Взгляд на капиталистические ассоциации древнего мира[i]
Автор: Для просмотра ссылки Зарегистрируйтесь
Автор: Для просмотра ссылки Зарегистрируйтесь
Cʼest une des grandeurs de notre temps que lʼépnonissement
merveilleux des sociétés anonimes[ii]. M.Langlais, deputé au
Corps législatif
Идея ассоциации капиталов бесспорно принадлежит глубокой древности, и если акционерная форма предприятий составляет плод современно нам эпохи, то тем не менее первообраз их был создан значительно раньше.
К сожалению, жизнь высоко культурных народов глубокой древности, как финикийцев, ассирийцев, вавилонян[iii], египтян[iv] и евреев, не оставила в правовом отношении памятников, могущих нам дать какие-либо точные указания на существование у них ассоциаций, сходных в чем-либо с современными акционерными предприятиями.
Культура Китая[v], Японии и Индии, хотя весьма древняя, но не имеющая с европейским правом ничего общего, не представляет также возможности сравнения в этом отношении[vi].
Ассоциации различных видов существовали уже во времена греков и римлян, а может быть и раньше. Все они, хотя и образуемые для денежных целей, далеко однако не представляли даже внешнего сходства с настоящими акционерными компаниями.
Тем не менее и в них уже мы видим разделение капитала на части.
Читать далее (Раскрыть)
На факт существования попыток ассоциации капиталом в древности, с целью употребления его для эксплуатации какого-либо предприятия, указывают многие исторические исследования по этому вопросу.
Так, между прочим, об этом приводит весьма интересные сведения Троплонг в предисловии к своему труду о компаниях[vii].
Другие писатели увлекаются до того в своем экономическом классицизме, что видят полную акционерную организацию этих ассоциаций чуть ли не во времена Мильтиада и Фемистокла.
Итак Малапер, на основании источников, приходит к заключению о глубокой древности акционерной формы предприятий. Уже Демосфен в своих речах, говорит он, упоминал о банковых ассоциациях[viii] своего времени, а Мильтиад и Фемистокл, оба будучи по очереди учредителями ассоциации по части эксплуатации знаменитых херсонесских рудников не могли не иметь товарищей, дававших им деньги на предприятие и скрывавших свои имена (bailleurs des fonds). У Лукиана (следовательно в позднейшую эпоху) есть указание на то, что за одним покупателем или откупщиком общественных податей скрывались многие товарищи, которые соучаствовали в общем предприятии[ix].
На то же указывает Полибий[x].
С этих пор, логически идя дальше, вероятно существовали лица, заинтересованные в дальнейшей разработке этих богатых рудников древности, выступающие в роли современных нам акционеров.
Реслер[xi] утверждает, что у греков существовали колониальные компании на акциях и делает свое заключение на основании Фукидида.
Леманн, который указывает на такое предположение, не видит, однако, в этом ничего, что могло бы походить на современную акционерную организацию[xii].
Зато древнегреческие источники убеждают, что во всей Греции вообще и Афинах в частности, как впоследствии в Риме, существовали откупа или аренды государственных доходов, к каковым относились пятидесятинный и десятинный сборы, проституционная пошлина и театральный сбор[xiii]. Откупщики составляли письменный договор с государством, причем давалось поручительство.
Поручители участвовали в барышах, обязаны были строго платить аккуратно арендную плату и были освобождены от конной повинности. Откупщики, нуждаясь в капиталах, обращались к капиталистам, которые становились заимодавцами и, вместе с тем, участниками предприятия; но несли ответственность – ограниченную – т.е. лишь в отношении главного откупщика или кредитора, который единственно[xiv] и лично ответствовал перед государством.
Это отношение ближе подходило к коммандите: с акционерными компаниями его сравнивать невозможно[xv].
Германские экономисты, как Рено, Кейсенер, Рошер и др., начинают свои исторические исследования по части акционерных ассоциаций прямо со времен Рима. В римской истории мы действительно находим много примеров денежных ассоциаций.
Итак, когда во время второй Пунической войны испанская армия осталась без одежды и оружия, то поставку этих предметов поручили ассоциациям. На торги, объявленные военными властями, явилось три таких общества, причем каждое состояло из нескольких товарищей (associés en nom) по доверенности и анонимных коммандитистов, представивших поруку на случай непредвиденных нарушений договора. Коммандитистами этими были, так называемые participes (участники), которых можно по-нашему назвать акционерами по тому сходству, которое они представляют с ними.
Эти общества в Риме, кроме военных поставок, занимались также банковыми делами, сбором податей и вообще крупными морскими и сухопутными предприятиями[xvi].
Из оставшихся сочинений Цицерона можно также вывести заключение о существовании в его время ассоциаций, вроде акционерных, т.е. с разделением основного капитала на части. Так, в своей речи, произнесенной в защиту Рабирия Постума, обвиняемого в лихоимстве, он хвалит своего клиента за то, что Рабирий раздавал друзьям своим части (акции?) своих предприятий, причем так переведены слова Цицерона «dare partes»[xvii].
Известный спекулянт и ажиотер, Тит Помпоний Аттик, знаменитый друг великого оратора, приобрел громадное свое состояние, участвуя в качестве такого particeps в современных ему предприятиях, о чем также свидетельствует Цицерон.
С того же времени принято было в римском праве, титул, дававший одному лицу известное право на иск против другого, т.е. на взыскание с него какого-либо имущества, называть словом actus, от слова actio.
Договор ассоциации по эксплуатации сохранил это название, как титул на право иска каждого участника (particeps) и отсюда произошло слово «акция»[xviii].
С другой стороны, само римское право дает нам много указаний на существование в Риме ассоциаций капиталов, разделенных на части между известным числом участников.
Германские экономисты, поэтому, рассматривают даже довольно подробно некоторые институты римского права, относящиеся, якобы, к означенным ассоциациям.
При этом обыкновенно приводятся извлечения статей Юстинианова законодательства. – Dig. lib. XVII, tit. 2; Cod., lib. IX, tit. 37. Pauliseut. lib. II, tit. 16 – pro socio; Justilut lib. III tit. 26 – de sociate; Dig. lib. XXXIX, tit. 4; Cod. lib. IV, tit. 61 – de publicans et vectigalibus et commissis. Как полагают некоторые юристы, у римлян были в ходу два договорных правоотношения, которые у нас встречаются редко. Отношения эти: общность всего имущества и общность всей прибыли хозяев[xix].
Настоящая акционерная форма предприятий не была известна в Риме, ни отношения, близко ее напоминающие[xx]. По крайней мере этого не видно из деятельности римских ассоциаций. Не знали они, очевидно, и наших коммандитных товариществ; обе эти формы были у них заменены трудом рабов и peculium. Труд этот давал возможность богатым римлянам с выгодою для себя обращать имущество[xxi], вкладывая его в торговые предприятия, причем они рисковали потерять только то, что сами давали рабам своим для торговых оборотов.
Эта сравнительная ничтожность имущественной ответственности и риск близко подходит к тем же понятиям по современному акционерному праву, где акции изображают эту ответственность и риск.
Как на учреждения, ближе всего однако же подходящие к понятию о товариществе, обыкновенно указывают на древние по своему происхождению римские societates vectigalium publicarum[xxii], которые учреждались с целью аренды государственных доходов[xxiii].
Доходы эти были публичные вообще и назывались vectigalia, подразделялись на несколько видов, среди которых наиболее известны десятинный сбор (decumae) портовый сбор (portaria), плата, взимаемая за право рыбной ловли, пастбища и друг[xxiv].
Главное управление такими обществами находилось в руках директора (magister societatis), жившего в Риме и имевшего многочисленных своих представителей (promagisteri) по провинциям; они в свою очередь имели своих представителей в разных местностях и т.д.[xxv].
Римские откупа получали свое начало из Греции, как полагает Дитрих, позаимствовав их из греческих колоний в нижней Италии[xxvi]. Откупщики составили впоследствии в Риме особый класс людей, называемых Publicani, отличающихся богатством, влиянием, но не пользующихся общественным уважением.
Эти откупа продержались до позднейших времен империи.
Из юридических римских источников видно, что с целью собрать капитал, необходимый, чтобы удержаться на публичных торгах по государственным поставкам и арендам, учреждались товарищества, которые соединялись между собою, образуя своего рода консорцию. У них, таким образом, являлась одна общая цель эксплуатации, достигаемая общими средствами[xxvii].
Это была своего рода стачка, с целью понизить предлагаемую на откуп цену (communiter gerere).
Римская Societas Publica почти составляла большое товарищество с целым штатом разнообразных административных органов, как указано было выше и еще большим числом рабов (familia, villicus, arcarius, contrascriptor, portitor) над которыми находился государственный контроль в лице procuratores[xxviii]. На юридическую личность этих корпораций, как правовое понятие, указывает стих I. 1. Д. 3, 4: «ut ecce vectigalium publicorum sociis permissum est corpus habere»[xxix].
У римских юристов нет указаний на ответственность соучастников предприятий, ограниченную их долями. К указанным socii publicani относится стих l. 46. § 9 Dig. 49. 14: «si multi fisco fraudem fecerint, non ut in actione furti singuli solidum, sed omnes semel quadrupli poenam pro virili portione debent. Sane pro non idoneis qui sunt idonei conveniuntur[xxx]».
На совершенное несходство римских socii с современными акционерами и существом акционерного участия в предприятии указывает вопрос римского юриста (l. 59. D. 17. 2): «Quid enim, si is mortuus sit, propter cuius operam maxime societas coita sit aut sine quo societas administrari non possit?[xxxi]». Однако, вероятно[xxxii], за этими socii, к которым относится приведенное соображение римского права, находилось несомненно большое число фирмовых товарищей, так называемых adfines или affines[xxxiii], не стоящих на одном правовом уровне с публиканами, а потому не подсудных публиканскому праву. Affinis и particeps, как кажется, были понятия однозначащие в противоположность к socius[xxxiv].
Affinis весьма походит на современного коммандитиста: в виду этого, если возможно какое-либо более существенное сравнение римских капиталистических ассоциаций с нашими, то societes publicanorum, с ее многочисленными adfeucs (в особом списке отмечались имена участников), более походит на коммандитное на акциях, чем на акционерное, товарищество[xxxv].
Если известно, что каждый соучастник adfinis мог уступать свое право actio, на общую прибыль и на ликвидационную сумму, то сказать этого нельзя положительно о праве (pars) его подставлять вместо себя другого товарища, иначе сказать – имели ли сказанные partes биржевой курс, подобно нашим акциям?[xxxvi]
О внутренней организации римских товариществ известно еще меньше.
Как на указание существования общих собраний цитирует Примкер место из Цицерона[xxxvii]. Достигнув своего расцвета в первые времена империи, откупа постепенно теряли свое значение и об них весьма мало упоминает Юстинианово законодательство. На существование этих товариществ в последние римские времена указывает Breviarum Alaricianum, в котором заключается эдикт императора Константина, приведенный из Теодосианова кодекса (codex Theodosianus).
Так, между прочим, об этом приводит весьма интересные сведения Троплонг в предисловии к своему труду о компаниях[vii].
Другие писатели увлекаются до того в своем экономическом классицизме, что видят полную акционерную организацию этих ассоциаций чуть ли не во времена Мильтиада и Фемистокла.
Итак Малапер, на основании источников, приходит к заключению о глубокой древности акционерной формы предприятий. Уже Демосфен в своих речах, говорит он, упоминал о банковых ассоциациях[viii] своего времени, а Мильтиад и Фемистокл, оба будучи по очереди учредителями ассоциации по части эксплуатации знаменитых херсонесских рудников не могли не иметь товарищей, дававших им деньги на предприятие и скрывавших свои имена (bailleurs des fonds). У Лукиана (следовательно в позднейшую эпоху) есть указание на то, что за одним покупателем или откупщиком общественных податей скрывались многие товарищи, которые соучаствовали в общем предприятии[ix].
На то же указывает Полибий[x].
С этих пор, логически идя дальше, вероятно существовали лица, заинтересованные в дальнейшей разработке этих богатых рудников древности, выступающие в роли современных нам акционеров.
Реслер[xi] утверждает, что у греков существовали колониальные компании на акциях и делает свое заключение на основании Фукидида.
Леманн, который указывает на такое предположение, не видит, однако, в этом ничего, что могло бы походить на современную акционерную организацию[xii].
Зато древнегреческие источники убеждают, что во всей Греции вообще и Афинах в частности, как впоследствии в Риме, существовали откупа или аренды государственных доходов, к каковым относились пятидесятинный и десятинный сборы, проституционная пошлина и театральный сбор[xiii]. Откупщики составляли письменный договор с государством, причем давалось поручительство.
Поручители участвовали в барышах, обязаны были строго платить аккуратно арендную плату и были освобождены от конной повинности. Откупщики, нуждаясь в капиталах, обращались к капиталистам, которые становились заимодавцами и, вместе с тем, участниками предприятия; но несли ответственность – ограниченную – т.е. лишь в отношении главного откупщика или кредитора, который единственно[xiv] и лично ответствовал перед государством.
Это отношение ближе подходило к коммандите: с акционерными компаниями его сравнивать невозможно[xv].
Германские экономисты, как Рено, Кейсенер, Рошер и др., начинают свои исторические исследования по части акционерных ассоциаций прямо со времен Рима. В римской истории мы действительно находим много примеров денежных ассоциаций.
Итак, когда во время второй Пунической войны испанская армия осталась без одежды и оружия, то поставку этих предметов поручили ассоциациям. На торги, объявленные военными властями, явилось три таких общества, причем каждое состояло из нескольких товарищей (associés en nom) по доверенности и анонимных коммандитистов, представивших поруку на случай непредвиденных нарушений договора. Коммандитистами этими были, так называемые participes (участники), которых можно по-нашему назвать акционерами по тому сходству, которое они представляют с ними.
Эти общества в Риме, кроме военных поставок, занимались также банковыми делами, сбором податей и вообще крупными морскими и сухопутными предприятиями[xvi].
Из оставшихся сочинений Цицерона можно также вывести заключение о существовании в его время ассоциаций, вроде акционерных, т.е. с разделением основного капитала на части. Так, в своей речи, произнесенной в защиту Рабирия Постума, обвиняемого в лихоимстве, он хвалит своего клиента за то, что Рабирий раздавал друзьям своим части (акции?) своих предприятий, причем так переведены слова Цицерона «dare partes»[xvii].
Известный спекулянт и ажиотер, Тит Помпоний Аттик, знаменитый друг великого оратора, приобрел громадное свое состояние, участвуя в качестве такого particeps в современных ему предприятиях, о чем также свидетельствует Цицерон.
С того же времени принято было в римском праве, титул, дававший одному лицу известное право на иск против другого, т.е. на взыскание с него какого-либо имущества, называть словом actus, от слова actio.
Договор ассоциации по эксплуатации сохранил это название, как титул на право иска каждого участника (particeps) и отсюда произошло слово «акция»[xviii].
С другой стороны, само римское право дает нам много указаний на существование в Риме ассоциаций капиталов, разделенных на части между известным числом участников.
Германские экономисты, поэтому, рассматривают даже довольно подробно некоторые институты римского права, относящиеся, якобы, к означенным ассоциациям.
При этом обыкновенно приводятся извлечения статей Юстинианова законодательства. – Dig. lib. XVII, tit. 2; Cod., lib. IX, tit. 37. Pauliseut. lib. II, tit. 16 – pro socio; Justilut lib. III tit. 26 – de sociate; Dig. lib. XXXIX, tit. 4; Cod. lib. IV, tit. 61 – de publicans et vectigalibus et commissis. Как полагают некоторые юристы, у римлян были в ходу два договорных правоотношения, которые у нас встречаются редко. Отношения эти: общность всего имущества и общность всей прибыли хозяев[xix].
Настоящая акционерная форма предприятий не была известна в Риме, ни отношения, близко ее напоминающие[xx]. По крайней мере этого не видно из деятельности римских ассоциаций. Не знали они, очевидно, и наших коммандитных товариществ; обе эти формы были у них заменены трудом рабов и peculium. Труд этот давал возможность богатым римлянам с выгодою для себя обращать имущество[xxi], вкладывая его в торговые предприятия, причем они рисковали потерять только то, что сами давали рабам своим для торговых оборотов.
Эта сравнительная ничтожность имущественной ответственности и риск близко подходит к тем же понятиям по современному акционерному праву, где акции изображают эту ответственность и риск.
Как на учреждения, ближе всего однако же подходящие к понятию о товариществе, обыкновенно указывают на древние по своему происхождению римские societates vectigalium publicarum[xxii], которые учреждались с целью аренды государственных доходов[xxiii].
Доходы эти были публичные вообще и назывались vectigalia, подразделялись на несколько видов, среди которых наиболее известны десятинный сбор (decumae) портовый сбор (portaria), плата, взимаемая за право рыбной ловли, пастбища и друг[xxiv].
Главное управление такими обществами находилось в руках директора (magister societatis), жившего в Риме и имевшего многочисленных своих представителей (promagisteri) по провинциям; они в свою очередь имели своих представителей в разных местностях и т.д.[xxv].
Римские откупа получали свое начало из Греции, как полагает Дитрих, позаимствовав их из греческих колоний в нижней Италии[xxvi]. Откупщики составили впоследствии в Риме особый класс людей, называемых Publicani, отличающихся богатством, влиянием, но не пользующихся общественным уважением.
Эти откупа продержались до позднейших времен империи.
Из юридических римских источников видно, что с целью собрать капитал, необходимый, чтобы удержаться на публичных торгах по государственным поставкам и арендам, учреждались товарищества, которые соединялись между собою, образуя своего рода консорцию. У них, таким образом, являлась одна общая цель эксплуатации, достигаемая общими средствами[xxvii].
Это была своего рода стачка, с целью понизить предлагаемую на откуп цену (communiter gerere).
Римская Societas Publica почти составляла большое товарищество с целым штатом разнообразных административных органов, как указано было выше и еще большим числом рабов (familia, villicus, arcarius, contrascriptor, portitor) над которыми находился государственный контроль в лице procuratores[xxviii]. На юридическую личность этих корпораций, как правовое понятие, указывает стих I. 1. Д. 3, 4: «ut ecce vectigalium publicorum sociis permissum est corpus habere»[xxix].
У римских юристов нет указаний на ответственность соучастников предприятий, ограниченную их долями. К указанным socii publicani относится стих l. 46. § 9 Dig. 49. 14: «si multi fisco fraudem fecerint, non ut in actione furti singuli solidum, sed omnes semel quadrupli poenam pro virili portione debent. Sane pro non idoneis qui sunt idonei conveniuntur[xxx]».
На совершенное несходство римских socii с современными акционерами и существом акционерного участия в предприятии указывает вопрос римского юриста (l. 59. D. 17. 2): «Quid enim, si is mortuus sit, propter cuius operam maxime societas coita sit aut sine quo societas administrari non possit?[xxxi]». Однако, вероятно[xxxii], за этими socii, к которым относится приведенное соображение римского права, находилось несомненно большое число фирмовых товарищей, так называемых adfines или affines[xxxiii], не стоящих на одном правовом уровне с публиканами, а потому не подсудных публиканскому праву. Affinis и particeps, как кажется, были понятия однозначащие в противоположность к socius[xxxiv].
Affinis весьма походит на современного коммандитиста: в виду этого, если возможно какое-либо более существенное сравнение римских капиталистических ассоциаций с нашими, то societes publicanorum, с ее многочисленными adfeucs (в особом списке отмечались имена участников), более походит на коммандитное на акциях, чем на акционерное, товарищество[xxxv].
Если известно, что каждый соучастник adfinis мог уступать свое право actio, на общую прибыль и на ликвидационную сумму, то сказать этого нельзя положительно о праве (pars) его подставлять вместо себя другого товарища, иначе сказать – имели ли сказанные partes биржевой курс, подобно нашим акциям?[xxxvi]
О внутренней организации римских товариществ известно еще меньше.
Как на указание существования общих собраний цитирует Примкер место из Цицерона[xxxvii]. Достигнув своего расцвета в первые времена империи, откупа постепенно теряли свое значение и об них весьма мало упоминает Юстинианово законодательство. На существование этих товариществ в последние римские времена указывает Breviarum Alaricianum, в котором заключается эдикт императора Константина, приведенный из Теодосианова кодекса (codex Theodosianus).
Сноски (Раскрыть)
[i] Опубликовано в «Судебной газете», 1899, № 6.
[ii] Одно из великих достижений нашего времени – замечательное развитие анонимных обществ.
[iii] Kohler und Peiser. Aus dem babylonischen Rechtsleben, II-56-62; III, 46.
[iv] Lumbroso – Recherchts sur lʼeconomie politique de lʼEgypte sous les Lagides, Turin, 1870, 320-329.
[v] Globus, 1862, стр. 132.
[vi] Lehmann – Die geschichtlige Entwicklung des Aktienrechts bis zum Code de Commerce, 1895.
[vii] Troplong, Traité des Sociétés.
[viii] Malapert, Des lois sur les sociétés. Journal des économists, t. XI, 1880, стр. 340 и след.
[ix] Rösler. Zeitschrift für Handelsrecht. IV, 298.
[x] Lehmann – Das Recht der Aktiengeselschaften B. I, Berlin, 1898, стр. 5; его же Kolonialgesellschfftsrecht in verganenheit und Gegenwart, Berlin, 1896.
[xi] Böckh – Die Staatshaushaltung der Athener, 1886, I, стр. 376 и др.
[xii] Brands – Les Sociétés commerciales á Athénes (Revue de lʼinstruction publique en Belgique, tome XXX, 1882, стр. 116).
[xiii] Lehmann – Das Recht der Aktiengesellschaften, Berlin, 1898, стр. 8.
[xiv] Keyssner, Die Aktiengeselschaften, Berlin
[xv] Rosher, System der Volkswirtschaft.
[xvi] Tripler, Commentaire de la loi du 17-23 Juillet 1867 sur les sociétés en commadite par actions, стр. 33, § 71.
[xvii] Cicero in Serrem, I, 54: «Qui de L. Marcio, M. Peperna cencoribus redemerit, cum socium ne admittito, neve ei partem dato, neve ei redimito» сравн. Kniep – Societas publicanorum, I, 1896, стр. 107; Malapert – Des lois sur les Sociétés.
[xviii] Treitschke, Die Lehre von der unbeschraenktobligatorischen Gewerbegesellschaft und von Commanditen nach Roenischem Recht, стр. 5; «Actie» (hollaendisch – action) bedeudet eigentlich ein Klagerecht einen Auspruch…
[xix] Treitschke, ibid., стр. 2.
[xx] Renaud, Das Recht der Aktiengesellschaften, стр. 8.
[xxi] Сравн. притчу «о талантах».
[xxii] Mommsen – Römische Geschichte, 8 A., I, 265.
[xxiii] Тарасов. Акционерные компании. Сборник Госуд. знаний, т. VI, стр. 181; Roscher, Systhem der Volkswirthschaft, III, стр. 149, прим. 1; Stein, Endemann, Fick. Renaud и др.
[xxiv] Renaud, Das Recht der Aktiengeswllschaften, стр. 2. Troplong, стр. 2. Staatspaechtersystem.
[xxv] Цицерон – см. у Renaud, стр. 3.
[xxvi] Dietrich – Beitrage zur Kenntniss des raemischen Staatspaechtersystems, 1887, стр. 8.
[xxvii] Ulpianus, l. 33, D. 17, 2 – «nam qui nolunt inter se contendere, solent per nuntium rem emere in commune, quod a societate longe remotum est» - те, кто не хотят спорить между собой, имеют обыкновение совершать покупку вещи сообща через посланца, что в значительной степени отличается от товарищества.
[xxviii] Kniep – Societas publicanorum, I, 1896, стр. 21.
[xxix] «Разрешено образовывать союз входящим в товарищество [для сбора государственных налогов или для разработки золотых приисков или серебряных рудников и соляных варниц]».
[xxx] «Если ущерб фиску причинили несколько (человек), то не каждый все в целом, как по иску о краже, но все обязаны один раз (уплатить) штраф в четырехкратном размере в соответствии со своей долей. Разумеется, за неплатежеспособных отвечают те, кто платежеспособен».
[xxxi] «Что произойдет, если умер такой участник, в расчете на работу которого главным образом и учреждено товарищество, или без которого нельзя управлять товариществом?».
[xxxii] Ibidem.
[xxxiii] Цензорский эдикт 585 – 169 года, приводимый у Ливия, упоминает о таком affinis: «…ne qui corum, qut… ad hastam suam accederet, socius te, aut affinis cius conductionis esset».
[xxxiv] Lehmann, Das Recht der Aktiengesellschaften, стр. 17. – «Учредитель компании (auctor) заключал с товарищами (socii) и коммандистами (adfines) товарищеский договор, который, хотя и ставил одних и других в различное правовое положение, однако относительно прав и обязанностей давал всем им, вместе взятым, значение соучастников товарищества, так что все общественное предприятие (Publikanen-gesellschaft) группировалось исключительно около этого manceps».
[xxxv] Ibidem, стр. 18.
[xxxvi] Ibidem.
[xxxvii] Primker. Die Aktiengesellschaften, Endemanns Handbuch des deutschen Handels See und Wechselrechts, I, Leipzig, 1881, стр. 478; Lehmann, стр. 18 cit.
[ii] Одно из великих достижений нашего времени – замечательное развитие анонимных обществ.
[iii] Kohler und Peiser. Aus dem babylonischen Rechtsleben, II-56-62; III, 46.
[iv] Lumbroso – Recherchts sur lʼeconomie politique de lʼEgypte sous les Lagides, Turin, 1870, 320-329.
[v] Globus, 1862, стр. 132.
[vi] Lehmann – Die geschichtlige Entwicklung des Aktienrechts bis zum Code de Commerce, 1895.
[vii] Troplong, Traité des Sociétés.
[viii] Malapert, Des lois sur les sociétés. Journal des économists, t. XI, 1880, стр. 340 и след.
[ix] Rösler. Zeitschrift für Handelsrecht. IV, 298.
[x] Lehmann – Das Recht der Aktiengeselschaften B. I, Berlin, 1898, стр. 5; его же Kolonialgesellschfftsrecht in verganenheit und Gegenwart, Berlin, 1896.
[xi] Böckh – Die Staatshaushaltung der Athener, 1886, I, стр. 376 и др.
[xii] Brands – Les Sociétés commerciales á Athénes (Revue de lʼinstruction publique en Belgique, tome XXX, 1882, стр. 116).
[xiii] Lehmann – Das Recht der Aktiengesellschaften, Berlin, 1898, стр. 8.
[xiv] Keyssner, Die Aktiengeselschaften, Berlin
[xv] Rosher, System der Volkswirtschaft.
[xvi] Tripler, Commentaire de la loi du 17-23 Juillet 1867 sur les sociétés en commadite par actions, стр. 33, § 71.
[xvii] Cicero in Serrem, I, 54: «Qui de L. Marcio, M. Peperna cencoribus redemerit, cum socium ne admittito, neve ei partem dato, neve ei redimito» сравн. Kniep – Societas publicanorum, I, 1896, стр. 107; Malapert – Des lois sur les Sociétés.
[xviii] Treitschke, Die Lehre von der unbeschraenktobligatorischen Gewerbegesellschaft und von Commanditen nach Roenischem Recht, стр. 5; «Actie» (hollaendisch – action) bedeudet eigentlich ein Klagerecht einen Auspruch…
[xix] Treitschke, ibid., стр. 2.
[xx] Renaud, Das Recht der Aktiengesellschaften, стр. 8.
[xxi] Сравн. притчу «о талантах».
[xxii] Mommsen – Römische Geschichte, 8 A., I, 265.
[xxiii] Тарасов. Акционерные компании. Сборник Госуд. знаний, т. VI, стр. 181; Roscher, Systhem der Volkswirthschaft, III, стр. 149, прим. 1; Stein, Endemann, Fick. Renaud и др.
[xxiv] Renaud, Das Recht der Aktiengeswllschaften, стр. 2. Troplong, стр. 2. Staatspaechtersystem.
[xxv] Цицерон – см. у Renaud, стр. 3.
[xxvi] Dietrich – Beitrage zur Kenntniss des raemischen Staatspaechtersystems, 1887, стр. 8.
[xxvii] Ulpianus, l. 33, D. 17, 2 – «nam qui nolunt inter se contendere, solent per nuntium rem emere in commune, quod a societate longe remotum est» - те, кто не хотят спорить между собой, имеют обыкновение совершать покупку вещи сообща через посланца, что в значительной степени отличается от товарищества.
[xxviii] Kniep – Societas publicanorum, I, 1896, стр. 21.
[xxix] «Разрешено образовывать союз входящим в товарищество [для сбора государственных налогов или для разработки золотых приисков или серебряных рудников и соляных варниц]».
[xxx] «Если ущерб фиску причинили несколько (человек), то не каждый все в целом, как по иску о краже, но все обязаны один раз (уплатить) штраф в четырехкратном размере в соответствии со своей долей. Разумеется, за неплатежеспособных отвечают те, кто платежеспособен».
[xxxi] «Что произойдет, если умер такой участник, в расчете на работу которого главным образом и учреждено товарищество, или без которого нельзя управлять товариществом?».
[xxxii] Ibidem.
[xxxiii] Цензорский эдикт 585 – 169 года, приводимый у Ливия, упоминает о таком affinis: «…ne qui corum, qut… ad hastam suam accederet, socius te, aut affinis cius conductionis esset».
[xxxiv] Lehmann, Das Recht der Aktiengesellschaften, стр. 17. – «Учредитель компании (auctor) заключал с товарищами (socii) и коммандистами (adfines) товарищеский договор, который, хотя и ставил одних и других в различное правовое положение, однако относительно прав и обязанностей давал всем им, вместе взятым, значение соучастников товарищества, так что все общественное предприятие (Publikanen-gesellschaft) группировалось исключительно около этого manceps».
[xxxv] Ibidem, стр. 18.
[xxxvi] Ibidem.
[xxxvii] Primker. Die Aktiengesellschaften, Endemanns Handbuch des deutschen Handels See und Wechselrechts, I, Leipzig, 1881, стр. 478; Lehmann, стр. 18 cit.
