Сообщество Империал: Кровь и грязь - AAR'ы Rome: Total War - Rome: Total War - Библиотека - Сообщество Империал

Стратегии, Игровые Миры, История, Total War
  • Поиск
  • Законы
  • Сообщество
  • Репутация
  • Экономика
  • Больше
Imperial Гость, студия Creative Assembly анонсировала новое DLC к Total War: Rome II - Desert Kingdoms Culture Pack

Информация об авторе

Ιουστινιανός
  • Автор: Ιουστινιανός

Информация по статье

  • Добавлено: 29 Янв 2018, 03:55
  • Обновлено: 30 Янв 2018, 20:46
  • Просмотры: 331

Дополнительно

Классификация статьи: [ААR]
Раздел Техподдержки: Перейти
Ссылка на сообщение: Перейти

Последние Статьи

  Total War: Rome II - Царство Куш

Total War: Rome II - Царство КушTempest · 21 Фев 2018, 19:05

  EU IV Dev Diary — 20 февраля 2018

EU IV Dev Diary — 20 февраля 2018Tempest · 20 Фев 2018, 19:42

  Моё мнение об "Атаке Титанов".

Моё мнение об "Атаке Титанов".Count Bagatur RF · 20 Фев 2018, 13:11

  {AAR} Phoenician Empire. Glorius and Greatest.

{AAR} Phoenician Empire. Glorius and Greatest.Count Bagatur RF · 19 Фев 2018, 21:40

  [AAR]Asia Empires: the new order 0.8

[AAR]Asia Empires: the new order 0.8rustik4009 · 19 Фев 2018, 13:14

  Kingdom Come: Deliverance - Первый взгляд

Kingdom Come: Deliverance - Первый взглядHonda Tadahacu · 18 Фев 2018, 23:58

  EU IV Dev Diary — 13 февраля 2017

EU IV Dev Diary — 13 февраля 2017Tempest · 13 Фев 2018, 17:58

  [AAR]Asia Empires: the new order 0.8

[AAR]Asia Empires: the new order 0.8rustik4009 · 12 Фев 2018, 18:46

  [AAR]Asia Empires: the new order 0.8

[AAR]Asia Empires: the new order 0.8rustik4009 · 09 Фев 2018, 11:42

  TW Saga: Thrones of Britannia - Гэлы

TW Saga: Thrones of Britannia - ГэлыTempest · 08 Фев 2018, 20:50

Кровь и грязь

Описание: Roma Surrectum II
Кровь и грязь

Пролог
Осень. Римская провинция Верхняя Германия

Я шагал по мощёной дороге, изо всех сил стараясь не хромать и смотреть прямо перед собой. Не смотреть ни по сторонам, ни вверх, ни на крестообразные тени лежащие от вкопанных вдоль обочины крестов. На душе было мерзко. Очень не хотелось умирать, наверное, так всегда и бывает. Но и просить пощады не было никакого желания. Не хватало ещё опозориться перед своими воинами. Вождь обязан быть мужественнее тех, кого он вёл за собой.
Ложись, варвар! Больно не будет! — скомандовал легионер, с ухмылкой на лице.
Немного помедлив, я выполнил приказ. Больно и впрямь не было, если не считать того, что ныла рана на бедре. С десяток легионеров потянули за канат, основания Х-образного креста соскользнули в ямы. Через пару минут всё было кончено. Легионер проверив хорошо ли привязаны к перекладинам руки и ноги, удовлетворенно удалился.
Вид с дороги открывался превосходный: пшеничные поля, виноградники, оливковые рощи. Плодородная, благодатная земля. Потому и привёл сюда своих воинов. И теперь те из них, кто уцелел в бою, стали чудовищными украшениями римской дороги.

I
Зима. Германия. Годом ранее

Ночь простёрлась над заснеженным лесом. Ветер лениво шуршал в крытых почернелой соломой крышах. Три десятка низких мазанок, притулившихся на опушке, мирно спало.
Спали и в длинном доме вождя, когда неслышно откинулась медвежья шкура, закрывающая вход, и в проёме возник крепкий, коренастый воин. Мгновение нежданный гость помедлил, всматриваясь в темноту и вслушиваясь, затем уверенно двинулся вглубь, и наклонившись над одним из спящих, потряс за плечо.
Очнись, вождь! — встревоженным голосом промолвил воин.
Тебе чего? — сипло ото сна спросил я.
Тенктеры сожгли соседнюю деревню.
Немного помедлив, приходя в себя, я откинул волчью шкуру и встал с лавки. Рядом забормотала во сне жена, не то негодуя, не то жалуясь на шум.
Воин ждал снаружи под навесом.
Когда напали? — коротко поинтересовался я, подвешивая к поясу меч.
Вчера вечером. — так же коротко ответил Аударик.
Созвать воинов!
Снег заскрипел под шагами быстро удаляющегося сигамбра...

Крупные хлопья снега, медленно кружась, продолжали сыпаться на землю, но уже не так обильно, как ночью. Идти становилось всё труднее. Заснеженный лес сменился замёрзшим болотом. Тонкий снежный наст не выдерживал тяжести наших тел, ноги то и дело проваливались в мерзлую грязь.
Как лучше с тенктерскими головами обойтись, засолить или же закоптить?
Чтоб сохраннее были, лучше всего в меду спрятать.
Что за радость, если трофей в горшке лежит? Лучше всего закоптить!
Тс-сс! — буркнул я на разболтавшихся воинов – Пришли...
Набег на селение тенктеров

Аударик подошёл к ещё дышавшему тенктеру и перехватив поудобнее рукоять меча, несколькими мощными ударами отрубил голову.
Для такого дела, топор сподручнее! — подметил Теудоберхт, пытаясь откромсать ножом голову убитой женщины.
Вокруг стояло полтора десятка воинов. Они с любопытством смотрели на потуги своего товарища.
Брось её, Теудоберхт! Весь в крови перепачкался! — насмехался над неуклюжестью приятеля Сигивард.
Ещё чего! — прокряхтел Теудоберхт, двумя руками нажимая на нож.
И на кой тебе нужна безголовая жена? — не переставал язвить Сигивард.
Мне тоже нужен трофей! — буркнул Теудоберхт, пряча отрезанную голову в мешок.
Я отпрянул, мои глаза округлились от изумления. Нет, ничего необычного не было в том, что женщины воюют наравне с мужчинами. Но это наши женщины! Передо мной же лежало изувеченное тело римлянки. Откуда она здесь взялась?
Уходим! — скомандовал я.

II
Начало весны. Германия

Полог из медвежьей шкуры был откинут, ночной воздух втекал внутрь дома, принося запах хвойного леса.
Мне нужно, чтобы ты забрала детей и отвезла их в деревню своего отца. – тихо промолвил я.
Мы останемся с тобой! – возразила жена.
В голубых глазах женщины посверкивало пламя очага. Коснувшись пальцами её губ, я со вздохом продолжил:
Вы должны как можно быстрее уехать отсюда. Я боюсь, что не смогу вас защитить.
Защитить от кого?
Прошедшей зимой, во время набега на деревню тенктеров, была убита римлянка из знатной патрицианской семьи. Дочь Гая Силия, наместника римской провинции Верхняя Германия.
Что делала столь знатная особа на правом берегу Рейна?
Я и сам теряюсь в догадках. Но отец покойной, во главе двух легионов уже пересёк Рейн. Гаутафрит, вождь тенктеров, был провозглашён союзником и другом римского народа.
– Аталавульф...
Поднимай детей! Вам пора собираться в дорогу!

Весенний дождь уныло барабанит по размякшей земле. Издалека доносятся глухие раскаты грома. Поднимается ветер и от бешеного шелеста листьев деревьев, становится почти неслышно, как плюхают римские сандалии. Через мгновение, когорты оказываются так близко, что из-за деревьев можно увидеть, как струи воды бегут по хмурым лицам легионеров.
Убить римлян! – прокричал я, доставая меч.
Сигамбры свирепо кинулись навстречу римлянам. Легионеры из первых рядов, метнули пилумы и плотно сомкнули щиты. Схватка завязалась. Повсюду звенела обагрённая кровью сталь и раздавались свирепые крики...
Мой меч разбивая на лету стеклянные капли дождя, отбивает гладиус. В следующее мгновение, я падаю на колено и вонзаю клинок снизу вверх, в живот легионера. Римлянин медленно опускается на колени, из его ладони вываливается аквила, падает в лужу. Хрипя, он пытается поднять штандарт, но, пошатнувшись, плюхается лицом в грязь. Встаю. По лезвию клинка струится кровь. Всё кончено, у моих ног лежит труп последнего римлянина.
Я прикоснулся к медвежьим когтям, что висели у меня на шее и громко проговорил:
Медведь могучий воин, почётно его душу взять! И в мужской избе не стыдно похвастать таким трофеем!
Собравшиеся вокруг воины одобрительно закивали головами.
Но никакие когти не могут сравниться с добытым орлом римского легиона! Все скажут, что сигамбры великие воины!
Толпа восторженно заревела...
Засада в лесу


III
Весна. Германия

Поражение Гая Силия

От крови и от мочи с калом, что извергается из убитых, в воздухе стоял невыносимый смрад. Тёплый сильный ветер, проходивший сквозь ветви, не приносил освежающей прохлады, а только однообразно гнул вершины высоких елей. К запаху этому сигамбры были привычны, так пахнет победа.
Я пытаюсь убрать меч в ножны, но погнутый клинок не входит. Выпрямляю его ногой, как могу.
С железом всегда так, гнётся при первой возможности. – прокомментировал мои действия Аударик, пытаясь перерезать шейные позвонки убитого легионера.
Струи багровой крови разбиваются в луже у искажённого лица римлянина. Кровь и грязь...
Сигивард сидел, прислонившись спиною к стволу старой сосны. Рука его неловко притянутая к животу, пыталась удержать вывалившиеся наружу внутренности.
Как ты, Сигивард?
Отправь к праотцам, вождь...
Сделав шаг вперёд, я резко воткнул нож в горло воина и повёл лезвием в сторону. Из открывшейся раны, бурным потоком хлынула кровь. Глаза Сигиварда стали медленно гаснуть.
А ветер всё усиливался, налетал порывами.
Гроза идёт – пробормотал Аударик, привязывая к поясу голову легионера.
Вождь! – окликнул меня запыхавшийся Теудоберхт – Мы схватили Гая Силия!

Левое веко римлянина подёргивалось, а всё тело сотрясалось, словно в припадке. Ещё бы… Мертвец смотрит на меня. Губы Гая Силия с трудом разлепляются от запёкшейся крови:
Memento mori... Barbare.
Что он сказал? – в недоумении спросил Аударик.
Может, хочет женщину? – съязвил Теудоберхт – Вот у меня всегда так после боя!
Придержи свой член, Теудоберхт! – произнёс я, сквозь зубы.
Бледное лицо римлянина дёргается. Дыхание с сипением вырывается из разбитых губ.
Утопить в грязи! – скомандовал я, втягивая сырой воздух, наполненный грозой.

IV
Начало лета. Германия

Крупные слёзы набежали на глаза и покатились по прекрасному лицу женщины. Подол её платья был разорван, ноги конвульсивно содрогались. Прижимая к груди изуродованные тела двух детей, она еле слышно прошептала:
Вот и ваш отец... Поздоровайтесь дети.
Помутилась рассудком. – так же тихо прошептал, стоявший за мной Аударик.
Я по тебе соскучилась, Аталавульф. – продолжала жена, взволнованным, дрожащим голосом.
Аударик, отвези её в наш лагерь. – хрипло промолвил я, медленно выходят из обгоревшего дома.
Я опёрся рукой об обугленную балку, пошатывало. В ушах звучал голос жены. Вырвало...

Это римляне!
Чушь! Фритугайз, второй легион ушёл за Рейн, после поражения Гая Силия! Это тенктеры! – возразил Куньямунд.
Клянусь праотцами, это тенктеры! – поддержал брата Рагинавальд.
Кровь за кровь! – взревел Теудоберхт.
Кровь за кровь! – подхватил я.

Мы шли прямиком через болото, пробираясь по топкой трясине. Мерзко пахнущая тиной жижа, противно хлюпала под ногами. Это был кратчайший путь до селения тенктеров.
К утру всё было окутано густым, тягучим туманом. Сквозь клубящуюся белизну, можно было видеть разве что на расстояние вытянутой руки. Но сигамбры двигались целеустремленно, шаг за шагом приближаясь к деревне.
Вперёд! – громко скомандовал я, с лязгом вынув из ножен меч.
Воздух вновь наполнился тошнотворным запахом крови. Две людские массы яростно бились, забыв обо всём.
Не зевай, Куньямунд! – выкрикнул я, видя над головой воина занесённый топор и выбросив вперёд руку, клинком полоснул по шее тенктера. Из рассеченной артерии фонтаном брызнула кровь, обогрив утреннюю росу.
Меч врубился в грудь следующего тенктера, но на место сражённого встал ещё один. Дальнейшее слилось воедино. Разум словно отключился...
Внезапно натиск ослаб и я увидел обращённые к нам спины бежавших врагов. Мы не замедлили воспользоваться отступлением и клинки наших мечей, вскоре густо покрылись кровью тенктеров.
Гибель Гаутафрита


V
Начало лета. Германия. События последовавшей ночи

Голова кружилась от выпитого. Складывалось ощущение уплывания земли из-под ног. В сжатой руке было липко от запёкшейся крови.
Я принёс тебе подарок, тенктерская шлюха! – сказал я заплетающимся языком и раздражённым жестом швырнул на скамью голову Гаутафрита. Женщина испуганно молчала, нервно закусив губу.
Молчишь, сука? Сейчас ты у меня закричишь! – продолжал я, развязывая штаны.
Тенктерка сделала попытку выбежать из дома, но я схватил её за волосы.
Нет! – закричала она, пытаясь освободиться.
Ты, конечно, хочешь, чтобы я залез тебе под платье вместо него! – нервно пробормотал я, сделав жест рукой в сторону окровавленной головы её мужа.
Нет, ради всех богов, нет!
Зажав ей рот рукой, я прижал её к стене и задрал подол платья...

Теудоберхт! – прокричал я, всё так же пошатываясь, выйдя во двор.
Да, вождь!
На, дарю! – и видя недоумение на лице Теудоберхта, уточнил: – Брыкалась, сука!
Взяв из моей руки голову женщины, воин быстро засеменил прочь и вскоре исчез из виду.

VI
Осень. Римская провинция Верхняя Германия

Набег на римские виллы

Бряканье подков по камням мостовой, заглушают крики сбившихся в ревущую, бьющуюся, точно в агонии, толпу римлянов. Поднимаю голову, щурюсь. Вижу, как Куньямунд и Рагинавальд поочерёдно, безжалостно, насилуют темноволосую женщину. Как пылает красная черепица римской виллы и как блестят на солнце высыхающие капли крови. Горячий воздух наполнен запахом гари.
Лошадь порывается идти дальше. Я тяну повод:
Тпру, тпру! Стоять!
Слезаю, мой плащ на мгновение распахивается, по всей одежде видны пятна запёкшейся римской крови.
Хороший день! – говорю я, вручая повод Фритугайзу.
Во-ождь! – крикнул, подскакавший на взмыленной лошади Аударик – Римские легионы в двух днях пути от нас!
Уходим! К Рейну! – взревел я, вскочив на коня.

VII
Осень. Римская провинция Верхняя Германия

Подвешенная за волосы, засоленная голова Гаутафрита, мерно покачивалась из стороны в сторону, ударяясь о бок коня. Копыта мягко ступали по шелестящей высокой траве. Сигамбры шли к Рейну.
Непростой выдался набег. – заговорил Теудоберхт, сдерживая поводьями ретивую лошадь.
Непростой. Но мы простого и не ожидали. – говорю я.
Как думаешь, вождь, нам удастся уйти за Рейн?
Врать не буду, шансы у нас небольшие. Растревожили мы римлян здорово, да и привлекли внимание ихнего императора Тиберия Юлия Цезаря Августа.
Что-то много развелось у римлян Цезарей, да Августов.
Римские шлюхи поросятся, как свиньи! Вот им всем и не хватает имён! – встрял в разговор Куньямунд.
Эта уже не опоросится! – засмеялся Теудоберхт, потрясая головой женщины.
Ты до сих пор возишь с собой голову дочери Гая Силия? – с удивлением воскликнул Аударик.
Да он в неё член суёт! – громко расхохотался Фритугайз.
От неё смердит, как из выгребной ямы! – сквозь смех сказал Аударик.
Голова римлянки смердит, а член Теудоберхта стоит! Он привычен к вони! – гоготал Фритугайз.
Где-то в дали, глухо зазвучали римские боевые трубы...

VIII
Осень. Римская провинция Верхняя Германия

Позиции римлян не были полностью видны из-за слепившего солнца, которое резануло по глазам.
Ничего не разглядеть! – буркнул я.
Смотри, вождь, преторианская гвардия! – воскликнул Теудоберхт, приложив руку козырьком ко лбу.
Значит, император Тиберий тоже здесь. – предположил я.
Что-то их маловато... Всего-навсего легион!
Хм, а где ещё два? – в недоумении сказал Аударик.
Они идут по нашему следу... Единственный шанс пробиться к Рейну – разбить Тиберия. В противном случае, римляне зажмут нас в тиски. – исчерпывающе констатировал я.

Римские когорты вздрогнули – тремя линиями, следующими одна за другой, надвигаясь на сигамбров. Тяжелые шаги легионеров и громыхание оружия сотрясали тишину.
– Вот они, отпрыски римских шлюх! – воскликнул я, указывая в стоpону римских когорт – Матери этих ублюдков, что ещё вчера, ублажали наши члены – завтра облачаться в траур, оплакивая своих сыновей! Но уже весной, мы их утешим и может быть тогда, из их утроб появятся настоящие воины! А сейчас идите и возьмите свои кровавые трофеи!
Сигамбры, подбадривая себя воинственными криками и размахивая оружием, устремились на встречу римлянам.
Бежавшие в первых рядах метнули дротики и с невообразимой яростью врезались в ряды легионеров. Над сошедшимися вплотную воинами раздавался невообразимый гул множества голосов, треск ломающихся копейных древок и разбитых щитов, сквозь которые пробивались истошные крики раненых.
Всем вперёд! – отчаянно выкрикнул я, завидев, как центр римского строя начал прогибаться.
Но в следующее мгновение, раздавался звук боевой трубы. Вторая и третья линии легиона пошли в атаку. Сигамбры пришли в замешательство от полученного отпора.
Сто-о-оять! Не бежать! – взревел я, надрывая глотку.
Легионеры теснили толпившихся перед ними сигамбров, которые в порыве отчаяния и ярости, грудью бросались на железную стену римских щитов. Отступившись с одного участка, мои воины кидались на другой.
На какой то миг, я вырвался вперёд, взмыленный конь завертелся на месте, вставая на дыбы. Моя рука рубила и колола направо и налево. Но, пока я был увлечён схваткой, первые шеренги римлян уже начали опрокидывать, пятившихся назад сигамбров.
О, боги! – воскликнул Теудоберхт, завидев атакующую преторианскую гвардию.
Точно завороженный, я смотрел, как римский гладиус перерезает горло Куньямунда, как собственной кровью захлёбывается его старший брат. Сражение начавшееся столь обещающе, постепенно превратилось в кровавую бойню моих соплеменников.
Что теперь, вождь? – выкрикнул отчаянно Фритугайз.
Теперь мы умрём!
Триумф Рима


Но, я ошибся, мы не умерли, мы попали в плен к римлянам...

Эпилог
Осень. Римская провинция Верхняя Германия.

Легионер привязывавший меня к балкам креста, не походил на типичного римлянина. В чертах его лица, читалось смешение чуждой друг другу крови.
Откуда ты знаешь наш язык? – спросил я.
Я сын Клавдии Силии и вождя тенктеров Гаутафрита! – с презрением ответил легионер и плюнул мне в лицо...

Будем благодарны, если Вы поделитесь этой публикацией:


Copyright © «Империал». Копирование информации с этой страницы возможно только при указании прямых ссылок на эту страницу.



    Imperial
    Одна маленькая правка, камрад. Поскольку римлянин обращается к германцу, должен быть звательный падеж - не barbarus, а barbare :046:
    Ιουστινιανός, 30 Январь 2018, 22:23


    Imperial
    Tryggvi, благодарю! Внёс необходимую поправку в текст.

    Воспользуйтесь одной из соц-сетей для входа на форум:


    Внимание: Реклама отключена для зарегистрированных посетителей

    Стиль
       25 Фев 2018, 16:36
    © 2018 «Империал». Условия предоставления. Ответственность сторон. Декларация о Сотрудничестве. Лицензия зарегистрирована на: «Империал». Счётчики