Сообщество Империал: Русская дружина: краткий очерк отечественной историографии - Средневековье - Исторические Статьи - Библиотека - Сообщество Империал

  • Поиск
  • Законы
  • Сообщество
  • Репутация
  • Экономика
  • Больше

Реклама отключена для зарегистрированных посетителей

[ Регистрация ] · [ Авторизация ]

Сообщество Империал > Библиотека > Исторические Статьи > Средневековье > Русская дружина: краткий очерк отечественной историографии Регистрация

Рассказать друзьям



Информация об авторе

  • Автор: Атлант Фарнезе

Информация по статье

  • Добавлено: 29 Дек 2015, 21:11
  • Обновлено: 30 Дек 2015, 00:22
  • Просмотры: 1141

Дополнительно

Репутация: 3
Русская дружина: краткий очерк отечественной историографии

Описание: Часть первая: дореволюционная историография.
     Еще в день открытия данной темы на форуме несколько камрадов обоснованно заметили, что здесь не хватает обзора историографии для более полного раскрытия темы вообще и некоторых из поставленных вопросов в частности. И вот, спустя некоторое время, я решился восполнить этот пробел и написать короткий историографический очерк об истории русской дружины.

Все комментарии и точки зрения по поводу концепций историков прошу писать в саму тему о дружине.

http://imtw.ru/topic...83%d1%81%d0%b8/

      Сразу хочу отметить, что с частью приводимого историографического материала я лично не знаком. Из приведенной историографии советского и постсоветского периода я прочитал ок. 80% указанных работ, из дореволюционной – примерно 30-40%. Недостатки я восполнил благодаря прекрасным историографическим работам А.Ю. Дворниченко «Зеркала и химеры о возникновении Древнерусского государства», И.Я. Фроянова «Древняя Русь: очерки отечественной историографии», а также развернутым историографическим разделам книг А.А. Горского «Древнерусская дружина» и «Русское Средневековье».
     Начальным этапом я решил взять 40-50-е годы 19-го века. Сначала я больше склонялся с советскому времени, где я чувствую себя куда более уверенно, но потом решил, что такой обзор был бы совершенно неполным. Тем более, что историография русской дружины тесно связано с дискуссией между норманистами и антинорманистами, которая в то время охватила академическую и публицистическую среду, став частью более широкой дискуссии между славянофилами и западниками.

Славянофилы, западники и официальная народность в 40-60-х годах 19-го века.
     
Общественная дискуссия об исторических путях развития страны и ее будущем, разумеется, не могла обойти стороной и недавно появившуюся историческую науку. Несмотря на то, что западники имели более значительное представительство в академической среде, дискуссия получилась весьма жаркой.
     Позиция славянофилов основывалась на попытках удревнить историю русской дружины, найти свидетельства ее существования в донорманскую эпоху. Так Иловайский, настаивавший на происхождении русов от роксолан, видел истоки военного сословия в наиболее храбрых друзьях, которыми окружали себя их князья. Таким образом, история русской дружины уходила в глубокую древность и претерпела лишь незначительную эволюцию до летописных времен. Также он увязывает возникновение государства с борьбой дружинного и вечевого уклада, которой также уводит во временам роксолан. Благодаря постоянным войнам дружина взяла верх и стала главным органом управления государства. Также он признает поверхностную христианизацию князей и дружины. И. Беляев считал, что дружина, как военные класс существовала до призвания варягов, а Олег лишь стал новым лидером племенных образований полян и словен, и, соответственно, местной дружины. При этом он полагал, что после призвания варягов дружина начала резко отделять от земщины - "Князь и дружина были сами по себе, а городская и сельская земщина была само по себе". При этом они имели совершенно разное устройство. Подобное положение существовало до 12-го века, когда началось сближение.
      Иное мнение на этот счет имели западники, связывавшие появление дружины как класса с последствием деятельности варяжских князей на Руси. Так С.М. Соловьев полагал, что дружина олицетворяет собой новый уклад в обществе, уклад сословный, принесенный варяжскими князьями на смену родовому. Товарищеские связи, примером которых являлась дружина, становились доминирующими в обществе, сменяя родовые. При этом он полагает, что дружина включала в себя как варягов так представителей местного населения. Также он замечал дифференциацию внутри дружины уже в 10-м веке, разделяя ее на верхний слой – бояр и нижний – гридней, представлявший рядовые слои местного населения.
      Соловьев признавал, что дружина была не единственным источников военной силы, однако в отличие от тех же Фроянова и Дворниченко, труды которых я использовал для данной статьи, он полагал, что для раннего периода под воями подразумевались все участники похода. Хотя для более поздних времен он четко отождествляет их с ополчением.
      Признавая важную роль веча в Древней Руси он считал, что именно оно принимало решение об объявлении войны, а вовсе не князь с дружиной. При этом он пишет, что право заключать мир самому князь имел.
      Соловьев отрицал приобретший популярность в советской и современной историографии тезис о постепенном оседании дружины на землю в 12-13 веках. Напротив, он полагал, что она постоянно перемещалась по землям вместе с князьями, что мешало ее оседанию. Основным источником дохода в мирное время были неземельные кормления вроде штрафов и вир.
     Варяжским считал происхождение дружины и К. Кавелин. Согласно его мнению она долгое время оставалась чужеродным телом, ассимилировавшись лишь при Ярославе Мудром. Похожих идей придерживал еще один видный представитель западников, Б.Н. Чичерин. Однако, в отличие от Соловьева и Кавелина, он полагал, что князья с дружиной начали оседать на землю еще в 10-м веке, принося, таким образом, на Русь феодальные отношения. Сначала это выглядит как как передача дружинникам прав на сбора дохода, штрафов и вир с отдельных территорий, а впоследствии трансформируется во владение вотчиной. Он считал,, что несмотря на иноземное происхождение, дружина разбила присущее славянам родовое начало, установив территориальное и войдя в большую часть гражданских отношений того времени.
     Говоря о западниках нужно заметить, что кроме либерального полюса у них имелся также полюс социалистический. Среди его представителей нет представителей академической науки, поэтому остановимся на нем кратко, чтобы иметь более широкую картину общественной дискуссии по данному вопросу. А.И. Герцен наряду с прочими западниками считал дружину элементом привнесенным норманнами и ассимилировавшимся в течение нескольких поколений. Он считал, что норманнские дружинники влили «мужественный» элемент в «женственный» характер славян и сравнивает и с Петром I, в качестве проводников идей западной цивилизации на Руси. Герцен считал дружину гвардией князя, слишком малочисленной чтобы стать полноценным классом.
      Среди сторонников официальной народности можно выделить одного из ее отцов-основателей – Н.Г. Устрялова. Будучи деканом историко-филологического факультета Петербургского университета, он являлся профессиональным историком. Считая дружину изначально пришлым элементом, он, высоко оценивал ее вклад в создание государства, которое он видит уже в 10-м веке. Схожих представлений придерживался и другой видный консерватор – М.П. Погодин. Он полагал, что варяжские дружины принесли с собой удельный строй, присущий только им. В этом он видит корень дальнейшей раздробленности, когда князь и дружина вместе с ним кочевали из одного княжества в другое. Он настаивал на изначальном тождестве дружинников и бояр, считая последних «передним рядом княжеской гвардии». Сама дружина, на его взгляд, вследствие беспрерывных многолетних войн «несколько раз переводилась и возобновлялась сполна», что создавало между ней и князем отношения жесткого подчинения.

2-я половина 19-го - нач. 20-го века: расцвет русской исторической науки.

     Дружина занимала не последнее место и в трудах отечественных историков 2-й половины 19-го - нач. 20-х. Развитие преподавания истории в университетах способствовало появлению целой плеяды замечательных историков, чьи взгляды на интересующую нас проблемы представляют заметный интерес, причем не только историографический.
     Для этого времени характерно расширение проблематики вопроса о дружине, вышедшего далеко за рамки дискуссии о роли варягов в древнерусской истории. Важной частью дискуссии стала степень интеграции дружины в древнерусское общество и ее социально-политическая роль. Так Н.И. Костомаров считал ее элементом, совершенно отрезанным от народа и лишь постепенно сливавшимся с ним. При этом он подчеркивал, что дружина изначально состояла как из пришельцев-варяг так и из полян, которые постепенно интегрировались в норманнскую среду, восприняли их название и получили равные права господства на другими племенами. Их интеграции способствовало постепенное оседание на земле, начало которого он видит в решении Ольги раздать дружинникам часть древлянской земли. Впрочем Костомаров подчеркивал, что в отличие от Зап. Европы, подобные земельные отношения нельзя считать типичными для Древней Руси. Основным источником доходов дружины оставались дани, часть которых они получали и добыча, полученная в результате военных походов. Такой взгляд на источник дохода дружины в IX-XI веках разделяется многими современными историками, сохраняя свою актуальность. Однако приток туда "молодцов из разных славянорусских народцев" и частные военные экспедиции в дальние страны способствовали развитию в них подвижности и отсутствие привязки к родной земле. Историк называет их кочующим сословием, пиратами и запорожцами своего времени, равнодушными к интересам родной земли. В качестве примеров приводится деятельность Святослава. Таким образом дружинам составляла разноплеменный привилегированный класс, группировавшийся вокруг князя и имевший существенной влияние на принятие им решений. При этом дружина не являлась сословием наследственным и постоянно пополнялась извне. Также они могли легко менять князя, что не способствовало их оседанию и интеграции в местную среду. Реальная интеграция и оседание начинается уже в 13-м веке.
     Взгляды Костомарова на дружину как на инородное во многом тело разделялись Н. Хлебниковым, считавшим ее "чуждой народной стихии". Эти же взгляды разделял А.Е. Пресняков, полагавший, что дружина является союзом "выделяющимся из общего уклада народной общины в особое, самодовлеющее целое". Дружину он считал новой социальной силой, противостоящей народной общине и организованной на новых началах, независимых от традиционного права. Также Пресняков считал, что дружина окружает князя не только на войне, но и в мире, имея с ним общий очаг и хлеб и выполняя функции ближайших советников по всем важным делам. Ярким выражением единения по хлебы был, на его взгляд, княжеский пир. Однако в 12-м веке начинается интеграция князя и дружины в местное общество, и они начинают обрастать более крепкими связями с местной общиной.
      В.О. Ключевский в полном согласии со своей лествичной теорией, считал дружину кочующей свитой князя. Дружина тянется за князем из города в город, что препятствует ее оседанию и социализации. Оседание начинается в конце 11-го века, причем поначалу лишь в Киеве, который по мнению историка, стал наиболее "дружинным городом" Древней Руси. Однако этот процесс был еще далек от завершения ввиду постоянных перемещений князей и дружины. Поначалу источником дохода дружины были военные походы и дани, однако мнение маститого историка насчет эволюции этих доходов в XI-XII веках несколько противоречивы. С одной стороны он говорит о раздачи должностей и кормлений: "Сев на новом столе, князь спешил рассажать по городам и волостям княжества своих мужей и детских, оставляя некоторых при себе для правительственных и дворцовых надобностей. Но общество всех этих больших и малых посадников не теряло характера лагеря, рассеявшегося по княжеству на торопливый и кратковременный прокорм до скорого похода или перемещения в новое княжество". С другой стороны он говорит о существовании оклада у дружинников в 13-м веке и даже указывает его размер - 200 гривен. Он также полагал, что функции дружины далеко не ограничивались войной. Как видно из приведенного выше, в мирное время дружинники исполняли административные функции, будучи советниками князя и оказывая существенное влияние на принимаемые им решения.
      М.С. Грушевский, относил возникновение дружины самое позднее к 8-му веку и выводил ее из традиционной славянской тысячной организацией. Таким образом, что князь с дружиной произошли из местной общины и имеют местное происхождение. Однако со временем они обособляются и начинают противостоять общине, которая выдвинула их. Оригинальным утверждением Грушевского является мысль о роли дружины в торговле. Согласно его утверждению, до Владимира Святого эта держава стояла исключительно на службе торговли и скреплялась «торгово-дружинными группировками», которые растекались по стране. Со временем, общественно-политические функции дружины, будучи изначально делегированными общиной, приобретают характер кормлений. Это происходит в 11-12-х веках. В это время из дружины выделяется ее "старшая дружина", которой свойственна главным образом должностная, служебная роль. По мере того, как оседание дружины на землю, становится массовым (Грушевский относит это явление к 12-13 векам), между ними возникают отношения, похожие на вассалитет. В качестве примера историк приводит практику кормлений в Галицко-Волынской земле.
     Также Грушевский был одним из немногих историков того времени, попытавшихся проанализировать военную роль дружины. Он нашел ее явно преобладающей над ополчением, хотя и отрицал полностью роли последнего.
      Иначе как новаторскими для своего времени нельзя назвать труды Н.П. Павлова-Сильванского, создавшего концепцию "русского феодализма". Будучи весьма нестандартной для современной ему исторической науки она во многом предвосхитила направление исследований советских историков. Историк полагал, что на первом этапе своего существования весь высший класс имел "дружинный склад", занимался главным образом войной и был крайне мобильным, не связанным с какой-либо территорией. В это время князь с дружиной, не имея прочных связей в местах временного постоя-княжения, во многом зависели от местного веча, которое могло изгнать их и найти замену. Хронологически этот первый этап начинается со времени Игоря и заканчивается правлением Мстислава Великого.
      На протяжении 12-го века дружинники обзаводятся землей и теряют подвижность. Делаясь оседлыми они "сближаются с земскими боярами; княжеские бояре становятся боярами земскими". В итоге дружина распадается: "С оседлостью княжеских бояр-дружинников исчезает прежняя дружина - тесное товарищество. Прежде никакие иные связи не ослабляли уз товарищества дружинников; теперь оседлость обособляет отдельных членов дружины, они приобретают собственные интересы, особые связи... Князь теперь имеет дело уже не с дружиной, но с отдельными слугами, боярами». Историк, постоянно подчеркивает общность исторических процессов на Руси и Западе. В книге «Феодализм в Удельной Руси» он указывает на появление у дружинников не только земельного лена, но и публичных полномочий: «В Киевской Руси мы также видим многих дружинников, управляющих городами в качестве посадников в отдалении от князя или живущих в своих боярских селах». Однако близость с князем полностью не исчезает и выражается в периодических приездах осевшей дружины ко двору князя.
     С.Ф. Платонов, в отличие от указанных выше историков, связывал возникновение дружины с появлением городов и ростом торговли. На его взгляд, дружины во главе с князьями возникали в городах для охраны товаров и торговых путей. При этом князья с дружинами возникали как в городах, подчиняющихся варяжским князьям, так и независимым от них. Однако со временем все дружинные группы, варяжские и славянские интегрировались и вошли в летопись под синонимом русь. Таким образом, историк не связывает возникновение дружин с деятельностью варягов, объясняя его экономическими причинами. В 9-10-х веках дружина уже обладает рядом публичных функций. Так князья посылали их в качество посадников по городам или отправляли туда вместе с сыновьями в качестве советников.
      Именно Платонов стал автором идеи о сборе и сбыте полюдья, как об одной из важнейших функций дружины. Это логично сочетается с его мыслью о происхождении дружины, а также с идеей Грушевского об изначально торговой сущности державы первых Рюриковичей. Через сто с лишним лет эта идея будет воспроизведена Рыбаковым. Согласно Платонову княжеские дружинники имели собственные торговые суда-моноксилы, на которых собранное полюдье сплавлялось по Днепру. Но, несмотря на слабую интеграцию в Древнерусское общество, князья, благодаря своим постоянным перемещениям, стали важным фактором его единства, скрепой, соединявшей разные племена.
     Также Платонов считает, что именно дружина, благодаря торговым связям с Византией, стала первой принимать христианство и даже распространять его на Руси. После принятия христианства роль дружины несколько изменилась – вместо военно-торговых организаций они становятся ближайшими советниками князя, играющими все большую роль в принятии им решений и гражданском управлении. Из них набирались вирники, тиуны и прочие должностные лица. Однако несмотря на делегирование ряда должностных полномочий они получали часть даней, собираемых князем. Такой порядок сохранялся даже в 13-м веке, когда началось оседание на землю. Князь серьезно зависел от дружины и не мог действовать против ее воли. Платонов дифференцировал дружину на старшую, которую стали называть боярами и младшую. Однако, дружина не была замкнутым сословием и была свободна для пополнение извне или перехода к другой деятельности.
Взгляды Грушевского и Платонова на связь дружины с торговлей разделял один из первых историков-марксистов в России Н.А. Рожков (Покровского я специально оставил для следующей главы, посвященный раннесоветскому периоду). На его взгляд именно торговля составляла основной, наряду с войной, источник дохода дружинников, ослабляя их зависимость от князя. Согласно Рожкову, княжеские дружинники составляли Боярскую думу – нерегулярный представительный орган, состоявший из старших дружинников. Постоянного состава Дума не имела, число ее членов было невелико и непостоянно.
О     дин из виднейших представителей историко-юридической школы М.Ф. Владимирский-Буданов трактует понятие дружины очень широко. Он считает, что это понятие может применяться к любому товариществу, созданному на договорных началах. Также он считал, что летописцы нередко использовали это слово к народному ополчению и свободным членам общины в целом. В узком смысле дружина обозначала также княжеский двор, члены которого занимались воинской деятельностью.
     Согласно концепции Владимирского-Буданова дружина была изначально дифференцирована. Высший слой составляла старшая дружина, члены которой являлись княжескими боярами. Своему высокому положению они были обязаны происхождением, близостью к князю и прочими заслугами. Они составляли княжескую Думу, принимали участие в военном и местном управлении. В летописи эти должности именуются огнищанами, тиунами и т.п. В отличие от них, члены средней и младшей дружины изначально были рабами или полусвободными, что, по мнению историка, сближает их с немецкими министериалами. Именно от них впоследствии произошел класс дворян. Этническая составляющая дружины изначально была весьма пестрой: в ее состав входили славяне, варяги, тюрки, финны.
      Кроме княжеских имелись дружины (т.е. дворы с воинами) боярские. В качестве примера приводится дружина Свенельда, которой завидуют Игоревы воины, Симон-варяг и другие. Исходя из этих примеров, можно понять, что собственные дружины имели не только княжеские бояре, но бояре земские, которых историк ассоциирует с летописными «старцами градскими» и «лучшими мужами». Поскольку земские бояре происходят из городской общины, а не из княжеского двора, то дружина предстает нам в высшей степени многообразным явлением, охватывающим все сферы древнерусского общества, не будучи связанной лишь с князьями.
      В XI веке начинается оседание дружины на землю и сближение бояр дружинников с земским боярством, которое, в свою очередь, начинает поступать на службу в княжеский двор. Хотя в некоторых землях, например в Новгороде, земское боярство сохраняет свои привилегии и не позволяет княжеским дружинникам обзаводиться землей. Также историк отмечает, что в отличие от Западной Европы, русские бояре-дружинники не обрели корпоративности, ибо доступ в их ряды оставался открытым.
      Основной оппонент Владимирского-Буданова из историко-юридической школы В.И. Сергеевич оценивал первых князей и их дружинников как «вольницу», в предводителях которой Олеге и Игоре «весьма трудно видеть в князе правителя обширного государства, если даже ближайшие друзья его могли существовать только грабежом чужого имущества». Примером тут послужила история с древлянами. На основании этой же, а также осады Торжка Всеволодом Большое Гнездо истории и конфликта Михалко с Ростиславичами историк делает вывод о крайне большом влиянии дружины на решения, принимаемы князем, вплоть до его полной от них зависимости.
      Все эти события, а также разделы княжеств, приводят Сергеевича к мысли, что Владимир и Ярослав смотрели на Русь как на временное пристанище, а не как на государство, где будут править их дети. Постепенно дружина трансформируется в класс служилых людей, поступающих на службы в обмен на оклад или бенефиций. Сами отношения между дружинником с одной стороны и князем, боярином и прочих влиятельных земельных собственников с другой, историк уподобляет не вассальным связям, как это делал Павлов-Сильванский, а более ранним для Западной Европы, патронату или коммендации. Дружинники являются вольными слугами, которые принимаются из вольных людей. Из этого статуса онми переходят под покровительство князей и бояр. Они обещают им верность и скрепляют свои обещания клятвой. При этом дружинники уподобляются галльским комитам или римским клиентам. Установив подобного рода отношения, княжеские дружинники начинают жить и служить при княжеском или боярском, дворе, проливая за них кровь и получая публичные должности.
     Историк находит обычным явлением службу дружинников при боярском дворе в составе крупной дружины. При этом выморочное имущество боярских дружинников не идет князю, а остается у боярина. Летописные известия о дружинах бояр восходят к X-му веку, и первой такой Сергеевич считает все туже историю с дружиной Свенельда, записанную под 945-м годом. Дале приводится известие под 1095-м годом о дружине боярина Владимира Мономаха Ратибора. При этом сами бояре, будучи землевладельцами, составляли верхний слой княжеских дружин и получали высокие публичные должности. Подобная система сохранила жизнеспособность и в 13-м веке.
      Из этой клятвы верности бояр и вольных слуг князю и обещания покровительства князя его боярам и слугам вольным происходит и само слово, которым в общежитии назывались эти слуги. Им присваивалось наименование дружины, они были друзья князя. Это, по мнению Сергеевича, сближает их с высшим разрядом римских клиентов, которым тоже усвоялось наименование друзей, с сольдурами (soldurios) галлов и товарищами (comites) германцев, которые, как и наши вольные слуги, были связаны со своими господами клятвою верности и тоже составляли их дружину.
     Вот краткий обзор дореволюционной историографии русской дружины. На очереди часть про раннесоветский период, с 1917 по 1939 год. Если первая часть статьи вызовет у вас интерес, ее можно будет расширить.

     Ниже ссылка на тему о дружине, где я предлагаю обсуждать концепции историков. Здесь предлагаю обсуждать собственно историографическую часть.

http://imtw.ru/topic...83%d1%81%d0%b8/

Copyright © «Империал». Копирование информации с этой страницы возможно только при указании прямых ссылок на эту страницу.


    Сообщество Империал > Библиотека > Исторические Статьи > Средневековье > Русская дружина: краткий очерк отечественной историографии Обратная Связь
      Стиль:
        03 Дек 2016, 01:24
    © 2016 «Империал». Условия предоставления. Ответственность сторон. Рекрутинг на Империале. Лицензия зарегистрирована на: «Империал». Счётчики