Сообщество Империал: Мемуары Гая Фламиния - Сообщество Империал

Ιουστινιανός

Мемуары Гая Фламиния

ААR по модификации Roma Surrectum II
Тема создана: 16 марта 2018, 15:57 · Автор: Ιουστινιανός
  • 5 Страниц
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • Последняя »
 2 
 Ιουστινιανός
  • Imperial
Imperial
βασιλεύς

Дата: 16 марта 2018, 15:57

Мемуары Гая Фламиния

По мотивам римской кампании в Roma Surrectum II


Пролог

Imp


Я не был бесталанным человеком, как это очень часто утверждалось в Сенате, с презрением относившемуся к моей принадлежности к незнатному плебейскому роду. Ещё будучи народным трибуном, мне удалось добиться раздела завоёванных земель так называемого Галльского поля, между беднейшими гражданами и патрициями. Но с той самой поры я превратился в настоящее бельмо на глазу римской аристократии, не желавшей делиться с плебеями завоёванными землями. И это бельмо разраслось ещё больше, когда мне удалось утвердить закон Гая Клавдия, запрещавший сенаторам заниматься крупнотоннажной морской торговлей, тем самым открывая новые возможности для купеческой части плебса и защищая интересы сословия всадников. Сенат попытался отомстить, предприняв попытку отменить результаты выборов в консулы под предлогом неблагоприятных знамений. Но не получилось, поскольку ненависть патрициев с лихвой компенсировалась любовью простого народа. Но и старые патрицианские роды не унимались и чуть позже постарались лишить меня заслуженного триумфа, за победу над инсубрами у реки Клузий. Причиной же послужило то, что я проигнорировал полученное письмо из Сената, в котором предписывалось воздержаться от битвы с варварами всё из-за тех же неблагоприятных предзнаменований. Но вопреки воле сенаторов, триумф всё-таки был проведён по решению народного собрания.
Вот и в нынешнем году, я получил второй консульский срок только благодаря поддержке народа. Не без основания опасаясь, что озлобленный Сенат всячески постарается задержать мой выезд к войскам под разными причинами, покинул Рим тайно без проведения соответствующих церемоний. Сенаторы, возмущённые столь явным пренебрежением религиозными традициями, выслали вдогонку гонцов, чтобы заставить меня вернуться. Но их потуги были безрезультатны, по проложенной во время моей цензуры дороге я уехал в Аримин. Здесь я вступил в должность и принял под своё командование армию, приведённую Тиберием Семпронием Лонгом после поражения в битве при Треббии.
     Ιουστινιανός
    • Imperial
    Imperial
    βασιλεύς

    Дата: 20 марта 2018, 16:04

    Глава I

    Imp


    Приняв командование над остатками потрёпанных, но неразбитых при Треббии легионеров Тиберия Семпрония Лонга, следовало закрыть дорогу на юг со стороны Тирренского моря. Придерживаясь этого плана, я так и поступил, перекрыв дорогу на Арреций. А неудачная попытка Ганнибала перейти через Апеннины, далa мне столь необходимое время для сбора когорт союзников, заготовки припасов и фуража. Я даже обратился за помощью к давнему союзнику Римской республики, богатому тирану Сиракуз Гиерону II, который обещал прислать критских лучников и легковооружённых пехотинцев.
    Но я не учёл тот факт, что против меня воевал нестандартно мыслящий полководец, являющийся гением манёвра. Ганнибал прорвался в Этрурию, через труднопроходимый Порреттский проход. Я знал о нём, но поскольку никогда ранее враги не приближались к Риму, через источавшие ядовитые испарения болота и топи в долине реки Арно, оставил его без присмотра. Тем более, что вражеской армии предстояло идти по местности, в это время года считавшейся непроходимой из-за весеннего разлива реки.
    Поскольку Ганнибал приказал разграбить и поджечь большинство деревень плодородной области Кьянти, являвшейся одной из житниц Рима, это неминуемо привело к рьяной дискредитации моих действий со стороны Сената. По мнению знатных плебейских родов, я действовал слишком поспешно и отправился на войну не совершив религиозных церемоний, в которых полагалось умилостивить богов и испросить у них победу. Такое пренебрежительное отношение к божественным покровителям, сенаторы сочли прямым знамением к большим бедам и требовали немедленно провести все полагающиеся обряды. Но я и здесь проявил свой неуступчивый характер и в свойственной мне решительной манере, немедленно бросил все свои силы из Арреция на преследование пунийской армии, пока она не дошла до Рима.
    Между тем, в армии царила повышенная нервозность. Легионеры шептались о всякого рода дурных знамениях и конечно, тут же находились свидетели, которые своими глазами видели, и своими ушами слышали то, о чём со страхом передавали из уст в уста. А поскольку, как известно, глаза у страха велики, то молва обрастала такими подробностями, от которых даже здравомыслящему человеку становилось не по себе. Дабы приободрить своих солдат и вселить в них непоколебимую уверенность в победе, я распустил слух о том, что вторая консульская армия стремительно идёт нам навстречу, и мы наседая на арьергард армии Ганнибала, стремимся не дать ей свернуть в сторону, и выгнать на легион Гнея Сервилия Гемина, и затем, стиснув сзади и спереди, раздавить, используя численное превосходство двух армий. Уловка удалась, легионеры приободрились, а распространение сплетен прекратилось.
    Но на самом деле ситуация была куда более сложной. Отношения с Гнеем Сервилием Гемином, представлявшим сенатскую партию, были натянутые, если не сказать враждебные. Какого-либо плодотворного взаимодействия между нами не было. К тому же, его легион был расквартирован нa Сицилии для отражения возможных диверсий со стороны Карфагена из Африки. Армия в три тысячи семьсот двадцать шесть человек была единственной преградой на пути Ганнибала к Риму, из которых более полутора тысячи были союзниками.
    С помощью разведчиков и шпионов, мне стало известно, что пунийская армия изрядно потрёпанная природой, после тяжелейшего болотного марша, не могла сразу двинуться в дальнейший путь. Ганнибалу требовалось время на переформирование сил и реквизицию местных лошадей, поскольку его собственная кавалерия из-за падежа сильно потеряла в боеспособности. Я не мог упустить шанс напасть на ослабленного противника и тем самым, возможно, повернуть ход неудачно складывавшейся для Рима войны с Карфагеном в иное русло.
    На рассвете 22 июня 536 года от основания Рима, авангард легиона вступил в долину раскинувшуюся на северном берегу Тразименского озера. Преследование ускользавшего Ганнибала закончилось и предстояло сойтись в решающей битве с Одноглазым Пунийцем.
    Рекогносцировка на лето 536 года от основания Рима (Reveal)

    Легион был построен в традиционный боевой порядок, состоявший из трёх линий гастатов и принципов, расположенных в шахматном порядке. Такое построение позволяло второй линии когорт обеспечивать подкрепление или прийти на смену первой линии, вступившей в сражение с противником, а когорты третьей линии могли быть использована для фланговых манёвров, выступать в качестве резерва или подкрепления на флангах. Каждая когорта состояла из восьми рядов в глубину строя и имела численность в двести два человека. Всего же в легионе насчитывалось четырнадцать когорт, шесть из которых составляли римские союзники. Шестьсот шесть триариев были распределены позади флангов, тем самым укрепив их. Союзная кампанская конница, численностью в двести сорок два человека, заблаговременно была укрыта в небольшой роще позади левого фланга.
    Окинув одобрительным взглядом выстроенные когорты, я отдал приказ и легион ускоренным шагом двинулся на противника. Армия Ганнибала двигалась навстречу.
    При сближении с вражеской линией, легионеры метнули пилумы. Сражение завязалось в центре и на правом фланге. Когорты второй линии быстро выдвинулись вперёд, закрыв промежутки между когортами первой линии и тем самым образуя сплошную линию фронта. Одноглазый Пуниец тотчас же воспользовался своим преимуществом в коннице, нанеся удар во фланги. Наступил критический момент сражения, в бой были введены триарии.
    И тут я заметил, что основная масса вражеской кавалерии сосредоточилась на левом фланге, который не был связан боем с фронта. В следующее мгновение, по сигналу трубы, союзная кампанская конница, взрывая землю копытами вклинилась в ряды вражеской кавалерии, которая вскоре была опрокинута. Это позволило перебросить четыре высвободившиеся когорты в центр, а также осуществить прорыв конницы в тыл пунийской армии, что и склонило чашу весов в сторону Рима.
    Ещё триарии союзников прикрывали позиции на левом фланге от ливийских застрельщиков, а уже разношёрстная армия Ганнибала была сломлена и вскоре обратилась в паническое бегство.
    Битва при Тразименском озере (Reveal)
       Thanatis
      • Imperial
      Imperial
      Antiqu cartis

      Дата: 20 марта 2018, 22:50

      Ιουστινιανός
      Мастерская победа над Ганибалом! :006:
         Сенатор
        • Imperial
        Imperial
        Многоликий

        Дата: 21 марта 2018, 16:51

        Ιουστινιανός, отличная работа! :006:
        Ясность и лёгкость слога, а также описание предбоевых событий порадовали!
        Тактика боя, что не было передано на словах увидел на многочисленных скриншотах, при случае использую её. И, наверное, эта одна из самых действенных тактик против Ганнибала на первом ходу.
        Но хотелось бы увидеть текста побольше!
        Так интригой остался момент с тем, как Сенат и иных римляне обрадовались данному событию, что творилось в рядах собственных воинов, когда они смогли разбить очень серьёзного врага, чувства самого Гая Фламиния до и после битвы. Но это я всё чисто в качестве примера привёл. Можно, конечно, это описать в следующей главе, но будет уже не то, некая разорванность чувствоваться. Но это всё ИМХО!
        В целом работа, повторюсь, отличная! :008:
           Ιουστινιανός
          • Imperial
          Imperial
          βασιλεύς

          Дата: 22 марта 2018, 03:09

          Глава II

          Imp


          В жестокой битве не за жизнь, а на смерть, сказалась лучшая выучка и вооружение римских легионеров. Более трёх тысяч семисот вражеских воинов, осталось лежать в долине у Тразименского озера. Ливофиникийцы, нумидийцы, иберы и кельты, пришедшие с Ганнибалом, превратились в закуски на вороньем пиру. Сам же Одноглазый Пуниец, нашёл своё последнее пристанище под сенью дикой оливы, а его голова была отправлена в Рим, с обещанием быстро закончить войну с пунийцами.
          Одна тысяча восемьсот восемьдесят один легионер, были преданы погребению с соблюдением всех воинских почестей. Раненых перевязывали, однако, шансов выздороветь в случае полостной раны было немного и те, кто потерял годность к военной службе, получили демобилизация по инвалидности, что предоставляло им те же привилегии, что и ветеранам, демобилизованным за выслугу лет. Впрочем, для лечения и последующего возвращения в строй раненых легионеров, мною были даны распоряжения о постройке легионного госпиталя. Параллельно был отдан приказ о возведении укрепленного лагеря.
          Выбрав место, я самолично втыкнул белый флаг там, где должна была быть расположена моя палатка, тем самым обозначив центр будущего лагеря. Несмотря на усталость, легионеры, сняв свои доспехи и оружие, но со щитами, отправились на предполагаемую линию лагерных укреплений. Работая вместе с ними, я вырывал ров по периметру лагеря и насыпал сплошной вал, укрепляя его дерном. Сверху вал усилили палисадом из деревянных кольев, высотой более полутора метров. Когда строительство укреплений было завершено, в шестидесятиметровом квадрате вокруг претория были установлены палатки для высших офицеров и штаба. Солдатские палатки ставились в последнюю очередь, а пространство в сорок метров между укреплением и первыми рядами палаток, было оставлено свободным для перемещения когорт внутри лагеря и главным образом для того, чтобы разместить палатки вне досягаемости вражеских стрел и камней. Четырёхугольный лагерь пересекали две главные улицы, каждая из которых оканчивалась двумя главными воротами. Ворота также имелись и с двух других сторон лагеря, и были достаточно широки, чтобы не создавать препятствий для движения вьючных животных и возможных вылазок. Перед моей палаткой был поставлен алтарь для совершения жертвоприношения. Справа от алтаря находилось место для гаданий и площадь с палаткой квестора. Слева был насыпан и покрыт дерном трибунал.
          К концу дня также был возведён легионный госпиталь, расположившийся в тыльной части военного лагеря. Площадь размером сто на шестьдесят метров, была занята солдатскими палатками, в каждой из которых разместилось по шесть человек. Операционные находились в палатках стоявших в небольшом внутреннем дворике. Не было ни системы центрального отопления, ни обыденных для легионных госпиталей ванных комнат. Но это всё, что можно было сделать в военно-полевых условиях.
          И всё же я мог быть доволен. Победа при Тразименском озере устранила угрозу пунийского вторжения в центральные области Апеннинского полуострова. А оторванность от тыловых баз поставила остатки армии Ганнибала в крайне затруднительное положение и заставило отступить в Лигурию. Воспользовавшись сложившейся ситуацией, я не только пополнил армию тремя когортами союзников, но и продемонстрировал свои дипломатические способности.
          Успех не заставил себя долго ждать, пропаганда сделала свое дело и обстановка вокруг пунийской армии сложилась отнюдь не простая. Среди ранее перешедших на сторону Ганнибала галлов пошли разговоры о том, что разорительная война между Карфагеном и Римом всё ещё идёт на их территории, а не в центральной Италии, как было обещано и где была богатая пожива. Командир кавалерии Магарбал, возглавивший карфагенскую армию после гибели Ганнибала в битве при Тразименском озере, не исключал измены или даже покушения со стороны галлов и в целях личной безопасности принялся часто изменять свою внешность с помощью разнообразных париков, и различной одежды.
          По донесению лазутчиков, Магарбал намеревался прорваться из опустошенных войной областей Лигурии в Иберию, но для безопасности тыла, ему требовалось уладить назревавший конфликт с цизальпийскими галлами. Я же не отказался от своего намерения окончательно покончить с армией Одноглазого Пунийца.
          Раннее зимнее утро 536 года от основания Рима, началось с того, что центурионы отправились с докладом к палаткам военных трибунов и оттуда вместе с ними пришли ко мне, и после получения приказа вернулись в свои центурии. Легионеры уже собрались и ждали сигнала трубы, оповещающего о снятии с лагеря. По первому сигналу они начали сворачивать палатки и собирать своё снаряжение. По второму гулу трубы, палатки и прочие пожитки были погружены на мулов. По третьему сигналу трубы припозднившиеся легионеры заторопились занять свои места в когортах. Перед выступлением глашатай, заняв своё место справа от меня, трижды спросил, готовы ли легионеры к войне, и когда трижды раздались одобрительные возгласы, колонна тронулась вперёд, в сторону Тирренского моря.
          В обычных обстоятельствах армии полагалось проходить около тридцати километров в день, однако, если я хотел воплотить свои планы в реальность, следовало поторопиться, пока ещё погода оставалась благоприятной и море было спокойным. Дневная норма перехода была увеличена до пятидесяти километров.
          Дойдя до небольшой гавани, расположенной на берегу Тирренского моря, началась погрузка на суда. Гребные военные корабли от тридцати до тридцати восьми метров в длину, с двумя рядами вёсел, оснащенные таранами и боевыми башнями, поочерёдно подходили к пирсу, и ставали под погрузку. Легионеры организованно, колоннами, грузились в трюмы. Всё проходило быстро, биремы тотчас же снимались с якоря и выходили в море.
          Не всему высшему командному составу легиона симпатизировали мои действия, некоторые из военных трибунов и центурионов считали данную военную операцию не более чем авантюрой. Но мой консульский срок подходил к концу и я не мог себе позволить впустую растрачивать время, на посредственные стычки с противником. Мне требовалось решающее сражение, которое положило бы конец Ганнибаловой войне. Но поскольку Магарбал тщательно отслеживал дорогу ведущую из Этрурии в Лигурию, что сводило на нет все шансы застигуть армию пунийцев в расплох, я решил нанести удар с самой неожиданной стороны, со стороны моря.
          Держа курс вдоль побережья Тирренского моря, биремы пристали к лигурийскому берегу. Легион в две тысячи семьсот двадцать пять человек покинул корабельные трюмы и после форсированного марша, взял в осаду Геную, небольшое рыбацкое поселение ранее занятое Ганнибалом.
          Рекогносцировка на зиму 536 года от основания Рима (Reveal)

          Стоит отдать должное карфагенскому военноначальнику, он не стал отсиживаться за стенами и принял сражение в чистом поле. Впрочем, этого я и добивался.
          Одиннадцать когорт, из которых семь были союзными, выстроились в две линии, в шахматном порядке. Четыреста семьдесят три триария, были распределены на укрепление флангов. И так же, как и в битве при Тразименском озере, позади левого фланга было укрыто сто восемнадцать кампанских всадников.
          Магарбал бросил в бой нумидийскую и иберийскую конницу, которая при поддержке лёгкой пехоты и балеарских пращников, нанесла удар по флангам. Но результатов это не дало так, как все атаки пунийцев были отбиты, а когорты сохранили своё построение. Однако, последующий натиск пришёлся по всему фронту римской позиции. Особенно напряженной была ситуация на флангах, которые теснила вражеская кавалерия. Незамедлительно была введена в сражение вторая линия когорт и триарии.
          Переломный момент в битве наступил, когда кампанская кавалерия успешно атаковала конницу противника на левом фланге и при поддержке когорт союзников обратила её в бегство. В тоже время, был опрокинут левый фланг карфагенской армии. И лишь центр вражеской армии, где сражались галлы, продолжал оказывать упорное сопротивление, переходя в контратаки, даже тогда, когда они были взяты в кольцо. Битва была выиграна, легионеры ворвались в незащищённую Геную.
          Битва при Генуи (Reveal)
             Сенатор
            • Imperial
            Imperial
            Многоликий

            Дата: 23 марта 2018, 19:07

            Хорошо продолжаешь! Всё в том же духе!
            Что ж вижу, что начало второй главы выделено под подведение результатов битвы с Ганнибалом. Что радует, так как появилось маленькое "послевкусие" после великой битвы. ;)
            Точные описания, в частности, лагеря и кораблей, позволяют при прочтении в мыслях более детально воспроизвести чёткость хронологии событий. Также по описанию и терминам явно видно, что ты изучил вопросы, связанные с римской армией, что только поднимает качество работы.
            Теперь по частностям:

            Ιουστινιανός

            место для гаданий

            Это что за такое специально выделенное место в центре временного военного поселения?

            Ιουστινιανός

            Слева был насыпан и покрыт дерном трибунал.

            Имеется ввиду место совершения судебных процессов или просто плац, на котором проводились все общественные действия лагеря?

            Ιουστινιανός

            Не было ни системы центрального отопления, ни обыденных для легионных госпиталей ванных комнат.

            Ладно ванные комнаты, назовём, наверное, скорее банными комнатами, банями. А вот центральное отопление? Я о таком не слышал!:038:

            Ιουστινιανός

            Дневная норма перехода была увеличена до пятидесяти километров.

            После этого так и напрашиваются изрядные проклятия простых легионеров в сторону начальства, которое передвигается на лошадях. :0142:

            Ιουστινιανός

            Стоит отдать должное карфагенскому военноначальнику, он не стал отсиживаться за стенами и принял сражение в чистом поле. Впрочем, этого я и добивался.

            Исходя из текста сложилось впечатление, что карфагеняне под руководительством Магарбала вышли из-за ворот в поле для сражения, однако, только в дальнейшем я понял, что это военноначальник Хамилькар сам принял бой, выйдя в поле, когда Магарбал подоспел на помощь и атаковал Гая Фламиния. Не много стоило прояснить.

            Ιουστινιανός

            Магарбал бросил в бой нумидийскую и иберийскую конницу, которая при поддержке лёгкой пехоты и балеарских пращников, нанесла удар по флангам.

            Я так понимаю, что это сначала Хамилькар напал на Фламиния и был сразу разбит, а уже потом подтянулся Магарбал?

            Ιουστινιανός

            Переломный момент в битве наступил, когда кампанская кавалерия успешно атаковала конницу противника на левом фланге и при поддержке когорт союзников обратила её в бегство. В тоже время, был опрокинут левый фланг карфагенской армии.

            Я что-то маленько запутался в левых флангах... Если я правильно понял, то кампанская конница "выгибала" левый фланг, а в тоже время на правом фланге тоже чаща весов перевесила в сторону Рима?

            Ιουστινιανός

            Битва была выиграна, легионеры ворвались в незащищённую Геную.

            И опять же закончил на очень интересном месте. А поведение римских солдат, а поведения жителей Генуи, побеждённых воинов под карфагенскими знамёнами? А что Гай Фламиний написал в своих записках по этому поводу? Я считаю, что обязательно нужно в одной главе отображать всю картину одного события и не стоит обрывать рассказ на таком культовом моменте. И это единственная серьёзная недоработка второй главы. Конечно же, ИМХО.

            А так всё остальное также на уровне: и понятность текста, и лёгкость прочтения текста, и военные особенности/проблемы, и стратегия боя!
            Что ж будем ждать следующую работу! :Shield-and-sword:
               Ιουστινιανός
              • Imperial
              Imperial
              βασιλεύς

              Дата: 24 марта 2018, 15:00

              В Анналах древнеримского историка Публия Корнелия Тацита сообщается о том, что в каждом военном лагере рядом с палаткой полководца выделялось специальное место для проведения птицегаданий – авгурал. И только при благополучном исходе гаданий считалось возможным вступить в битву.
              Трибунал – покрытая дерном насыпь, с которой полководец обращался к войску и на которой производил суд, и форум, служивший местом для солдатских сходок.
              Система воздушного отопления описана римским архитектором и инженером Марком Витрувием Поллионом. В термах при помощи печи нагревался наружный воздух, который затем циркулировал в подпольных каналах и полостях стен.
              Иудейский историк Иосиф Флавий в своём повествовании Иудейская война, даёт примечательное описание римской армии в походе и упоминает, что в обычных обстоятельствах армии полагалось проходить около тридцати километров в день, однако упоминается и о марш-бросках по пятьдесят и более километров.
              Правая оконечность боевого порядка римского войска, располагается напротив левого фланга пунийской армии.
              Что же касаемо битвы при Генуи, то, возможно, некорректно обыграл ситуацию.
              Ну а прерывание главы рассказа, ощущение какой-то незавершённости, наверное является индивидуальным авторским концептом.
                 Сенатор
                • Imperial
                Imperial
                Многоликий

                Дата: 25 марта 2018, 14:09

                Спасибо за пояснения, но хотелось бы ещё уточнить:

                Ιουστινιανός

                Система воздушного отопления описана римским архитектором и инженером Марком Витрувием Поллионом. В термах при помощи печи нагревался наружный воздух, который затем циркулировал в подпольных каналах и полостях стен.

                Замечательная система, о которой в Риме я до его не знал. Думаю, она была не распространённой и раз сооружалась в термах, то ни в одном римском лагере нельзя было встретить такого отопления?

                Ιουστινιανός

                однако упоминается и о марш-бросках по пятьдесят и более километров.

                Я верю и прекрасно понимаю, что это реальные расстояния для военных того времени, однако я заострил внимание на другом:

                Сенатор

                После этого так и напрашиваются изрядные проклятия простых легионеров в сторону начальства, которое передвигается на лошадях.

                Ведь мало кто хотел каждый день столько проходить да и ещё в вооружении.

                Ιουστινιανός

                Правая оконечность боевого порядка римского войска, располагается напротив левого фланга пунийской армии.

                Я это тоже понимаю, просто для восприятия, на мой взгляд, было не очень сформулировано. Может быть это просто я так был невнимателен, что пару раз перечитывал, чтобы понять где чьи фланги.

                Ιουστινιανός

                Что же касаемо битвы при Генуи, то, возможно, некорректно обыграл ситуацию.

                Просто маленькие несостыковки.

                Ιουστινιανός

                Ну а прерывание главы рассказа, ощущение какой-то незавершённости, наверное является индивидуальным авторским концептом.

                Я указал своё мнение, а только автору решать как и что ему писать. :)
                   Ιουστινιανός
                  • Imperial
                  Imperial
                  βασιλεύς

                  Дата: 26 марта 2018, 00:02

                  Итальянский историк Раффаэле Д'Амато на основе подробнейшего изучения дошедших до нашего времени работ античных авторов, упоминает о том, что при каждом стационарном военном лагере, в крепостях и в городах, где несли постоянную службу воинские гарнизоны, должен был существовать легионный госпиталь – valetudinarium. И если поначалу госпитали были деревянными, то впоследствии их начали возводить из камня и оснащать всеми доступными по тем временам удобствами – канализационным стоком, водопроводом, солдатскими палатами, операционными, складами, а также обязательным отоплением. В каждом госпитале имелись ванные комнаты, т. к. в римской системе оздоровления раненых и больных легионеров, играли важную роль водные процедуры. Порой даже строились внушительных размеров термы.
                  Примечательным является и то, что римский писатель Онезандр писал о присутствии в войсках, совершавших поход, врачей-хирургов, назначение которых было лечить раненых. В связи с чем нет сомнений в том, что медицинская помощь хотя бы на низовом уровне, безусловно, присутствовала в каждой римской армии. Соответственно, счёл нужным упомянуть об этом.
                     Ιουστινιανός
                    • Imperial
                    Imperial
                    βασιλεύς

                    Дата: 28 марта 2018, 16:07

                    Глава III

                    Imp


                    Щиты и копья, захваченные у противника, были выставлены палисадом вокруг вала из более двух тысяч семисот трупов варваров. На вершине этого холма воткнули меч с насаженной на остриё отрубленной головой Магарбала. Ганнибалова война, самое тяжёлое испытание в истории Рима, была окончена.
                    Одна тысяча восемьсот девяносто семь легионеров, павших в битве при Генуи, были преданы земле. Оставшиеся в строю, получили возможность поесть и утолить жажду. Мне же предстояло вынести наказание легионерам союзной когорты, дезертировавшей во время сражения.
                    Во время битвы при Тразименском озере, уже был прецедент, когда легионеры повернулись спиной к противнику. Но поскольку, пристыжённая центурионом, когорта вернулась в ряды сражающихся, я применил лишь позорное наказание, заставив проявивших трусость стоять босиком, без пояса, в центре лагеря. А поскольку не подпоясанная туника свисала ниже колен, это делало её похожей на женскую одежду. Данное дисциплинарное взыскание выставляло провинившихся в смешном и унизительном положении, что способствовало пробуждению чувства стыда. Но это было тогда. Сейчас же проступок был более серьёзный.
                    В соответствии с законом были вырыты ямы, в которые поставили виновных. Далее, по сигналам трубы, назначенные легионеры привели в исполнение приговор, в присутствии трибунов и центурионов, обезглавив осуждённых. Казнённых тут же похоронили.
                    Также в результате расширения территориальных владений Рима возникла проблема управления подпавшей под контроль республики территории Лигурии. На мой взгляд, активно продвигаемая система клиентелы была невыгодна для государства из-за того, что желая приобрести популярность у будущих клиентов, консулы не выдвигали чрезмерно суровых условий мира побеждённым и поддерживая клиентско-патрональные отношения, выступали в Сенате в защиту интересов своих клиентов, в благодарность получая не только дары, но и возможность монополизировать внешнюю политику. Всё это способствовало тому, что республика постепенно становилась достоянием нескольких патрицианских семей. Ввиду этого я выступил против создания клиентского государства, тем более что считал недостаточным окружить Рим зависимыми государствами. В результате мною была проведена аннексия области Лигурии с преобразованием её в провинцию, что потребовало не только размещения гарнизона в Генуи, но и тщательного контроля за магистратами, чиновниками, а также откупщиками.
                    В Риме победа над армией Ганнибала вызвала двоякое чувство. Если плебеи превозносили меня величайшими похвалами, то большинство сенаторов начали относится с ещё большим подозрением. Патриции прекрасно понимали, что легионеры восхищаются больше всего не теми военноначальниками, что раздают почести и денарии, а теми, кто у них на глазах ест тот же хлеб, и вместе с ними копает ров. И то, что мне удалось стать любимцем армии, внушало в их сердца страх и ненависть. Но как бы это не раздражало Сенат, я был удостоен триумфа. Впрочем, в нынешнем году, торжественному вступлению в столицу, было не суждено состояться.
                    Летом 537 года от основания Рима, вспыхнуло восстание италиков. Ещё Ганнибал, после победы в битве при Треббии, разделил попавших в плен легионеров на две группы. С римскими гражданами в пунийском лагере обращались крайне жестоко, а вот с союзниками Рима обходились намного мягче. Впоследствии, Одноглазый Пуниец даже выступил перед этими пленниками с речью, в которой постарался объяснить, что он пришёл в Италию с целью освободить италиков от римского гнёта и тут же, в подтверждение своих слов, без всякого выкупа отпустил всех римских союзников на свободу. Так завоёвывались сердца местного населения и так образовывались прокарфагенские партии в италийских городах. И, по-видимому, отказ римского Сената предоставить права римского гражданства италийским союзникам, послужил толчком к приходу прокарфагенских партий к власти в Капуи и Таренте.
                    Между тем, тревога окутала Рим. Ходили тревожные слухи, что изображение Марса покрылось потом, а гадательные жребии, на которых записывались изречения оракулов, сами собой уменьшились и один из них выпал с надписью о том, что Марс потрясает копьём. Некоторые даже утверждали, что у каких-то граждан куры превратились в петухов, а петухи – в кур.
                    После произошедших событий меня вызвали в Рим. Все ожидали, что я отпраздную триумф, предоставленный мне Сенатом, но я отказался, стараясь ободрить народ перед лицом надвигающейся опасности и вверяя богиням Судьбы славу своих прежних подвигов, чтобы после новых побед вернуть её себе ещё более блестящей. Произнеся подобающую случаю речь, я принял участие в выборах консулов на следующий год и при поддержке народных масс, повторно заступил на эту должность, что, в общем-то, являлось беспрецедентным случаем. Плебеи же готовы были закидать тухлыми яйцами и овощами всех, кто выступал против моей кандидатуры, считая, что не впервые законом жертвуют ради общественной пользы, и что теперь для этого есть не менее веская причина.
                    На этот раз, совершив все необходимые религиозные обряды, я отбыл в Арреций, откуда вызвал свой легион из Лигурии. В то же время патриций Квинт Фабий Максим, став консулом от сенатской партии, дожидался прибытия в Остию армии Гнея Сервилия Гемина с Сицилии.
                    В Арреции, я тотчас же провёл набор новых легионеров, вопреки закону и обычаю записав в армию много неимущих, которых все прежние военноначальники не допускали в легионы из-за того, что те не подходили по имущественному цензу, и, соответственно не могли вооружиться за собственный счёт. Мне показалось несправедливым, что обедневшие граждане теряли право служить в легионе, а оружие доверяли, словно некую ценность, только тем, чьё имущество служило надёжным залогом. Когда же Сенат выказал своё недовольство моими действиями, я послал в Рим объяснительное письмо, в котором изложил, что в условиях нынешних реалий, созыв лишь определённых категорий граждан уже не соответствует нуждам римской военной организации. И ввиду того, что отношения с Квинтом Фабием Максимом не были столь враждебными, как это выставляли некоторые сенаторы, при его поддержке удалось добиться проведения закона о значительном снижении имущественного ценза. Что в свою очередь позволило быстро увеличить численность легиона до трёх тысяч восьмисот шестнадцати человек.
                    Ранней зимой 537 года от основания Рима, во главе армии, я выступил по направлению к Капуе, на помощь осаждённому военному лагерю. Обученные совершать тридцатикилометровые марши, легионеры легко преодолели поставленный перед ними рубеж и вскоре столкнулись нa Аппиевой дoрогe с армией италиков, под командованием Секста Минуция Авгурина. Походная колонна легиона быстро развернулась в боевой порядок.
                    Рекогносцировка на зиму 537 года от основания Рима (Reveal)

                    Тринадцать когорт, расположились тремя линиями в шахматном порядке с интервалами, равными протяженности когорты по фронту. В первой линии находились манипулы наиболее молодых воинов – гастатов, вторую и третью линии составляли принципы. Одна тысяча десять триариев укрепили фланги. Отборная часть эквитов экстраординариев из самых знатных воинов, численностью в сто двадцать всадников, прикрывала правый фланг.
                    Секст Минуций Авгурин покинул занимаемую позицию на возвышенности и повёл свои когорты в сторону римского легиона. Когда между обоими армиями было ровно столько места, сколько необходимо было для броска пилума. Я немедленно отдал приказ к атаке, чтобы не дать фронту италиков растянуться.
                    Каково же было моё удивление, когда после первого бурного натиска нашей пехоты, когорты италиков с большими потерями начали отходить назад, на возвышенность. Сбитые с ног солдаты противника валились валились на землю, прямо как подкошенные снопы пшеницы. Римские легионеры проникали в образующиеся прорывы, стараясь расчленить ряды противника, что вызывало панику в шеренгах италиков. Когорты противника, находящиеся в авангарде, побежали на возвышенность, что неизбежно вело к разрыву колонны и окружению арьергарда. Легионеры поднимали щиты и упирались подбородками себе в грудь, стараясь прикрыть лицо от возможных ударов копьём и мечом, воздух был насыщен солоноватым запахом крови. Риск погибнуть или получить ранение был очень велик, это возымело угнетающее воздействие на окружённый арьергард италиков, особенно на тех, кто находился в задних рядах и не мог отвлечься рукопашной схваткой.
                    Благополучно отступивший на возвышенность авангард италийской армии, занял позицию на господствующей высоте и не предпринимал никаких действий по оказанию помощи окружённым когортам арьергарда. Более того, Секст Минуций Авгурин не предпринял попытку воспользоваться своим преимуществом в кавалерии и лишь лично возглавив около ста двадцати кампанских всадников, устремился по направлению эквитов экстраординариев. Взаимодействуя с триариями, римская кавалерия контратаковала неприятельскую конницу и та, не выдержав сшибки бежала, оставив на поле боя изувеченное под копытами тело Секста Минуция Авгурина.
                    После того как арьергард италийской армии был уничтожен, римские когорты перестроились и под свист вражеских пилумов, и дротиков, атаковали вторую часть мятежной армии. Сражение закипело с новой силой.
                    Пока первые ряды легионеров теснили противника, задние держали мечи за щитами и криками, поддерживали сражающихся. На место павшего тут же вставал легионер из следующей шеренги и это наличие поддержки сзади, поднимало боевой дух передних. Те, кто падал, затаптывались продолжавшими вести бой, а стоявшие впереди или убивали или гибли сами.
                    Наконец, римские легионеры начали теснить противника, который первое время ещё держал позиции, но после того, как эквиты экстраординарии ударили по ошеломлённым мятежникам с тыла, боевые порядки италиков полностью смешались и те обратились в паническое бегство. Началось преследование, которое довершило разгром.
                    Битва на Аппиевой дороге (Reveal)
                      • 5 Страниц
                      • 1
                      • 2
                      • 3
                      • 4
                      • Последняя »
                       Похожие Темы
                      НМемуары Софии Шуазель-Гуфье
                      Мемуары Софии Шуазель-Гуфье
                      Автор h helion
                      Обновление 02 февраля 2023, 13:41
                      С[Статья: Мемуары Гая Фламиния]
                      [Статья: Мемуары Гая Фламиния]
                      Автор Ι Ιουστινιανός
                      Обновление 20 апреля 2018, 18:28
                      С[Статья: Мемуары Гая Фламиния]
                      [Статья: Мемуары Гая Фламиния]
                      Автор Ι Ιουστινιανός
                      Обновление 11 апреля 2018, 15:19
                      Воспользуйтесь одной из соц-сетей для входа
                      РегистрацияВход на форум 
                      Сообщество ИмпериалRome: Total War Rome: Total War ААR Rome: Total War Обратная Связь
                      Стиль:Language: 
                      «Империал» · Условия · Ответственность · Визитка · 14 июн 2024, 18:17 · Зеркала: Org, Site · Счётчики