Ratsha
Зачем только потребовалось через 6 лет опять на Казань войско посылать, непонятно.
Это, как раз, вовсе не вопрос - таких ситуаций, когда поставили марионетку и через какое-то время приходится идти и наводить порядок, чтобы свою креатуру поддержать/"водворить взад", вагон и еще маленькая тележка.
Ratsha
В результате "переосмысления" от рассказа Герберштейна в КЛ осталось только имя воеводы судовой рати и упоминание о каком-то неудачном для русских бое на реке (только упоминание, потому что сами рассказ о событии с рассказом Герберштейна не совпадают совершенно). Странное какое-то заимствование, не находите?
Что заимствовали имя воеводы? А политические пристрастия автора "Казанского Летописца" учтены? Это первое, что приходит в голову мало-мальски профессиональному исследователю.
Да и заимствование, как раз, очень в тему - все, что плохое, взять так, чтобы никто не заподозрил, и создать картинку "было ДО - стало ПОСЛЕ".
Ratsha
если бы не Глазатый с Герберштейном, нам просто нечего было бы обсуждать в этой теме. Что обсуждать-то?
А что обсуждать после того, что написал Герберштейн? Он же такую чушь про русские войска написал, что ему под стать все остальные интуристы, не видевшие, но описавшие.
Это примите, как данность - чушь бывает предметом обсуждения только в разрезе "а вот теперь послушайте, что сочинял про это в ... году имярек".
Ratsha
У меня иной подход к "национальному мифотворчеству". От "неудобных" страниц истории нужно не открещиваться, а наоборот изучать, потому что недосказанность, умолчания в исторических исследованиях - это идеальная почва для создания мифов. Вдобавок одним из любимых "мифотворцами" приемов являются утверждения о том, что "историки врут", "историки скрывают", и т.д. и т.п., в связи с чем невнятная позиция настоящих историков по поводу тех или иных фактов, событий способствует тому, что аудитория "мифотворцев" только растет.
См. выше. Мы тут уже 100500 раз все разжевали и объяснили, но вменяемость у некоторых не наступила. Так стоит ли дальше кормить тролля?
Ratsha
Главной ударной силой и там, и там была конница, но если планировалась осада, то доля пехоты увеличивалась.
Утверждения интуристов, что у русских не было пехоты, сразу отправляет их писания на свалку истории - приехали, в лучшем случае, увидели (как Герберштейн) царскую охоту, поспрошали, кого смогли (выбор был крайне невелик) и вуаля - готово очередное "напейсание" про "московских варваров". Кстати, Д. Бузденков иной раз развлекается, уличая интуристов на передирании даже не просто друг у друга, а у античных авторов - перевод это порой скрадывает, но в оригиналах это видно ярче.
Конница, опять-таки, была разная. По социальному составу, по национальному, по предпочтениям в вооружении (региональным?). Т.ч. тут вопросов вагон и маленькая тележка, но мы уже сорок с гаком страниц обсуждаем некое величие неких непобедимых народов, которых никто победить не мог на форумах, но в жизни - дули в хвост и гриву.
Что интересно, из воспоминаний Курбского в переводе Тихомирова отметил фразу, что мол, не буду распространяться, как там готовили инженерную атаку крепости - в летописи все подробно изложено.
Что конкретно имелось в виду Курбским?
Опять-таки из этого же перевода - Курбский врет, как сивый мерин, исчисляя войска десятками тысяч. Это с одной стороны. С другой - он отмечает, что при начале обложения татары вышли из Казани и атаковали пешим (10 тыс.) и конным (5 тыс.) войском, при этом конные были копейщиками, а пешие - лучниками. Далее он отмечает, что у татар было много ручниц, но пользовались ими, судя по переводу (я не специалист в древнерусском языке XVI в., оригинал читать всегда сложнее), со стен крепости.
Вопрос - насколько можно верить Курбскому?