов и акациров. Esti и Osti Вульфстана тоже, видимо, не имели никакого отношения к эстам и обозначали древнелитовские и прусские племена. Перенос этнонима «эсты» на предков современных эстонцев произошел в XII-XIII вв. Первым, кто называл эстами именно эстонцев, был Генрих Латвийский.
Русский термин, обозначавший эстов, был чудь. Этот этноним использовался как для обозначения эстов, так и для собирательного наименования прибалтийско-финского и некрещеного финского населения. Саамы же словами čudd (на кильдинско-саамском), ćuðē (на общесаамском) и čutte (на диалектах норвежских саамов) обозначали враждебный чужой народ. В других саамских языках когнаты означали «клин», например, tjihta (на умеа- саамском) и tjåhtē (на лулео-саамском). В прибалтийско-финских языках схожее значение у suude (фин.), suuve (кар.), suue (эст.). Вероятно, этноним был заимствован прибалтийскими финнами от саамов, а потом русскими от финнов.
Нужно сказать, что этот этноним упоминается у Нестора как одно из племен, сначала изгнавших, а потом призвавших варягов-скандинавов. Чудь упоминалась как участник походов Олега наряду с другими финскими народами, при описании событий 882 и 907 гг. И хотя византийский поход Олега не подтвержден сведениями византийских источников, есть основания утверждать, что чудь приняла активное участие в походах конунга Олега-Хельги наряду с мерей и вепсами. Происхождение этого этнонима В.В. Напольских связывает с готским þiuda, «народ». Он предлагает считать þiudos у Йордана обобщением перед «двоеточием», после которого шло перечисление народов Восточной Европы. Нужно сказать, что «чудь» не обозначала одних только эстов. В источниках известны «псковская чудь» (вероятно, так называли народ или субэтнос сето) и «заволоцкая чудь». Для немцев эстонские земли были просто восточным краем. В эстонском языке слово «чудь» («клин») звучало как suue. Вполне вероятно, что в славянские языки термин «чудь» попал через готский. Это возможно, поскольку этим словом русины и русские называли разные народы финского происхождения (чаще всего прибалтийско-финские народы, но также и другие финно-угорские народы). По мнению В.Я. Конецкого, в «Повести временных лет» при описании событий ІХ-Х вв. этноним «чудь» употребляется в значении «эстонцы». Население Южного Причудья, включая юго-восточную Эстонию, было двуязычным. Население Угавнии поддерживало экономические взаимоотношения с славянами. Славянское население проникало в Эстонию не только при Ярославе Владимировиче (раскопан древнерусский слой Тарту, датированный ХІ в.), но и в эпоху крестовых походов, чему доказательство продукция псковских гончаров XIII в. в Тарту и Вильянди .
Городища находились на мысах и изолированных холмах. Вокруг городища выкапывался ров и насыпался вал. В середине существовали укрепленные площадки. Городища были территориальными и племенными центрами, вокруг которых находились селища. Наиболее мощными и населенными центрами были Тарбата, Отепя, Варбола, Лыхавере, Линданисе (Таллинн). Простые эстонские воины были вооружены дротиками, копьями и топорами, а также защищались с помощью щитов. Знатные эстонские воины, как правило, были на конях и защищены железным коническим шлемом и кольчугой. Среди их вооружения были мечи, топоры и копья. Луки со стрелами не получили широко распространения среди эстов. В XI в. на смену сравнительно небольшим крепостям пришли большие по площади крепости в форме круга. Наиболее укрепленными они были на Сааремаа и в Западной Эстонии. Особенно неприступной была крепость в Варболе, где стены достигали 580 м в длину и были 8-10 м высотой.
Экономика эстов базировалась на сельском хозяйстве, рыболовстве, металургии, ремеслах. Эсты использовали трехпольную систему и плуг. Они охотились и рыбачили. Кузнецы производили орудия труда и оружие. Центрами металлургии были Вирония и север Сааремаа. Были и ювелиры, делавшие орнаменты на изделиях из бронзы и серебра. До прихода русских и немцев эсты активно торговали с ливами, водью, карелами, суоми, хяме. Со славянами эсты торговали через Псков и Новгород. Не были им чужды и контакты с Западом, которые поддерживались через Швецию. Население страны составляло 150-200 тыс.человек. Наименьшей территориальной одиницей была adra-maa, соответствующая гакену и заимствованная от скандинавов (ср. ader). Вся Эстония состояла из 21 тыс. таких единиц. Название округа – килегунда – заимствовано из готского (Kisle). Эта единица соответствовала древнешведскому gislalagh. Киленгунда делилась на села и фермерские поселения arws (aru), соответствующие немецкой marcke и лат. marchia, а также русскому «погосту». По сути это были села и хутора. Леса, пастбища и рыбацкие снасти были собственностью общины. Эсты могли заниматься и пиратством. Население делилось на свободных и рабов. Свободные люди делились на meliores (лучших, интересно, что на этот термин похож древнерусский термин «вячшие мужи») и крестьян. Власть часто передавалась по наследству. Собственность аристократии распространялась на скот и поля. Также скот и земля могли принадлежать и общине. Эстов Генрих Латвийский, как и автор «Ливонской рифмованной хроники», называл богатыми. Рабов обычно захватывали во время пиратских рейдов на Швецию, Данию, Финляндию. Их называли Orja (индоевропейское *ori), и они выполняли функции похожие на те, которые в Руси выполняла челядь. Также было и иноэтническое население – русины или новгородские словене, бежавшие к эстам. Решения важные для всех эстов принимал совет «лучших» со всей Эстонии, напоминавший скандинавский тинг. Каждая килегунда выбирала сеньоров (аристократов), а собрание знати нескольких килегунд составляло seniors terrae, то есть предводителей мааконда (земли).
Советы сеньйоров мааконда происходили несколько раз на год. У эстов существовала система налогообложения (vaccae), деревянные замки Libda (древнерусское осекъ и латинское castrum), и они собирали войско земли – малева. Для обозначения укрепленных городищ употреблялся термин эстонский термин lina (аналогичный термин linna был у финнов), который соответствовал древнерусским городъ или градъ. Они употреблялись по отношению к поселениям Тарту, Отепя, Варбола, Таллинн. В хронике Генриха Латвийского различались castellum (замки) и urbs (городища). К первым относились Сомелинде и Риоле, а к вторым – Муху и Вальяла. В «Ливонской рифмованной хронике» употреблялись термины Hag, Hagen, Hus. А. Селарт указывал, что крупные поселения Эстонии, такие, как Тарту, могут называться «городом» в древнерусском смысле, однако называть их Stadt в немецком смысле этого слова невозможно. Он считает возможным говорить о начале городской жизни с ХІІІ в., то есть со времени Крестовых походов. В. Ланг считал, что корректнее называть эстонские поселения протогородами (Варбола, Сонтагана, Вальяла). Войска собирались в определенных местах – майа. В каждом округе было несколько укрепленных городищ. Наиболее важными были Линданисе в Ревеле, Тгарванпе (Раквере) в Вирумаа, Моне (Мугу) на острове Муху, Пойде, Валяла и Каарма на Сааремаа, Леал (Лигула) в Роталии, Варболе (Варбола) в Гаррии, Вильянди в Саккале, Тарбата (Тарту) и Отепя в Угавнии. Наиболее удобными были бухты, которые находились в Пярну в Саккале, в Линданисе в Ревеле, Толсбург, Магольм и Нарва в Виронии. Чтобы охранять богатство было построено 120 крепостей. Они строили на мысах и на холмах. Существовали круглые крепости и так называемые «крепости ложа Калевипоэга». С моря эстам в эпоху викингов угрожали скандинавы, которые иногда вторгались в эстонские земли. Несмотря на все сложности, у эстов, как и в Скандинавии, увеличилось население и образовались вождества в виде маакондов-земель. Общество эстов многое заимствовало у скандинавов эпохи викингов и было милитаризованным.
Центральным в торговле был город Линданисе, который находился на пути из Ладоги в Даугаву. Путь проходил таким образом: Нарва – Тгарванпе – Линданисе – Хаппсало-Роталия – Лигула – Ганила – Пярнау – Метсополе – Даугава. Из Линданисе шли два сухопутных пути. Первый проходил через Лоне (Логу) и Райгеле (Райкюла) и шел к Пярну, где соединялся с даугавским путем. Второй путь проходил через Тюри (Пайде-Леоле, Лыхавере) через Вильянди до Цесиса (Вендена). Оттуда путь шел до Полоцка. Также был путь из Нарвы на юг вдоль реки Нарвы и Чудского озера. Он проходил через Нарву, Торму, Тарбату и Отепя. В Отепя путь разделялся. Западный путь шел до Цесиса и к Полоцку, восточный путь также шел к Полоцку, но проходил через Изборск и Псков. Существовали и локальные торговые пути Варболе – Ладисе – Леал (Лихула), Тюри (Пайде) – Пярну, Тгварванпе – Ависпе – Сомнелинде (Соомевере).
В рунических надписях на камнях ХІ в. упоминаются викинги, которые погибли в Эстланде. Эта страна фигурирует и в сагах. В «Саге о Ньяле» упомянуто о датском рабе Тове в Эстланде. Более подробные сведения находим в «Круге Земном» Снорри Стурлусона. Около 600 г. конунг свеев Ингвар высадился в Эстланд с своим войском. Против него выступило значительное войско эстов, и в битве с ними Ингвар погиб. Норвежский король Хальвдан Белый был убит в сражении с эстами, а королева Астрид с своим сыном Олафом попала к ним в плен. На рынке рабов некоторое время были Олаф Трюггвасон и его мать. Впрочем, упомянутые в «Саге об Олафе Трюгвассоне» имена врагов принадлежат не финноязычым эстам, а балтам. Сведения «Саги об Олаве Трюгвассоне» и «Саги об Инглингах», таким образом, не дают возможности прямо отождествить Эстланд с Эстонией.
В «Ливонской рифмованной хронике» анонимный хронист особо выделяет эзельцев, то есть эстов Осилии. Они названы соседями куршей и мужественными людьми. Летом они обычно совершали пиратские набеги на кораблях морем на всех соседей: указано, что от них страдали язычники и христиане. Отмечено, что они сильны на море и что живут на островах. Об эстах говорится, что они язычники, их страна обширна и богата и в ней много богатых людей. Сведения об их религии фрагментарны. У них имелись священные рощи и камни для жертвоприношений. В жертву приносились мясо, молоко, кровь, ягоды, а иногда и люди – пленные. Жрецам (которыми обычно были главы родов) приписывали возможность предсказывать будущее и совершать магические действия, накладывая заклятия и исцеляя людей. Для того, чтобы умерший враг не мог отомстить, ему отрезали голову и вырезали сердце. Так, датскому правителю земли Гервии (Ярвамаа) Хеббе воины из Саккалы в 1223 г. вырезали сердце и кинули этот орган в огонь
Территории эстов делились на восемь больших и пять малых маакондов. Латинским наименованием Моонзундских островов было Осилия, которое, как уже упоминалось, происходило от скандинавского Ey-sysla. Эстонцы называли эту землю Сааремаа – Островная земля; финское название переводилось аналогично. В славянских летописях эта территория называлась Островьская земля (вместе с тем существовал этноним сосолы. Латыши отличали осилийцев от других эстонцев. Их называли Sāmi. На острове Сааремаа находились городища Пойдэ, Валяла, Каарма, на острове Муху – городище Линнусе. На городище Каарма располагалось капище бога Тарапиты. Осилия делилась на округи – кихельконды. Округ Гореле включал городище Пойдэ и остров Муху. Сааремаа включал округи Валялэ, Каря, Кармеле, Кигелконна. На Сааремаа было три гавани – Соттесатама, Сарво, Пилаясари. В местной топонимии часты названия, связанные с кораблями – «лодочный холм», «корабельный холм», «лодочная дыра». Были также топонимы, обозначавшие укрепления. В XII в. пришла в запустение гавань Торнимяе, активно использовавшаяся в эпоху викингов скандинавами. Всего на Сааремаа было 6-7 важных гаваней. У осилийцев была база на нижнем течении Даугавы на острове Доле, и они смешивались с ливами, живущими у Лауксколы. К эстам попадали ювелирные изделия из Земгалии и Куронии. Моонзундский архипелаг был удобным пунктом для пиратских нападений на Швецию. Нужно сказать, что флот осилийцев насчитывал около 300 кораблей. На Моонзундских островах были большие залежи железа, и благодаря этому местное население не зависело ни от кого и могло самостоятельно изготовлять оружие и хозяйственные инструменты. На острове было около 3 тыс. ферм, больше, чем в Северной Эстонии. На этих фермах использовали труд рабов, захваченных в скандинавских странах и Финляндии. Войско, которое могли выставить осилийцы, насчитывало 9 тыс. (30 человек на корабль, каждые 10 хозяйств выставляли по кораблю). В своих набегах на соседей эсты Осилии объединили свои усилия с куршами. Генрих Латвийский под 1206 г. написал, что
осилийцы часто опустошают земли и сжигают церкви, убивают часть жителей, а остальных берут в плен.
Общество эстов Осилии было организовано по тому же принципу, что и в других землях. Оно делилось на знать и простолюдинов. Знать собиралась на съезды отдельных округов и всей земли. В отличии от балтов или тех же ливов, эсты Осилии были менее индивидуалистичны, и их общество имело меньшее расслоение, чем Скандинавия в эпоху викингов или континентальная Эстония эпохи крестовых походов, что, однако, не мешало осилийцам делать набеги в духе викингов и захватывать рабов для того, чтобы ими торговать. Центр осилийцев находился в поселении Валяла на Сааремаа. Вполне возможно, что общественное устройство эстов Моонзундского архипелага было некоторым аналогом Исландской республики. Общество осилийцев делилось на кланы, которые, в свою очередь, состояли из семей. Для осилийцев были характерны не отдельные, а коллективные
погребения. Противоречия и конфликты разрешались военным способом подобно тому, как это было у викингов.
По мнению В.Т. Пашуто, осилийцы были союзом семи кихельконд, которые объединялись в одну коммуну-мааконд. Совет старейшин земли управлял судом и административными делами. Среди местного населения была многочисленная знать.Сыновья старейшин при немецком владычестве забирались в заложники. Осилийцы отстаивали свои права на передачу земель и рабов в наследство. В обмен на это под немецкой властью осилийцы обязались выступать в войнах на стороне Тевтонского Ордена и вик-эзельского (сааремаа-ляэнского) епископа летом на кораблях, зимой на конях. За это им оставлялась широкая автономия их мирского суда, который формального воглавлял немецкий фогт. Даже участвовшие в восстаниях против Ордена Меченосцев и Тевтонского Ордена могли получить землю в наследство, если возмещали нанесеные убытки. Свободы осилийцев были напрямую связаны с их непокорностью: немцы, дабы гарантировать их лояльность, шли на большие уступки. В договоре от 1255 г. названы конкретные старейшины осилийцев: Илле, Куле, Эну, Мунтеленэ, Таппетэ, Иальдэ, Мелетэ, Какэ. Далее говорится о весьма многих эзельцах. Это один из редких случаев. В договоре от 1241 г. названы только свидетели от немецкой стороны, а в договоре от 1284 г., уменьшившем права осилийцев, свидетели не названы.
Восточнее Осилии находилась земля, названная славянами Чудью поморской. Интересно, что в латинских документах эта провинция называлась Maritimi, Maritima, Maritime Provincia. Генрих Латвийский же использовал для обозначения этой области немецкий термин – Роталия – по имени главного округа Ротелевик. В этом округе находился и замок Леал (городище Лихула). Между речками Энге и Кайра располагался округ Сонтагана (Соонтага). Там же находилось поселение at Steine, которое эстонцы называли Кивидепя (Каменная голова). Когда на территориях Осилии и Роталии было образовано Эзель-Викское епископство, то их центром стал Леал.
В «Саге о Ньяле» упомянута земля Рафали, а в «Саге об Одде Стреле» эта страна названа Рефаландом. В «Книге переписи Дании» она фигурирует как провинция Ревеле, которая состояла из трех кихельконд – Воментакае, Окриэлаэ и Репель. В нейтральной зоне находилось поселение Линданисэ, которое славяне называли Леденцом (калька с Линданисэ). Долгое время в немецкой историографии было популярно мнение, что Таллинн основали датчане после 1219 г. Однако остзейский немец О. Грейфенхальген указывал, что церковь Святого Олафа возникла значительно раньше. Эстонский историк А. Сювалеп считает, что поселение возникло в ХІІ в. и его основали готландские купцы. А. Вассар указывал, что до Линданисэ центром Ревеле было скандинавское городище Иру, которое прекратило существование около 1000 г. В ХІІІ в. около Таллинна образовалась сеть сухопутных дорог, но Э. Тыниссон считает, что говорить о Таллинне как о городе можно только с 1230 г. По мнению эстонских и русских исследователей, возникновение Ревеля-Таллинна было подготовлено социально-экономическим развитием Эстонии в Х-ХІІІ вв. Интересно отметить, что у ал-Идриси это поселение фигурирует как Qaluwary. В славянских источниках Таллинн упоминается с ХІІІ в. и называется Колыванью. Название города, возможно, происходило от имен мифических эстонских героев Калева и Калевипоэга. Ал- Идриси был достаточно детально информирован и о других портах Эстонии. Анху, город Астланда – это поселение Ханила на острове Муху, Бурну – Пярну, Фаламус – Лихавере. «Ревель» было немецким и датским наименованием. По-эстонски же город назывался Taanilinna, то есть «датский город». Финны называли этот город Kesoi или Keson. Поселение занимало значительное место в торговле. Куда проникали купцы, туда потом приходили и миссионеры. В 1070 г. в Линданисэ находилась церковь Святого Олафа. Адам Бременский указывает, что тогда в Прибалтику назначили монаха Хитиниуса, рукоположив в его в сан епископа и дав ему имя Иоанн. Hestia входила в состав шведских епархий. В 1172-1177 гг. в церкви Святого Олафа жил миссионер Фулько. Позже в Эстонию назначили Николауса. В 1191-1219 гг. в Эстонии проповедовал Теодорих. Эстония христианизировалась, но очень медленно. Христианство у эстов было синкретичным. Они включали в свой пантеон христианского Бога, но продолжали поклоняться своим богам. На побережье земли Ревеле находилось три гавани – Куркс, Ягала, Салмитса. Используя их в качестве опорных пунктов, эсты нападали на южное побережье Финляндии. В эпоху викингов и сами земли Ревеле подвергались набегам. На острове Эгна погиб ярл Старой Ладоги Улеб (по-шведски Ульв).
Генрих Латвийский называл эстонскую землю Харьюмаа провинцией Гаррия, которая состояла из кихельконд – Гваккриц, Кокис, Юриц, упомянутых в «Книге переписи Дании». Именно в этой земле находился политический центр Эстонии. Столицей Харьюмаа было городище Райгеле (Райкюла). Вокруг него находились городища Варбола, Логу, замок Кедипов и замок на реке Конувере. Варболу знали на Руси как город Воробьин. Логу во время завоевания Северной Эстонии был взят датчанами. Э. Тыниссон указывает на существование городища в ХІІ-ХІІІ вв.
Как топомим, отдельный от Эстланда, в скандинавских источниках фигурирует Вирония. В рассказе о странствиях одного викинга в надписи на руническом камне, датированном 1020-1040-ми гг., упомянута страна Virland, т.е. Вирония Генриха Латвийского. Финны называли эту землю Viro, карелы – Viromaa, эсты – Вирумаа. Финский залив долгое время назывался финнами Виронлахти. На побережье находилось четыре гавани – Каупсаре-Садам, Толсбург, Пурц и Нарва, откуда эсты осуществляли пиратские набеги на Финляндию и Карелию. Некоторые эстонские поселения были известны славянам. Так, Нарва известна как Ругодив, а Тгарванпе – как Раковор (немцы называли его Везенбург.
Саккала находилась в районе Рижского залива, и в ней наиболее известными городищами были Вильянди, Пярну и Лихавере. По названию городища Вильянди славяне называли жителей области вельядцами, а Пярну называли Пьртуевым. Лихавере немцы называли Леоле, но Генрих Латвийский именует его просто Саккальским замком. В этом поселении находилась резиденция Лембиту – эстского вождя, с деятельностью которого связаны многие события в ХІІІ в.
Наиболее южной провинцией была Унгавния. Латыши и ныне называют эстонцев Igaunis, а их страну – Igaunija. Центром этой земли было городище, которое Генрих Латвийский называл Тарбатским замком, хотя столицей земли был вовсе не Тарту, а городище Отепя, которое славяне буквально переводили как Медвежья голова, а жителей земли называли «медвежане». На юго-востоке Эстонии Х. Валк, А. Лиллак и А. Хаав в ходе археологических раскопок исследовали городища на холмах – Курекюла, Кыыру и Куйгатси. Курекюла и Кыру были укреплениями, которое вместе с Рапиной прикрывали Отепя от походов со стороны славян и балтов. Что касается Куйгатси, то эта крепость прикрывала Тарту. Эти укрепления существовали еще в эпоху так называемого римского железного века и, вероятно, защищали от воинственных соседей. Раскопки археологов в юго-восточной Эстонии выявили много городищ – Тиллеору, Урвасте, Хинниала, Росма, Лухты, Сангасте, Варесте, Эрумяе, Кирумпя, Вастселийна (Нейгаузен), Рыуге. На юге Унгавнии (в современном регионе Вырумаа) экономическим базисом городищ были водные пути. В городища прибывали купцы-варяги, которые покупали меха у местного населения.
Пять малых провинций имели по одному кихельконду. Алемпойс находился на среднем течении речки Пярну и на ее притоках Кяру и Линце. Нурмегундэ (Курмекунд) простирался на север от речки Навести (Пала), на запад от реки Пылтсамаа и на север от озера
Выртсьярви. Земля Мыху находилась в бассейнах речек Пылтсамаа и Педья. Йогентагания располагалась на юг от Мыху и Вайги и на север от реки Суур Эмы, а область Соболиц – на западном берегу озера Пейпус (Чудского).

Бальтазар Руссов. Хроника провинции Ливония // Сборник материалов и статей по истории Прибалтийского края. – Т. 2. – Рига: Типография И.Н. Липинского, 1879.
Валк Х. Городища Восточной Эстонии и поход князя Ярослава на Чудь // Археология и история Пскова и Псковской земли. – М.: Ин-т археологии РАН, 2009. С. 393- 406.
Валк Х. Об истории основных путей из Изборска на запад // Изборск и его округа. – Изборск: Государственный историко-архитектурный и природно-ландшафтный музей-заповедник, 2009. С. 94-101.
Видеман Ф.И. Обзор прежней судьбы и теперешнего состояния ливов.– СПб.: Типография Императорской академии наук, 1870.
Генрих Латвийский. Хроника Ливонии. – М.: Изд-во АН
СССР, 1938.
Герман Вартберг. Ливонская хроника // Сборник материалов и статей по истории Прибалтийского края. Т.1. – Рига, 1876.
Иордан. О происхождении и деяниях гетов. – СПб.: Алетейя, 1997.
Клима Л. Финно-угорские народы в России в Средние века: финно-угры и самоеды на страницах Повести временных лет // Славянский альманах. 2006. – М.: Индрик, 2007. С. 43-60.
Конецкий В.Я. Чудь Повести временных лет: этнокультурная и историческая интерпретация // Новгородика-2006. К 100-летию академика Д.С. Лихачева. Материалы международной научной конференции 20-22 сентября 2006 г. Ч. 1. – Новгород,
2007. C. 202-216.
Матузова В.И. Английские средневековые источники IX-XIII вв. – М.: Наука, 1979.
Назарова Е.Л. О топониме Клин в Новгородской первой летописи // Древнейшие государства Восточной Европы. 1998. – М., 2000. С. 207-212.
Напольских В.В. Введение в историческую уралистику. – Ижевск: Удмуртский ин-т истории, языка и литературы, 1997.
Новгородская первая летопись младшего и старшего изводов. – М.: АН СССР, 1950.
Пашуто В.Т. Русь. Прибалтика. Папство. Избранные статьи. – М.: Ун-т
Дмитрия Пожарского, 2011. Пріцак О. Походження Русі. Т. 2. – К.: Обереги, 2003.
Седов В.В. Эсто-ливские племена // Славяне и скандинавы. – М.: Наука, 1986. Седов В.В. Эсты // Финно-угры и балты в эпоху Средневековья. – М.:Наука, 1987. C. 13-23.
Селарт А. Начало городской жизни в средневековой Ливонии и Руси // Балтия в контексте Северного Пространства. От Средневековья до 40-х гг. ХХ в. – М.: Ин-т всеобщей истории РАН, 2009. C. 84-102.
Селарт А. Власть русских властей в Прибалтике в XI-XIII вв.: источники и интерпритации // Сословия, институты и государственные институты в России. Сборник статей памяти академика Л.В. Черепнина. – М.: Языки славянских культур, 2010. С. 284-294
Снорри Стурлусон – Снорри Стурлусон. Круг земной. – М.: Наука, 1980.
Тваури А. Псковские гончары в Тарту и Вильянди в XIII в. // Археология и история Пскова и Псковской земли: материалы науч. семинаров за 2001-2002 гг. – Псков, 2003. С. 257-261.
Тваури А. Следы города Юрьева с 1030-1061 гг. в культурном слое нынешнего Тарту // Псков в российской и европейской истории. Т. 1. – М.: МГУП, 2003. С. 240-244.
Тыниссон Э. Городище Варбола // Археология и история Пскова и Псковской земли. – Псков: Псковский государственный объединенный историко-архитектурный и художественный музей-заповедник, 1985.
Тыниссон Э.Ю. Замок и его округа в начале XIII в. в Эстонии // Раннесредневековые древности Северной Руси и ее соседей. – СПб.: Ин-т истории материальной культуры РАН, 1999. С. 221-227.
Франц Ниештедт. Ливонская летопись // Cборник материалов и статей по истории Прибалтийского края. Т. 3. – Рига, 1880. С. 355-400.
Хрусталев Д.Г. Северные крестоносцы. Русь в борьбе за сферы влияния в Восточной Прибалтике XII–XIII вв. Т.1. – СПб.: Евразия. 2009.
Чешихин Е.В. История Ливонии с древнейших времен. Т.1. – Рига,1884.
Шаскольский И.П. Сигтунский поход // Исторические записки. Т. 29. – М.: Изд-во АН СССР, 1949. С. 125-163.
Шаскольский И.П. Борьба Руси против крестоносной агрессии на берегах Балтики в XII-XIII вв. – Л.: Наука, 1978.
Шаскольский И.П. Древний Таллин на путях между Западом и Востоком // Цивилизация Северной Европы. Средневековый город и культурное взаимодействие. – М.: Наука, 1992.
Andersen T., Raudkivi P. ‘From Saxo Grammaticus to Pere Friedrich Suhm: Danish Views of Medieval Estonian History’ // Acta Historica Talliensia. Vol. 11. Tallinn: Tallinna Ülikool, Ajaloo Instituut, 2007. Pp. 3-29.
Atskaņu Kronika. – Rīga: Zinātne, 1997.
Для просмотра ссылки Зарегистрируйтесь
Для просмотра ссылки Зарегистрируйтесь
Для просмотра ссылки Зарегистрируйтесь
Для просмотра ссылки Зарегистрируйтесь
Для просмотра ссылки Зарегистрируйтесь
Для просмотра ссылки Зарегистрируйтесь
Christeansen E. The Northern Crusades. London: Penguin Books, 1997.
Fonnesberg-Schmidt I. The Popes and the Baltic Crusades, 1147-1254. Leiden: Brill, 2007.
History of Estonia. Tallinn: Avita, 2004.
Jonuks T. ‘Principles of Estonian Prehistoric Religion: With Special Emphasis to Soul Beliefs’// Interarchaelogia. Vol. 1. Tartu-Vilnus-Riga: Tartu Ulikool, 2005. Pp. 87-95.
Lang V., Valk H. ‘An Archaelogical Reading of the Chronicle of Henry of Livonia: Events, Traces, Context and Interpretations’// Crusading and Chronicle Writing on the Medieval Baltic Frontier. A Companion to the Chronicle of Henry of Livonia. – Farham: Ashgate Publishing, 2011. Pp. 291-316.
Mäesalu A. ‘About the Destruction Date of the Medieval Castle of Otepää’// Estonian Journal of Archaeology. 2010. Vol. 14 (1). Pp. 79-89.
Mäesalu A. ‘Could Kedipiv in East Slavonic Chronicles be Keava Hill fort?’// Eesti Arheloogia Ajakiri. 2012. No. 1. Pp. 195-200.
Mägi M. ‘From Stone Graves to Churchyards. Burial Traditions in the Late Prehistoric and Early Medieval Island of Saaremaa’// Folklore. Electronic Journal of Folklore. 2004. Vol. 27. Pp. 7-28.
Mägi M. ‘From Paganism to Christianity: Political Changes and Their Reflection in the Burial Customs of 12th-13th Saaremaa’// Der Ostseeraum und Continentaleuropa. Einflusnahme-Rezepttion-Wandel. Schwerin: Thomas Helms Verlag, 2004. Pp.
27-34.
Mägi M. ‘ “Ships Are Their Main Strength”. Harbour Sites, Arable Lands and Chieftains in Estonia’// Estonian Journal of Archaelogy. 2004. Vol. 8. Pp. 128-162.
Mägi M. ‘Viking Age Harbour Site at Tornimäe, Eastern Saaremaa’// Archaelogical Fieldwork in Estonia. 2004. – Tartu – Tallinn: University of Tartu Department of Archaeology and the Tallinn University Institute of History, 2005. Pp. 65-75.
Mägi M. ‘Excavations on the Coasts of Prehistoric and Medieval Saaremaa’// Archaelogical Fieldwork in Estonia. 2005. Tartu – Tallinn: University of Tartu Department of Archaeology and the Tallinn University Institute of History, 2006. Pp. 65-82.
‘Mägi M. Collectivity versus Individuality: the Warrior Ideology of Iron Age Burials Rites of Saaremaa’// Weapons, Weaponry and Man (In Memoriam Vytautas Kazakevicius). Archaelogua Baltica. Vol. 8. – Klaipeda: Klaipeda University, Institute of Baltic Sea region, 2007. Pp. 263-272.
Mägi M. ‘Ösel and Danish Kingdom: Revisiting Henry Chronicle and the Archaelogical Evidence’// Chronicle Writing on the Medieval Baltic Frontier. A Companion to the Chronicle of Henry of Livonia. Farham: Ashgate publishing, 2011. Pp. 317-341.
Mägi M. ‘Corporate Power Structures as Indicated in Archaeological Evidence: The Case in the Middle Iron Age and Viking Age’// Fennoscandia archaelogia. Vol. XXX. Helsinki: The Archaelogical Society of Finland, 2013. Pp. 107-125.
Raudkivi 2011 – Raudkivi P. ‘Saksa migratsioonist Liivimaale keskajal. Kriitilisi märkmeid’, Acta Historica Talliensia, No. 17. – Tallinn: Tallinna Ülikool, Ajaloo Instituut, 2011. Lk. 16-36.
Saxo Grammaticus. Gesta Danorum.
Scriptores Rerum Danicarum Medii Aevi. Tomus I. Hafniae: Typis Vidue Andreae Hartvici Godiche, 1772
Scriptores Rerum Danicarum Medii Aevi. Tomus II Hafniae: Typis Vidue Andreae Hartvici Godiche, 1773.
Scriptores Rerum Svecicarum Medii Aevi. Tomus II. Uppsalie: Typis Regis Augustissimi, 1828.
Selart A. ‘The Formation of Estonian Eastern Border during Middle Ages’ // The Dividing Line: Borders and Natonal Peripheries. Helsinki: Renvall Institute, University of Helsinki, 1997. Pp. 27-41.
Selart A. ‘Slavery in Eastern Baltic in the 12th-15th Centuries’ // Schiavitu e servaggio nell’economia europea sec. XI-XVII. Serfdom and Slavery In European Economy, 11th - 16th Centuries. Firenze: Firenze University Press, 2014. Pp. 351-364.
Selart A. Livonia, Rus and the Baltic Crusades in the Thirteenth Century. –
Leiden: Brill, 2015.
Tamm M. ‘Communicating Crusade. Livonian Mission and Cistercian Work in the Thirteenth Century’// Ajalooline Ajakiri. 2009. No. 3/4 (129/130). Pp. 341-372.
Tamm M. ‘How to Justify a Crusade? The Conquest of Livonia and New Crusade Rhetoric in the Early Thirteenth Century’ // Journal of Medieval History. 2013. Vol. 39. Issue 4. Pp. 1-25.
Tvauri A. The Migration Period, Pre-Viking Age, Viking Age in Estonia. Tartu: Tartu University Press, 2012.
Vahtre S. Muinasaja loojang Eestis: vabadusvoitlus 1208-1227. Tallinn: Olion, 1990.
Valk H. ‘Christianisation in Estonia: in Process of Dual-Faith and Syncretism’// The Cross Goes North. Processes of Conversion in Northern Europe. York: York Medieval Press, 2003. Pp. 571-579.
Valk H. ‘Excavation in Viljandi: New Data about Final Period of Iron Age and Besieging of 1223’ // Archaeloogilised valitood Eesties. – Tallinn: Muinsuskaitseamet, 2003. Pp. 56-70.
Valk H. ‘The Christianisation of Estonia and Changes in Burial Customs’// Offa. Vol. 58 (2001). Neumünster: Wachhotz Verlag Neumünster, 2003. Pp. 215-222.
Valk H. ‘Excavation in the Late Iron Age and Medieval Centres of Võrumaa: Tilleoru, Kirumpää and Vastseliina’ // Archaelogical Fieldwork in Estonia. 2005. – Tallinn: Muinsuskaitseamet, 2006. Pp. 127-140.
Valk H. ‘Prehistoric Strongholds of Estonia’ // Eesti Muinaslinnad. Tartu – Tallinn: University of Tartu, Faculty of Philosophy, Institute of History and Archaeology, Chair of Archaeology, Chair of Archaeology, 2008. Pp. 153-167.
Valk H. ‘The Vikings and the Eastern Baltic’ // The Viking World. London – New York: Routledge, 2008. Pp. 485-495.
Valk H. ‘From the Iron Age to the Middle Ages: Local Nobility and Cultural Changes in the 13th Century’// The Reception of Medieval Europe in the Baltic Sea Region. Visby: Gotland University Press, 2009. Pp. 273-292.
Valk H. ‘Pagan-Christian Co-Existence in Medieval Estonia’// The Archaeology of Medieval Europe. Twelfth to Sixteenth Century. Aarhus: Aarhus University Press, 2011. Pp. 430-431.
Valk H., Lillak A., Haav A. ‘Excavation on the Hill Forts of SouthEast Estonia: Kurekula, Kõõru and Kuitgatsi’// Archeological Fieldwork in Estonia, 2012. Tartu – Tallinn: Tallinn University, Institute of History; University of Tartu, Faculty of Philosophy, Institute of History and Archaeology, Chair of Archaeology, 2013. Pp. 61-72.

Читайте о Средневековая Эстония в нашей группе Вконтакте Смотрите Средневековая Эстония в нашей группе Ютуба
    У тебя есть вопрос или предложение по этой теме? Или хочешь высказать свою точку зрения?
    Тогда просто нажми ниже на любую кнопку своей социальной сети и сделай это!

     РегистрацияУважаемый Гость, для скрытия рекламы, зарегистрируйтесь на форумеВход на форум 
    © 2019 «Империал» · Условия использования · Ответственность · Визитка Сообщества · 19 Авг 2019, 12:49 · Счётчики