t1aro
alZarif
Dr.Schmeisser
KhanBagatur
gurvinek2005
Crusader556
Haktar
Mady
Valyrian_Legionnaire
DinarMayor
Corrector
kosak4
Farin Frostgeir
Меоты и сарматы на Нижнем Дону | Лекции по истории – археолог Владимир Гугуев | Научпоп
Меотские святилища | Лекции по археологии – историк Владимир Эрлих | Научпоп
Меотские святилища | Лекции по археологии – историк Владимир Эрлих | Научпоп
В эпоху Поздней и Финальной Бронзы на Северном Кавказе поябился прикубанский очаг металлургии. Е. Алексеева считала, что памятники прикубанского очага были оставлены предками адыгов. Прикубанская культура генетически была связана с северокавказской культурой II тыс. до н. э. Еще с ранней бронзы предки адыгов были соседями индоевропейцев. Индоевропейцы проникали глубоко в горы. Белозерцы и сабатиновцы приняли активное участие в сложение прикубанского очага. В горах Осетии же начинает формироваться кобанско-тлийская культура, на территории Грузии – колхидская культура. Таким образом, к финалу бронзы на Кавказе сложилось три мощных центра металлургии – прикубанский, кобанский и колхидский. В периодизации прикубанской культуры так датируют основные этапы – Ахметовский (XVI-XIV вв. до н. э.), Удобненский (XIV-XII вв. до н. э.), Бекешевский (XII-IX вв. до н. э.). Прикубанское населения поддерживало связь с носителями срубной культуры и через нее с культурами Центральной Европы. Также был контакт с Колхидской, Кобанской и Куро-Аракской культурами. Носителей Прикубанской культуры можно условно назвать протомеотами. Население Прикубанье стает известна древнегреческим историкам под именем меотов. Среди них упоминали синдов. А. Ашик утверждал об их индоарийском происхождении. С. Мельников-Разведенков потом поддержал эту гипотезу, как и П. Вяземский, Е. Савельев и П. Короленко. Такого же мнения был П. Кречмер. О. Трубачев считал синдов арийцами и нашел для них индоарийскую этимологию – sindhavas (речные жители). Он предполагал, что синдо-меоты это реликт индоарийского населения Кавказа, которое не двинулось на восток. Э. Берзин развил эту гипотезу, а Э. Берзин получил поддержку кавказоведа Г. Климова, который видел в этом объяснение присутствие индоарийских слов в абхазском языке. Гипотеза О. Трубачева нашла жесткую критику у ираниста Э. Грантовского. Кроме того, А. Шапошников считал синдо-меотов не реликтом индоарийцев и пришельцами с востока, конкретно из западной части Южного Кавказа переселились в первой четверти II тыс. до н. э. Этот исследователь был противником восточноевропейской локализации прародины индоевропейцев. Тезис о том, что синды и меоты это народы абхазско-адыгейской общности высказал впервые Л. Лопатинский. Он выводил этноним меоты от адыгейских слов mai jate (вонючее болото). Эту гипотезу поддержал П. Аутлев. Г. Турчанинов выводил этноним синды от абхазского шин (море). Н. Анфимов был уверен, что меоты это протоадыги. Ю. Крушкол высказала мнение об автохтонности синдов. Е. Алексеева указывала что корни адыгейцев уходят в эпоху бронзы Центрального и Северо-Западного Кавказа. М. Бондаренко считает синдов меотским племенем. В. Горончаровский и А. Иванчик считает, что вопрос о языке синдов являеться открытым. А. Новичихин считает, что синды были синкретичным в языковом отношении населением. И. Кругликова отмечала сильное эллинское влияние на синдов. Синды чеканили свою монету. Касательно же доспехов, то синды имели типы аналогичные скифским. В VI в. до н. э. ними начали править цари. Синды до боспорского царя Левкона занимали доминирующее положение среди меотских племен. Синды жили на Таманском полуострове и в районе Закубанья в районе современной Анапы. В классических греко-римских источниках подчеркиваеться, что синды издавна враждовали со скифами. Скифы совершали на беги на синдов и брали с них дань. Среди синдов было два лагеря – проэллинский и проскифский. Н. Анфимов указывал, что донские меоты под влиянием сарматов стали ираноязычными. Когда под давлением аорсов сарматские племена сираков были вынуждены инфильтрироваться в среду меотов, то сираки ассимилировались с меотами и утратили иранскую речь. Ряд исследователей истории киммерийцев выделяют среди них Кобяковскую культуру. И. Каменецкий сопоставляет ее с протомеотами. В периодизации меотской культуры Н. Анфимов выделил несколько этапов – раннемеотский (конец VII – начало IV в. до н. э.), среднемеотский (IV в. – первая половина I в. до н. э) и позднемеотско-сарматский (вторая половина I в. до н. э. – III в. н. э.). Последний период был характерен инфильтрацией сираков в меотскую среду. Городища донских меотов существовали в период с III в. до н. э. по III в. н. э. М. Ростовцев считал, что киммерийцы завоевали меотов, но восприняли их культуру и ассимилировались. Нужно отметить, что по описанию классических греко-латинских источников меоты это оседлые земледельцы. И. Каменецкий считал протомеотов киммерийцами. Местные меоты подверглись сильному эллинскому и сарматскому влиянию. С. Яценко и Н. Берлизов отмечали сарматизацию меотов. В вооружении меоты использовали оружие скифского, сарматского и эллинского образцов. Использовались копья, дротики, мечи, кинжалы, акинаки. Нужно отметить, что в Анатолию киммерийцы попали через восточное побережье Черного моря. Таким образом, они должны были проникнуть через владения протомеотов и Колхидской культуры.
