[Из деревни приехал]

Синьцзян. Синяя часть - Восточный Туркестан. Красная - Джунгария.

В течение 1920-х гг. СССР пытался наладить добрососедские отношения с Китаем, но затянувшаяся гражданская война, рвавшая Китай на части, не позволяла выстроить четкую и непротиворечивую, абсолютно последовательную линию во взаимоотношениях между двумя странами.

Spoiler (expand)

С 1924 по 1927 год СССР оказывал прямую и вполне открытую поддержку Сунь Ятсену и образованной им партии гоминьдан. Но с 1927 г. произошел фактический разрыв отношений - взявший власть в гоминьдане после смерти в начале 1925 г. Сунь Ятсена его клеврет Чан Кайши пошел на разрыв с СССР. Китай попытался начать "революционную дипломатию", чтобы изменить положение страны на международной арене, путем лишения колониальных держав их преференций в Китае. По стечению обстоятельств "первые пробы пера" в бассейне Янцзы встретили жесткое противодействие колониальных держав, хотя и принесли некоторые плоды, и Чан Кайши решил попробовать разорвать "слабое звено", которым счел СССР. Про конфликт на КВЖД в 1929 г. теперь нам известно достаточно много.

Среди результатов этого конфликта оказался и полный разрыв отношений между СССР и Китаем, который начал преодолеваться только после "Мукденского инцидента" 1931 г. Но восстановить отношения полностью сразу не удалось - в начале 1930-х гг. СССР имел уже устоявшиеся сравнительно добрососедские связи с Синьцзяном, губернаторы которого, формально поддерживая гоминьдан и центральное правительство в Нанкине, самостоятельно развивали отношения с СССР. Постоянно увеличивался товарооборот между СССР и Синьцзяном, в регионе началась геологоразведка, которую вели советские геологи - прогнозировалось обнаружение больших запасов нефти в Джунгарии (северная часть Синьцзяна).

Однако на территории Синьцзяна укрывались басмачи, туда уходили оралманы (беженцы из Казахстана во время "голощекинского голода") и недовольные коллективизацией из русского населения приграничных территорий. А в самом Синьцзяне началась пора политической нестабильности - за короткий срок сменилось 3 губернатора (в 1928 г. губернатор Ян Цзэнсинь был убит, на его место пришел Цзинь Шужэнь, а в 1933 г. его сверг Шэн Шицай), политика губернаторов не устраивала местное население, где преобладали представители тюркоязычного народа, лишь в 1921 г. на съезде в Ташкенте принявшего решение о новом самоназвании - "уйгур" (до этого местное население именовалось просто "муслимон" (букв. "мусульманин") с добавлением конкретизирующего указателя - яркендлык (яркендский), хотанлык (хотанский), кашгарлык (кашгарский) и т.д.), и где собственно китайцы составляли лишь подавляющее меньшинство населения. Сильно мутили воду представители дунган, со второй половины XIX в. создавшие ряд сильных военно-феодальных клик, оказывавших серьезное влияние на политику сначала империи Цин, а затем и Китайской Республики.

Слева - генерал Ма Чжунъин (1910-1937 (?)). Справа - губернатор Шэн Шицай (1895-1970).

В связи с ликвидацией одного из последних осколков Цинской империи - феодального владения Хами - с начала 1930-х годов восточные районы Синьцзяна охватили восстания и мятежи. В события вмешался лидер дунганской клики Ма по имени Ма Чжунъин, "по совместительству" командовавший 36-й дивизией НРА (на деле - "семейные войска" клики Ма, зачисленные на службу Республике при объединении страны под флагом гоминьдана), попробовавший свергнуть Шэн Шицая и создать "Дунганистан", где он был бы практически независимым владыкой, лишь формально подчиняющимся правительству в Нанкине.

Поскольку правивший в то время в Синьцзяне китаец Шэн Шицай ориентировался на добрососедские отношения с СССР, его свержение не устраивало советское правительство. Более того, по опыту мусульманского восстания 1862-1878 гг. было ясно, что свержение власти Китая в регионе приведет лишь к образованию целого ряда мелких полуфеодальных владений, которые начнут тут же воевать между собой и совершать набеги на сопредельные территории. Особенно опасным это было в связи с тем, что на территорию Синьцзяна ушло немало бывших белогвардейцев и басмаческих банд.

В результате длительных консультаций в Москве при участии эмиссаров от Шэн Шицая, было принято решение поддержать официальную власть в Синьцзяне, для чего сначала Шэн Шицай получил возможность закупать в СССР оружие и военную технику, а затем, когда к концу 1933 г. положение обострилось сверх меры, было принято решение о вводе на территорию Синьцзяна ограниченного контингента советских войск, преимущественно из состава войск ОГПУ.

Мусульманские повстанцы Восточного Туркестана. 1933 г.

До сих пор операция остается одной из самых засекреченных, ни у нас, ни за рубежом нет ни одной серьезной работы, которая восстанавливала бы перипетии этих событий. Более того, не проработаны ни география, ни хронология событий. Этому интересному, но очень сложному занятию посвящается данная тема.

[Из деревни приехал]

Jackel

Людьми малограмотными таковые вполне могли быть приняты за СТРААШНЫЙ ГАЗОЙАД, про который они так много слышали со времён Мировой войны.

Беда-то в том, что Китай в ПМВ не участвовал, тем более люди из Синьцзяна - дальше Ташкента не езжали, слаще синьцзянского изюма не едали.

Кстати, те женщины, которые вернулись из СССР в конце 1920-х - начале 1930-х, встретились в ТИРВТ с остракизмом. Их не принимали, как "видевших много непотребного", и шведские миссионеры даже зафиксировали случаи их побивания камнями насмерть за то, что они не вписывались в картину мира пришедших к власти в Кашгарии сил.

Дымзавесы надо чем-то ставить. Такого оборудования у маневренного отряда "алтайцев" точно не было. ВАПы только в начальной стадии разработки были - их доведут до ума ближе к 1937 г.

Я поднял почти все книги, на которые ссылаются те, кто заявляет о применении советскими войсками БОВ в Синьцзяне - это сплошной худлит, где описываются беседы с какими-то непонятными людьми и вскользь вставляется что-то о газах. Например, самое широко используемое свидетельство от "тюркско-индейского ниндзи" Ахмада Камала:

Цитата

Русские привезли самолеты, которые бомбили нас и травили газом, мы были разгромлены.

[Из деревни приехал]

Читаем Википедию

Цитата

Интервенция в Синьцзян — операция советских подразделений против китайской армии на северо-западе Синьцзяна в 1934 году[2], проведённая по запросу правительства Шэн Шицая.

Ссылка 2 на ... читаем внимательно! Вот на ЭТО:

Цитата

Dickens, Mark The Soviets in Xinjiang 1911-1949

Кому этого бреда недостаточно для полного интеллектуального мазохизма, можно вот еще причаститься по ссылкам - например, Для просмотра ссылки Зарегистрируйтесь

Ну можно же хотя бы сообразить, что 12 апреля 1933 г. был низложен Цзинь Шужэнь, а Для просмотра ссылки Зарегистрируйтесь прибыл в Синьцзян заменить отозванного Шэн Шицая аж в 1944 году!

[Из деревни приехал]

К сожалению, наши возможности все меньше и меньше - количество журналов, готовых публиковать статьи, особенно объемные, уменьшается. Что авторам не платят - это полбеды. Все больше журналов требует оплаты от авторов + ограничивают объем текста 20 тыс. знаков (это с знаками препинания и пробелами, сносками и надписями). А многие источники даже на части разделить трудно...

Но вот отослал в редакцию одного из немногих журналов, которые еще работают с авторами "за бесплатно" перевод важного источника по боям в Синьцзяне с участием русских и советских частей в 1931-1934 гг. Перевел карту из Форбса, которая как-то подходит к тексту, дал фото основных перечисленных политических и военных деятелей.

Выйдет вся красота только в июне 2025 г., если сейчас срочно не урежут осетра по знакам (превышение на 8 тыс., но источник не разделить, комментарии не уменьшить).

А на очереди еще более интересный источник. Но там хотя бы надвое можно будет поделить текст и опубликовать в 2 приема (тогда полностью все выйдет только в 2026 г. под Новый, 2027 г.).

[Из деревни приехал]

Георг Фазель как источник...

Что сказать? Вот он встречает в Чугучаке советские войска:

Спойлер (раскрыть)

I returned to my tree-trunk, slung my fur-coat across my shoulders, and was making sketches in the snow with the point of my stick when I suddenly heard a subdued voice calling to me: ‘“ Barin! Barin!”’ I turned round and saw the sentry nodding his head knowingly as he pointed to a split in the door. I hurried up and looking through the split I saw a group of natives huddled together opposite the guard-room. They were looking anxiously over the snowy expanse that stretched towards the Soviet frontier.
And then the tramp-tramp of marching men and the hooting of motors smote my ears, Nearer and nearer came the martial tread. And then suddenly I saw columns of men passing along the street in perfect step and with military precision. ‘They had brand-new rifles of the latest make with bayonets fixed and they were in semi-civilian garb.
"I knew instinctively, however, that they belonged to the regular Soviet army. The people stared at the invaders in dumb dismay, but neither by look nor word did they dare to voice their feelings.
Regiment after regiment had passed along the street, and in their wake followed greyish-green monsters—armoured cars with machine-guns mounted on their steel turrets. I counted six of these armoured cars. They were followed by portable radio sets. The rear was brought up by several batteries of artillery and ammunition and luggage vans.

Перевод:

Спойлер (раскрыть)

Я вернулся к своему стволу дерева, накинул шубу на плечи и начал чертить на снегу кончиком палки, как вдруг услышал приглушенный голос, зовущий меня: «Барин! Барин!» Я обернулся и увидел, как часовой понимающе кивнул головой, указывая на щель в двери. Я поспешил и, глядя в щель, увидел группу туземцев, сбившихся в кучу напротив караульного помещения. Они с тревогой смотрели на снежное пространство, простиравшееся до советской границы.
И тут топот марширующих людей и гудение моторов ударили мне в уши. Все ближе и ближе приближалась военная поступь. И тут я внезапно увидел колонны людей, проходящих по улице безупречным шагом и с военной точностью. У них были новенькие винтовки последней модели со штыками, и они были в полугражданской одежде.
Однако я инстинктивно знал, что они принадлежат к регулярной советской армии. Люди смотрели на захватчиков в немом ужасе, но ни взглядом, ни словом не осмеливались высказать свои чувства. Полк за полком проходили по улице, а за ними следовали серо-зеленые монстры — броневики с пулеметами, установленными на стальных башнях. Я насчитал шесть таких броневиков. За ними следовали переносные радиостанции. Замыкали шествие несколько батарей артиллерии, а также фургоны с боеприпасами и багажом.

Далее "победа у Чанцзи":

Спойлер (раскрыть)

When I joined my fellow-prisoners I found that an animated debate was in progress. The thickset little general beckoned to me to join them. His face was radiant. In his hand he held a piece of paper to which bread-dough was clinging. An agent had smuggled the letter into the prison, concealed in a loaf of bread. The general read its contents to me, according to which the first batches of Soviet invaders who had crossed the frontier at several points with a view to advancing on Urumchi, and who had boasted that they would flog the “rebels” with "nagaikas", had met with a severe reverse at the hands of Ma’s troops at Chang-Chi, some thirty miles from Urumchi. It was stated that when the Soviet troops were suddenly attacked at the peep of day by the Tungans, they threw away their cartridge-belts, rifles and mauser pistols and fled in a state of utter panic, leaving behind their baggage and armoured cars.
There was great jubilation in our cell over this victory.
The Chinese officers kept running around the room like children, pointing the thumbs of their right hands up in the air and shouting again and again.
“Hao-te-hen, Ma!” (“Very well done, Ma.”)

Перевод:

Спойлер (раскрыть)

Когда я присоединился к своим товарищам-заключенным, я обнаружил, что идет оживленный спор. Коренастый маленький генерал поманил меня, чтобы я присоединился к ним. Его лицо сияло. В руке он держал листок бумаги, к которому прилипло тесто. Агент тайно пронес письмо в тюрьму, спрятав его в буханке хлеба. Генерал зачитал мне его содержание, согласно которому первые партии советских захватчиков, которые пересекли границу в нескольких точках с целью продвижения к Урумчи и которые хвастались, что будут пороть «мятежников» «нагайками», потерпели жестокое поражение от войск Ма в Чанцзи, примерно в тридцати милях от Урумчи. Было заявлено, что когда советские войска внезапно подверглись нападению со стороны тунган на рассвете, они побросали свои патронташи, винтовки и маузеры и бежали в состоянии полной паники, бросив свой багаж и бронемашины. В нашей камере царило великое ликование по поводу этой победы.
Китайские офицеры бегали по комнате, как дети, поднимали большие пальцы правых рук вверх и кричали снова и снова.
«Хао-дэ-хен, Ма!» («Очень хорошо сделано, Ма» 好的很，馬).

Я уже тут столько написал, что даже неловко разбирать по пунктам. Надеюсь, все сами все видят

[Из деревни приехал]

Кстати, читать всю эту ахинею серьезно очень сложно. Но я наладил OCR этого текста и про gassed & poison gas там нет ничего, зато есть прекрасное:

Спойлер (раскрыть)

I looked up at the sky. The air was dark with a squadron of heavy bombers bearing no mark of their nationality. They were flying along eastward fairly low and very slowly.
They had come from the west, from the Soviet frontier, and were making for Urumchi, the town which was beleaguered by General Ma.

Перевод:

Спойлер (раскрыть)

Я поглядел в небо. Воздух затмила эскадра тяжелых бомбардировщиков, на которых не было знаков национальной принадлежности. Они летели на восток довольно низко и очень медленно.
Они шли с востока, от советской границы, и направлялись в Урумчи, город, осаждаемый генералом Ма.

Теперь, как мы видим, в "исследованиях" таких "учОных" как Абдуллаев или Гасанлы, делается примитивный монтаж - из одних книжонок подобного толка берется про газ, из других - про многомиллионные жертвы среди мирных повстанцев, из этой - "достоверное описание" советского вторжения и собирается в одну кучу, выдается за правду и...

В общем, ясно, откуда растут ноги залихватски-чудесных сведений во всяких Педивикиях, как дунгане ногами распинывали советскую бронетехнику и гоняли советские войска по Синьцзяну сс...ми тряпками

[Jackel]

Эскадра тяжёлых бомбардировщиков - это пара троек Эр-пятых, надо полагать?

[Из деревни приехал]

Jackel

Эскадра тяжёлых бомбардировщиков - это пара троек Эр-пятых, надо полагать?

Полынин был бы очень удивлен. Ибо первый налет был сделан им в паре с другим летчиком. По его воспоминаниям, было всего 5 экипажей. Т.ч. "думайте сами, решайте сами...".

Да, про набившую оскомину байку про 13 тыс. винтовок - У Айчэнь пишет вот так:

Спойлер (раскрыть)

What they thought of the situation, Hussain said that it promised well, but that we walked along a precipice of possibilities. He confirmed my impression that Ma Chung-yin had fewer men than we had feared. He had started upon his march with three thousand men and one thousand of them had already perished. As against that there could be no doubt, that he had captured over seven thousand rifles, some machine-guns, and a great deal of ammunition, so that his troops were well equipped. Also, he could offer the inducement of proper equipment to those whom he wished to enlist — this last a very serious factor.

Перевод:

Спойлер (раскрыть)

По поводу того, что они думали о ситуации, Хуссейн сказал, что все кажется, складывается хорошо, но что мы прошли по краю пропасти возможностей.
Он подтвердил мои предположения, что у Ма Чжунъина было меньше людей, чем мы опасались. Он начал свой поход с тремя тысячами человек, и тысяча из них уже погибла.
Напротив, не могло быть никаких сомнений, что он захватил более семи тысяч винтовок, несколько пулеметов и большое количество боеприпасов, так что его войска были хорошо экипированы. Кроме того, он мог предложить стимул в виде надлежащего снаряжения тем, кого он хотел завербовать — и это было очень серьезным фактором.

Т.е. не говорится о том, что он захватил эти "более семи тысяч винтовок" именно в Гучэн (Цитай). Тут может быть общее количество трофеев, взятых в разных местах.

Паппенгут указывает в письме другу в Тяньцзинь о захвате Ма Чжунъином более восьми тысяч винтовок.

Прочие начинают увеличивать количество трофеев - 10, 11 и 12 тыс. винтовок. Доходит до 13 тыс. Почти все "учОные" пишут, что винтовки были захвачены в Цитай. Но, скажем, Бурхан Шахиди вообще практически ничего не говорит о событиях в Цитай. Просто говорит, что Ма Чжунъин взял этот город и поражение было тяжелым, но "все рассказали другие люди".

Паппенгут, У Айчэнь и Бурхан Шахиди - современники и участники (в разной степени) событий. Паппенгут - ясно кто, У Айчэнь участвовал в переговорах с Ма Чжунъином после захвата Цитай, Бурхан Шахиди в 1933 г. не был еще крупным политическим деятелем, но находился в Урумчи и со всеми участниками событий общался лично.

[-Добавлено к сообщению-]

Для тех, кто верит, что нарративы типа описаний посиделок в сакле за пиалой зеленого чая с тутовым вареньем от Ахмада Камала и прочих подобный "писателей", где обсуждаются "злобные русские", которые нечестно бомбили мирных повстанцев "особыми бомбами с газом", У Айчэнь отмечает в описании боев на реке Тоутуньхэ, что химические бомбы были, но делает это с чужих слов - а именно Питера Флеминга, знатного "барона Мюнгхаузена". А сам от себя пишет вот так:

Спойлер (раскрыть)

The downfall of Ma Chung-yin was above all a triumph for ‘the aeroplane. The Tungan troops were brave, and I have heard several accounts of how bitterly they contested the mountain passes; but bombing stampeded their horses, constant machine-gunning from the air demoralized them, and often the raiders were able to drive them from the wells, which were constant targets. Several accounts speak of gas bombs being used, but of this I have no confirmation.

Перевод:

Спойлер (раскрыть)

Падение Ма Чжунъина стало прежде всего триумфом аэроплана. Дунганские войска были храбрыми, и я слышал несколько рассказов о том, как яростно они сражались на горных перевалах. Но бомбы пугали их коней, постоянный пулеметный огонь с воздуха деморализовал их, и часто налетчикам (зд. авиаторы - прим. А. П.) удавалось отогнать их от колодцев, которые представляли собой постоянные цели. В нескольких рассказах говорилось о применении химических бомб, но я не имел этому подтверждений.

Почему-то даже гражданскому китайскому чиновнику, каким был У Айчэнь, было ясно, что одного рассказа, без подтверждения, недостаточно. Может, он не был военным, но полученного образования ему хватало, чтобы понимать, что слухи - это одно, а подтверждение их - это уже совсем другое.

Но многим "учОным" почему-то достаточно вскользь оброненного за чашкой чая каким-то неграмотным человеком "эти русские выиграли нечестно - забомбили нас бомбами с газом!".

[Из деревни приехал]

"УчОный" Абдуллаев в своем репертуаре:

Цитата

Китайский чиновник Ай Чен-Ву, посланный в это время нанкинским правительством инспектировать Синьцзянь, писал:
«Артиллерийские залпы сотрясали окна. Мусульмане подошли к самым воротам (города). Единственной надеждой оставалась стойкая, пропитанная водкой когорта из 300 белогвардейцев, под командованием бывшего царского офицера Паппенгута» [8, с. 104].

Ссылка 8 идет на... ГАРФ. — Ф. 5873. — Оп. 1. — Д. 91

А что вы хотели, в конце-то концов? Чтобы он еще и ссылки проверял? Он же остепененный историк с 1983 года!

Вот что писал сам У Айчэнь (а не Ай Чен-Ву, как пишут остепененные в 1983 г. историки) на с. 80 (внезапно, да?) своей книги "Туркестанский мятеж" (Turkistan Tumult) 1940-го года издания:

Спойлер (раскрыть)

The enemy had advanced towards the city under cover of night and had attacked the Great West Bridge, which, after strong resistance, the Government troops had been forced to abandon to them.
General Pai, who was directing the defence, had only seven hundred troops, but just as things had appeared desperate, a body of some three hundred White Russians, newly arrived in Tihwa and hastily armed, had flung into the fray, and it was their sortie which I had witnessed in the early hours of the morning.

Перевод:

Спойлер (раскрыть)

Враг под покровом ночи двинулся к городу и атаковал Большой Западный мост, который после сильного сопротивления правительственные войска были вынуждены оставить им. У генерала Бая, который руководил обороной, было всего семьсот солдат, но как раз когда ситуация казалась отчаянной, отряд из примерно трехсот белых русских, недавно прибывших в Дихуа (Урумчи - прим. А. П.) и наспех вооруженных, бросился в бой, и именно их вылазку я наблюдал ранним утром.

Это все, что можно найти в книге У Айчэня про "триста русских" и отражение штурма Урумчи 21 февраля 1933 г.

Как видим, никакой водки, никакого Паппенгута.

Спойлер (раскрыть)

Если что - он его вообще как Papinkout записывал и в книге на 273 страницы всего 4 раза упомянул, причем только в связи с подготовкой переворота 12 апреля 1933 г.

Получается, сфальсифицировать цитату, дать ложную ссылку и т.д. - это так теперь ученые должны работать?

[Из деревни приехал]

И о свободолюбии местного населения - тюрколог Н. Ф. Катанов писал 26 марта 1892 г. из Турфана:

Цитата

Оба вана сильно обирают своих подчиненных; крестьяне работают на них три недели и на себя одну.

Под ванами он имел в виду вана Хами и управителя Люкчуна. При этом, как известно из других источников, местное население (ерлык, т.е. "местные") считали, что так положено, и что им ничего не надо.

В 1930 г. власть Хамийского цзюнь-вана была упразднена, на пустующие земли переселили около 100 семей китайцев-беженцев из Ганьсу, где бушевало дунганское восстание.

Налоги были введены общереспубликанские, княжеская барщина упразднена, но... ерлыки восстали, перебили не только чиновников и солдат, но и вырезали всех поселенцев с семьями, отрезали им головы и принесли в жертву полям, чтобы они были плодороднее...

Вот так. Об этом говорить в научной литературе почему-то не принято. Принято только в источниках.

[Из деревни приехал]

Выловил в ВКонтакте - моментальный срез всех заблуждений о событиях в Синьцзяне в 1934-1938 гг.:

Спойлер (раскрыть)

В 1934 году Рыбалко заканчивает Военную академию имени Фрунзе.

Перспективному командиру поручают довольно сложную военно-политическую задачу. В это время Япония вела активную экспансию в Китай. В частности, делались попытки к отторжению стратегически важной провинции Синьцзян, богатой полезными ископаемыми.

Делали это японцы не своими руками, а поддержав мятеж местных уйгур, исповедовавших ислам.

Советское руководство не было заинтересовано в разделе Китая и приняло решение оказать помощь правительству страны.

Но прямое военное вмешательство могло привести к войне с Японией, к которой СССР готов не был. Советским военным специалистам, отправленным в Китай, необходимо было найти решение проблемы.

Направленные в Китай советские офицеры решили опереться на... белогвардейцев. В Китае было много казаков и бывших воинов Белой армии, ушедших за границу после поражения в Гражданской войне. Многие из них мечтали возвратиться на Родину.

Белогвардейцам и казакам была предложена сделка — они помогают подавить мятеж в обмен на полную амнистию и возможность вернуться домой.

Из желающих была сформирована целая дивизия, которой и командовали советские специалисты, включая Рыбалко.

Для конспирации дивизия выдавала себя за войсковое соединение белогвардейцев с присвоением личному составу соответствующих белогвардейских чинов и знаков различия.

Павел Рыбалко носил в это время довольно мудрёный чин — «русский генерал китайской службы». Хотя в СССР генералом он станет позже, в 1940 году.

Местные жители называли его «генерал Фу Дзи ...уй». На русском звучит, мягко говоря, не очень, однако на деле это имя дорогого стоило. Это имя составлено из слов китайского, монгольского языка.

Иероглиф «Фу» означает богатство, причём в разных сочетаниях может обозначать как богатство материальное, так и духовное, иероглиф «Дзи» — самурай. Последнее слово в монгольском языке имеет много значений, но в данном случае это — важный, уважаемый человек.

Таким образом, в переводе на русский имя, данное Рыбалко в Китае, означает «Важный военный человек», или же «мудрый, отважный воин».

Вопреки скептикам, назло медицине

В 1936 году Павла Рыбалко отзывают в Москву. С 1937 года он занимает пост военного атташе в Польше. В 1940 году он снова командируется в Китай в качестве военного атташе при правительстве Чан Кайши.

В общем, здесь прекрасно решительно все, а "лингвистический экзерсис" - просто достоин Шнобелевской премии

Извините, всплакнул от умиления