Сообщество Империал: С Вером у Бога, за Краља и Отаџбину. Глава 9. - AAR'ы Medieval 2: Total War - Medieval 2: Total War - Библиотека - Сообщество Империал

  • Поиск
  • Законы
  • Сообщество
  • Репутация
  • Экономика
  • Больше

Реклама отключена для зарегистрированных посетителей

[ Регистрация ] · [ Авторизация ]

Сообщество Империал > Библиотека > Medieval 2: Total War > AAR'ы Medieval 2: Total War > С Вером у Бога, за Краља и Отаџбину. Глава 9. Регистрация

Информация об авторе

  • Автор: ANDRIANNICK

Информация по статье

  • Добавлено: 09 Сен 2015, 16:40
  • Просмотры: 421

Дополнительно

Репутация: 1
С Вером у Бога, за Краља и Отаџбину. Глава 9.

Описание: Совместный AAR за Сербское Королевство по моду Ferrum Aeternum
Глава 9
     Летом 1214 года враги Сербского королевства, немцы, поляки и венецианцы, получив достойный отпор, на время затихли, и, казалось бы, можно было вновь возвратиться к мирной жизни.

     Тем не менее, сербский король не мог оставить своих врагов без внимания. Известно было, что возле Праги и Браслау скопились многотысячные армии Священной Римской Империи во главе с Матиасом и Викерусом Бланкенбург, а также Дитером и Отто фон Брауншвейг. Также значительно усилившаяся к этому времени Польша не собиралась упускать возможности напасть на сербские земли с севера. Польские феодалы тоже давно хотели овладеть таким важным городом, каким являлся Эстергом.

     Поэтому верные люди короля постоянно находились в тех вражеских землях, откуда можно было бы ожидать скорого нападения, своевременно сообщая ему обо всех перемещениях вражеских войск.
     С юга, откуда все чаще приходили слухи обо все новых успехах турков-сельджуков, также вот-вот могла придти новая беда. В то время как Византийская империя слабела, турецкое государство набирало силу. Основанное вождем Сельджуком единое и крепкое турецкое государство имело многочисленную и хорошо организованную армию, в то время как византийскому императору доводилось тратить немало сил империи на подчинение своей власти непокорных вельмож и прекращение междоусобных войн между ними же. В начале XIII века опасность вторжения этих грозных завоевателей в Византию заметно увеличилась, так как возникающие в Византии неурядицы не оставались незамеченными турками Грабительские набеги сельджуков все чаще разоряли ослабленные междоусобицами византийские земли в Малой Азии. Турецкие войска все ближе подходили к Константинополю, угрожая самой столице Империи.
     Уже в конце своего царствования король Стефан Великий, будучи связанным с базилевсом Византии, как долголетним союзом, так и родственными узами, намеревался предложить ей свое содействие в совместном отражении турок. Король надеялся, что с этим знаком добрососедской помощи отношения между странами, несколько охладевшие в последние годы, вновь потеплеют.
     Для этого в Византию был отправлен опытнейший дипломат Фране из Зеты. Только с немалым трудом сербскому послу удалось попасть на прием к наследнику византийского престола Имберту. Однако предложение Фране впустить в византийские земли войска сербских полководцев Здравко Коларевича и Радована Булатовича не было принято. Как оказалось, к этому времени византийцам удалось отбить турок от столицы, и потому, впав в гордыню, наследник Имберт отверг предложенную Фране помощь с такими словами, что византийская держава и сама в состоянии оберегать земли своих предков, а стало быть, в военной помощи сербов совсем не нуждается. После такого надменного ответа король Стефан II, не проявляя большой настойчивости, предоставил византийцам вести эту войну самостоятельно. Тем более, к этому времени турки пока ничем не угрожали сербским рубежам, а кроме того, все еще вели с Сербией торговлю, приносящую ей немалую пользу.

     Еще во время правления короля Стефана I сербские земли заметно окрепли в экономическом отношении благодаря развитию сельского хозяйства, ремесел и горного дела. Все это служило хорошей основой для расширения внутренней и особенно внешней торговли страны. Торговые пути давно уже связывали сербские города со многими странами, как Европы, так и Азии. Товары, производимые в Сербии, привлекали все новых купцов из дальних стран. Из страны в больших количествах вывозились серебро, мед, зерно, древесина, кожи. Поддерживающие оживленные связи с другими странами города продолжали расти, население их все увеличивалось. В связи с ростом населения в Белграде были построены высокие каменные стены, в Дураццо вошел в строй торговый порт.
     В начале осени 1214 года средний сын короля Стефана Миховил посватался к Бояне, дочери уважаемого белградца Илии Жеравицы.

     Жениху настолько знатного происхождения почтенный Илия даже не думал отказывать, так что уже вскоре была сыграна сопровождаемая роскошным праздником свадьба Миховила и Бояны.
     Во многих городах, Белграде, Скопье, Загребе – были открыты новые рынки и ежегодные ярмарки, где в изобилии продавались местные и привозные товары. Особенным успехом пользовался у торговцев столичный торг в городе Рас, где гильдия местных купцов переживала период своего расцвета.

     Осенью 1214 года там было заключено новое торговое соглашение с восточным соседом – Кипчакским ханством. Сменивший на троне Стефана I его сын король Стефан II и дочь хана кипчаков Тилик обсудили привилегии купцов обоих государств и произвели обмен торговыми грамотами, согласно которым сербские и кипчакские торговцы имели бы надежную защиту от неправильно взимаемых пошлин, несправедливости властей и право на возмещение незаконно причиненного ущерба.

     Другую хорошую новость король Стефан получил от своего посланника на Востоке Михаила Волчича. Странствуя по далеким странам, посланник короля провел переговоры с эмиром города Багдад, а затем стал свидетелем осады мятежной крепости Бейхак воинственными хорезмийцами во главе с Хумаром Мангуберды. К тому времени Волчич достиг таких дальних земель, что нужно было ждать долгие месяцы, чтобы вести от него достигли столицы.
     Но вот, наконец, очередное донесение от королевского посланника добралось до королевского двора. В нем сербский посланник сообщил, что теперь Сербия имеет возможность беспошлинно торговать с такими государствами, как Оман и Хорезм. С заключением этих соглашений сербское государство получило новый источник для пополнения своей казны.

Весной 1215 года поляки вновь решились напасть на сербов и снова вторглись в сербские земли, намереваясь пробиться к Эстергому. Путь им преградила армия Бране Иванича.

     Силы соперников были примерно равны. Сербы заняли удобную позицию перед лесом, ожидая подхода вражеских сил. Вскоре показались и они. В скоротечном бою сербы нанесли полякам сокрушительное поражение, вынудив их к беспорядочному бегству с поля боя, во время которого был убит и полководец Ян.

     Преследуя бежавших, сербы пленили многих из них. Впоследствии выкуп более чем в 1300 дукатов за двести с лишним пленных поляков пополнил казну Сербии. После того, как деньги были доставлены и сосчитаны, пленным было разрешено уйти.

     Теперь-то уж в Польше хорошо знали о военной силе Сербии. Поэтому, прежде чем рискнуть еще раз выступить в поход, поляки более полугода собирали воинов, обстоятельно и продуманно готовясь к новому вторжению.
     Пока мир царил на сербской земле, наконец-то связал себя узами брака и Лука, старший сын короля Стефана. На радость всем была отпразднована его свадьба с красавицей Мирной из рода Баладжичей. По этому поводу дома и улицы были украшены, а день объявлен праздничным для всех. А немногим ранее Сербия отметила еще один праздник – достижение совершеннолетия самого младшего сына короля Векослава, с детства отличающегося красивым лицом и крепким здоровьем.
     С началом 1216 года с востока в Сербию проникло новое страшное бедствие – вспыхнула неведомая доселе болезнь, называемая «черной смертью». Первой на ее пути стал Эстергом. Улицы города даже без войны оказались завалены трупами - смертность от болезни, которую пока не умел лечить даже самый искусный лекарь, оказалась очень высокой. Болезнь продолжала распространяться, опустошая страну. Всего за несколько месяцев около двух тысяч жителей города и области от нее умерли. Многие жители пытались спастись бегством, покидая город, но жители других городов, уже наслышанные о моровом поветрии, даже отказывали им в гостеприимстве. Однако эта мера не спасала от чумы; вскоре заболевшие начали появляться и в других городах.

     Тем временем, знатный шляхтич Барним из Калиша, подготовив и обучив большое войско, вновь двинулся на Эстергом. По всей видимости, весть о болезни еще не достигла Польши, поэтому поляки с уверенностью шли вперед. В состав армии Барнима вошла сильная наемная конница из франкских и германских рыцарей, имелись и метательные машины. Небольшой пограничный отряд воеводы Слободана, оказавшийся на пути польского войска, был рассеян в неравном бою.
     Многие из беглецов сумели-таки добраться до Бране Иванича и отвели от него беду, предупредив об очередном нападении поляков. Собрав воинов, сербский полководец вышел им навстречу.

     Враги сошлись в том же месте, что и год назад. На этот раз сражение происходило намного более упорно, с большим ожесточением обеих сторон. Увидев, что сербы заняли позицию на возвышенности, поляки двинули вперед свою многочисленную тяжелую конницу, которая начала непрерывно атаковать сербских пехотинцев. За ней пришла в движение и пехота.

     Противостоять мощному натиску закованных в железо рыцарей, восседающих на огромных конях, сербским пехотинцам было очень тяжело. Их рубили мечи и секиры всадников, крушили боевые палицы, сбивали с ног и топтали кони. Ощетинившийся копьями сербский строй, тем не менее, уже начинал прогибаться под страшным напором рыцарей. Польский воевода Барним был почти уверен в своей победе. Скоро сербское войско могло быть разорвано на две половины и тогда его поражение стало бы неизбежным.
     Опытный военачальник Бране Иванич вовремя заметил эту опасность. Встав во главе своей лучшей конницы, до сих пор ожидавшей своего часа в ближайшем лесу, он примчался на помощь своим воинам. Стремительно атаковав наемных рыцарей поляков, он заставил их отступить.
     Воспрянув духом, сербская пехота снова сомкнулась и уже сама перешла в атаку. Оставляя за собой груды тел, сербские пехотинцы медленно продвигались вперед по кровавому снегу, беспощадно избивая своих врагов. Барним из Калиша, опять собрав вокруг себя не знавших, что делать, растерявшихся всадников, пытался также задержать и ободрить свою пехоту. Увидев военачальника, Бране со своими телохранителями налетел на него. Оба врага сражались смело и мужественно, но сербов было больше, и, в конце концов, их упорство и доблесть сломили сопротивление поляков. Сам польский воевода, получивший сокрушительный удар по шлему, на время лишился чувств и был взят ликующими сербами в плен. Когда по рядам разнеслась весть о пленении Барнима, поляки обратились в бегство. О том, чтобы попытаться отбить своего раненого военачальника, никто из них почему-то не подумал.
     Польские знамена и хоругви, лагерь со всем скарбом и прислугой перешел в руки победителей. Поляки опять были разбиты, оставив на поле боя убитыми больше тысячи человек, 29 воинов были пленены, в том числе и сам Барним из Калиша. Его и пленных поляков король Польши и на этот раз согласился выкупить, выложив за них 2119 дукатов. Оставшиеся в живых поляки торопливо вернулись в польские земли. Король Польши Лешек в Кракове с нетерпением ожидал от своего униженного пленом полководца подробного отчета, почему так тщательно подготовленный поход увенчался полным провалом.

     Вести об очередной убедительной победе сербов над врагами быстро разлетелись по соседним странам. В результате сильно осложнились взаимоотношения Сербии со Швецией. Растущая мощь Сербии также очень беспокоила ее. Известно было, что шведы, состоявшие с поляками в союзе, враждебно восприняли успех сербов в сражении с их союзниками.
     Летом 1216 года в семье Миховила и Бояны родилась первая долгожданная дочь. Счастливые родители дали своей крошке имя Ядранка.
     Тем временем короля Стефана нередко начали тревожить донесения, что в окрестностях Загреба люди, известные раньше как добропорядочные верующие в Бога граждане, оставляют православную веру. Было установлено, что отречение происходит после того, как они посещают проповеди неких проповедников.
     Король приказал задержать этих лиц для дознания, так как существовала такая вероятность, что за появлением этих проповедников стоит Венеция. Известно было, что венецианская знать давно имела зуб на сербов. Как известно, в недавней войне с сербами ее военная мощь была подорвана. Потерпев поражение в открытом бою, венецианцы оставили попытки захватить сербские земли силой и поэтому перешли к тайной войне.
     Очень скоро сыщикам короля стало известно, что своими выступлениями у Загреба мутит воду некий Бенвенуто Дельмонико. А как только было выяснено об итальянском происхождении смутьяна, отпали последние сомнения – это дело рук Венеции, которая всего два года назад также пыталась поднять такой мятеж в этом краю. И так как вред, наносимый его ложными уроками благополучию и порядку, становился все больше, в Загреб был отправлен сведущий человек Звонимир Сидорчич.
     Сидорчичу не составило никакого труда отыскать этого проходимца, так как с недавних пор на городской площади постоянно собиралась толпа его почитателей. Присоединившись к внимающим проповеднику слушателям в обличье зажиточного крестьянина, и дождавшись, пока синьор Бенвенуто поставит точку в своей речи, Звонимир Сидорчич протолкался к нему. Для убедительности позвякивая серебром в большом кошеле, человек короля кротко попросил проповедника растолковать ему, неученому сербу, некоторые малопонятные премудрости нового учения. В надежде на хорошую выручку, плут с удовольствием откликнулся на приглашение доверчивого на вид селянина отужинать вместе с ним в одной из лучших таверн города.
     Погнавшись за легкой наживой, хитрый еретик сам попал в расставленную западню. Куда и почему он исчез, так никто и никогда не узнал, но больше синьора Бенвенуто ни разу не видели ни в одном из людных мест Загреба. Никто не стал узнавать, куда пропал проповедник или искать его, так что понемногу даже имя его было забыто.

     В жизни сербов наступили спокойные времена. После того, как поляки в очередной раз были разбиты, они больше не решались перейти границы Сербского королевства. Разведчики сообщали, что в Польше идут интенсивные военные учения с привлечением новобранцев – слишком много воинов было потеряно за последние годы в противостоянии с Сербией. Несколько раз наблюдатели отмечали возросшую активность и на границе со Священной Римской Империей, но присутствие пограничных полков под командованием молодого Йована Марцеты, стоящих севернее Вены, отбивало у немцев всякую охоту попытаться перейти границу. Тем не менее, напряжение на приграничных землях, казалось, ощущалось даже в дуновении ветра.
     Поэтому не переставали пополняться гарнизоны всех армий Сербии новыми рекрутами, набранными не только из сельских жителей, но горожан, которые, словно чувствуя скорую возможность прославиться, приходили в воинские гарнизоны. Далее их уже распределяли по полкам в зависимости от необходимости и способностей.
     Росли и торговые связи сербских купцов. Некоторым удавалось перехватить ключевые нити у недобросовестных иноземных торговцев. Так, торговец Ибрахим Саид, не так давно появившийся в Сербии, решил организовать контрабанду слоновой кости, попутно начав обманывать своих компаньонов на Востоке. Сербский купец из Софии Далибор Новакович предложил сделку восточным поставщикам и в результате забрал себе дело Саида. А то, что слоновая кость стала появляться на рынке Сербии честным путем, дало неплохой прибавок в казну страны.



     В начале зимы 1217 года ушел из жизни лучший дипломат Сербского королевства последних лет Фране родом из Зеты. Много полезного принес это человек своей родине. Немаловажно и то, что он оставил за собой действующую школу дипломатии, которая позволяла и в дальнейшем обучать молодых людей основам дипломатии, этики и риторики. После смерти своего учителя на место его последней службы при Византийском дворе отправился, окончивший обучение, молодой посол Стаменко Байич.



     В середине декабря к Рагузе подошел венецианский крупный флот и заблокировал порт. Однако, из-за установленных на башнях крепостных стен баллист и катапульт, давно пристрелявших гавань у крепости, противник не решился войти в порт. Так и стояли вдали военные корабли итальянцев. Тем не менее, столь наглая после всех подписанных договоров, но от этого не менее глупая выходка привела к объявлению войны между государствами.


     Получив сообщение об агрессии Венеции, король Стефан Второй не обратил на это особого внимание – юго-запад королевства был под надежной защитой его брата Растко, который не раз уже обращал в бегство итальянских полководцев.
     Накануне рождественских праздников священник Богдан Жделар, проводящий в окрестностях Софии праздничные богослужения, получил известия о появившихся в пригороде адептов старых языческих культов. Проведя расследование, отец Богдан действительно обнаружил небольшой культ старых лесных божков, который основала Эптешка Воллаш. Старую ведьму казнили, а место языческих обрядов освятили.
     Зима в 1218 году пришла внезапно – уже в начале октября всю Сербию завалило снегом. И с первым снегом пришли новые тревожащие известия из восточных степей: кочевой народ монголов огромной армией обрушился на государство Хорезм.



     Жизнь же в Сербии шла своим чередом. Принц Мирослав наконец-то выбрал себе жену по сердцу – свадьбу с Иваной Кременович сыграли в конце октября.



     В середине ноября 1218 года поляки, собравшись с силами, нанесли удар сразу по двум направлениям: на северо-востоке ими был взят в осаду замок Дьюлафехервар, а на севере на берегу Дуная ими был осажден приграничный форт.
     Одновременно с Польшей границу Сербского королевства перешли немецкие войска, расположившись лагерем у стен Вены - барон Сигизмунд Адам воспользовался тем, что армия Йована Марцеты отошла на зимние квартиры, оставив только дозоры.
     Враги вторглись, явно полагая, что несколько спокойных лет усыпят бдительность сербских военачальников. Но они крупно просчитались.
     В отсутствие военачальника гарнизоном Дьюлафехервара командовал капитан Звонимир. Решив не доводить крепость до опасностей вражеского штурма, капитан сделал вылазку. Силы были сопоставимы. Присутствие в польской армии тяжеловооруженных латников могло дать им преимущество в штурме стен, но в чистом поле всегда правила конница. И Звонимир блестяще это продемонстрировал. С трудом пробившись через ливень стрел конных стрелков, израненные поляки ринулись было к воротам, так маняще открытым. Но из-под снежных сугробов неожиданно выскочили, находившиеся в засаде, сербские рыцари и, преградив путь, остановили противника, сходу уложив с пару десятков копейщиков.
     Окончательную точку в битве установил сам капитан Звонимир с отрядом тяжелой кавалерии. Обрушившись на врага с фланга, командир с дружиной с ходу втоптали в снег несколько рядов польских рыцарей. Остатки бросились бежать, но уйти им удалось недалеко. Понеся незначительнее потери, Звонимир снял осаду с крепости.





     К Бране Иваничу, направлявшемуся на отражение атаки поляков на форт, решил присоединиться и Мирослав, совсем недавно отпраздновавший свадьбу. Пока польская армия готовилась к штурму форта, который охранял лишь небольшой отряд дозорных, с фланга подошли рати Бране и Мирослава.



     Конные лучники начали с флангов осыпать стрелами польские войска. Пока те пытались перестроиться, чтобы максимально обезопаситься от стрелков, подошли основные силы сербов. Вышедшие вперед лучники и арбалетчики, несколькими залпами полностью уничтожили всех польских стрелков. Путь для лобовой атаки сербскими воинами был открыт. Издав клич, копейщики с мечниками устремились вперед. Обошедшие с фланга рыцари Бране и Мирослава, разогнавшись, ударили на врага. А подошедшие с тыла конные стрелки завершили окружение.
     Только благодаря заснеженному лесу около тридцати полякам удалось скрыться. Почти половина нападавших попала в плен. Сражение было выиграно.


     Около 3000 дукатов выкупа польский король Лешек наотрез отказался платить, объяснив это тем, что настоящие воины погибли бы в бою, но не попали бы в плен. Таким образом, для планов короля Стефана по расширению городов и переносу ряда городских стен нашлось множество бесплатных рабочих рук.

     На западе страны Йован Марцета собрал своих воинов и дал бой немецкой армии Сигизмунда Адама. Несмотря на небольшое преимущество в количестве воинов, сербы проигрывали по составу армий. Немцы в этот раз собрали сильнейших ратников, тяжело бронированных и прекрасно обученных.
     Но сражавшимся за родную землю сербам, эти враги отнюдь не показались чем-то серьезным. Прошедшие через горнило множества сражений, ветераны спокойно двинулись навстречу врагу.


     Началась кровавая сеча. Закаленные в сражениях сербские воины не подвели своего молодого командира. Спустя всего пару часов сербы ликовали, добивая остатки немецкой армии и славили своего военачальника Йована, одержавшего первую крупную победу.



     На фоне яркой победы над немцами, благодаря которой Йован удостоился поздравления от самого короля, остался незамеченным успех в негласной и опасной войне между рыцарями плаща и кинжала. Маскировавшийся под нищего венгр Хетени Амбус, хотел прибиться к нескольким таким же оборванцам, ожидавшим у ворот Вены триумфального возвращения полководца Мацеты в надежде на щедрое подаяние. Внезапно он ощутил легкий укол, похожий на укус пчелы. Резко обернувшись, Хетени не увидел никого подозрительного, кроме ликующей толпы у ворот. Легкая дрожь, пробежавшая по телу, известила его, что «укус пчелы» был не простым. Но было уже поздно. Спустя пять минут стражники уволокли тело нищего, который неожиданно для окружающих задергался на месте и упал уже бездыханным телом.


     Лишь очень внимательный наблюдатель смог бы заметить легкую улыбку удовлетворения, промелькнувшую у человека, выглядевшего, как обычный селянин, прибывшего в город на заработки. Вскоре этот селянин затерялся в толпе. Так мастер своего дела Звонимир Сидорчич предотвратил покушение на члена королевской семьи

     Весной 1219 года сыграли свадьбу молодого принца Векослава с Анджелой Якшич. Праздник в королевской семье традиционно отмечали всем королевством. Празднества, спокойный конец зимы и погожее начало весны подарили сербам хорошее настроение.



     В начале апреля пришло послание от Михаэля Волчича, забравшегося уже очень далеко на восток. На этот раз он подписал договор о торговле с Кара-Кхитайским владыкой.
     Спустя две недели из Софии пришла страшная весть: чума, уносящая жизни тысяч горожан, пришла в этот многострадальный город. Король издал указ о том, что все врачеватели, которые смогут приехать в Софию и как можно быстрее оказать помощь страдающим, получат большую награду.

     Очень тревожащими были известия, полученные от восточного союзника – стольный город Восточной Римской Империи Константинополь взяли в осаду турки. Теперь опасность вторжения в Сербию воинственных сельджуков была очень близка.



     Король Стефан Второй получил письмо от своей сестры Ефимии, вдовствующей императрицы Восточной Римской Империи:
     «Любимый брат мой Стефан! Пишу тебе в минуты отчаяния. Иноверцы с востока, как ты знаешь, подступили вплотную к столице Византии, оплоту православной веры на востоке Европы. Падение Константинополя повлечет за собой вторжение яростных сельджуков в милую моему сердцу Отчизну – родную Сербию. Я знаю, что ты предлагал помощь государству, которое стало для меня вторым домом, где мы с моим любимым супругом Алексиусом жили душа в душу. Но к несчастью, его мудрое правление было недолгим, и пришедший к власти новый базилевс начал совершать ошибку за ошибкой. Вследствие чего были потеряны все восточные византийские земли.
     Я считаю, что отказ тебе в проходе сербских армий для помощи в отражении угрозы – эта его величайшая ошибка. Как ты знаешь, ныне мое влияние при византийском дворе ничтожно. Однако я знаю, что среди аристократии и военных чинов империи зреет недовольство таким недальновидным поступком базилевса на фоне последних поражений в войне. Поэтому я тебя умоляю, прости высокомерие правителя Византии и пришли снова свое предложение помощи – в этот раз базилевс вряд ли рискнет тебе отказать, иначе трон под ним зашатается, ибо велика как никогда угроза гибели великой православной империи.
Твоя любящая сестра Ефимия»

     Теперь необходимо было решать, что делать: или же максимально усиливать гарнизоны на юге, не вмешиваясь в распри двух государства, или же попытаться помочь союзнику, обрекая себя на противостояние с одной из сильнейших держав Азии.

Конец 9 главы.
Copyright © «Империал». Копирование информации с этой страницы возможно только при указании прямых ссылок на эту страницу.




    Сообщество Империал > Библиотека > Medieval 2: Total War > AAR'ы Medieval 2: Total War > С Вером у Бога, за Краља и Отаџбину. Глава 9. Обратная Связь
      Стиль:
        05 Дек 2016, 03:42
    © 2016 «Империал». Условия предоставления. Ответственность сторон. Рекрутинг на Империале. Лицензия зарегистрирована на: «Империал». Счётчики