Александрович
Указ о престолонаследии 1722 г.
Указ о престолонаследии был издан из-за отсутствия у императора Петра I естественного и устраивающего его наследника. После отстранения от престолонаследия царевича Алексея (см. прим. 3) новым наследником был объявлен его младший брат Пётр Петрович (1715-1719), вскоре умерший. Другие сыновья Петра Великого также умерли в младенчестве или раннем детстве. Император не желал передавать престол внуку Петру Алексеевичу и 5 февраля 1722 г. утвердил указ о праве императора назначать себе преемника.
Эта реформа оказалась весьма неудачной по двум причинам. Во-первых, она противоречила христианской идее монархии, согласно которой монарх получает престол от бога, а не от человека. Во-вторых, не указывался способ определения наследника в случае отсутствия распоряжения об его назначении. Поэтому указ о престолонаследии оказался одной из причин дворцовых переворотов и фактического подчинения монархии дворянству в XVIII в. Указ был отменён императором Павлом в 1797 г.
Мы, Петр Первый[1], император и самодержец всероссийский и прочая и прочая и прочая.
Объявляем, понеже всем ведомо есть, какою авессаломскою[2] злостию надмен был сын наш Алексей[3], и что не раскаянием его оное намерение, но милостию божиею ко всему нашему отечеству пресеклось (что довольно из манифеста о том деле видимо есть); а сие не для чего иного у него возросло, токмо от обычая старого, что большому сыну наследство давали, к тому же один он тогда мужеска пола нашей фамилии был[4], и для того ни на какое отеческое наказание смотреть не хотел; сей недобрый обычай не знаю чего для так был затвержден, ибо не точию в людях по разсуждению умных родителей бывали отмены, но и в святом писании видим, когда Исакова жена состаревшемуся ее мужу, меньшому сыну наследство исходатайствовала, и что еще удивительнее, что и божие благословение тому следовало; еще ж и в наших предках оное видим, когда блаженные и вечнодостойные памяти великий князь Иван Васильевич[5], и поистинне великий не словом, но делом; ибо оный, разсыпанное разделением детей Владимировых[6] наше отечество собрал и утвердил, которой не по первенству, но по воли сие чинил, и дважды отменял, усматривая достойного наследника, которой бы собранное и утвержденное наше отечество паки в расточение не упустил, перво мимо сыновей отдал внуку, а потом отставил внука уже венчанного, и отдал сыну его наследство (о чем ясно из Степенной книги[7] видеть возможно), а именно, в лето 7006 февраля в 4 день, князь великий Иван Васильевич учинил по себе наследника внука своего князя Дмитрия Ивановича[8], и венчан был на Москве на великом княжении княжеским венцем митрополитом Симоном[9], а в лето 7010 апреля в 11 день великий князь Иван Васильевич разгневался на внука своего князя Дмитрия, и не велел его поминать в церквах великим князем, и посадил его за караул и того же апреля в 14 день учинил наследником сына своего Василия Ивановича[10] и венчан был оным же митрополитом Симоном; на что и другие сему подобные есть довольные примеры, о которых, краткости ради времени, ныне здесь не упоминаем, но впредь оные особливо выданы будут в печать[11]. В таком же разсуждении, в прошлом 1714 году милосердуя мы о наших подданных, чтоб и партикулярные их домы не приходили от недостойных наследников в разорение, хотя и учинили мы устав, чтоб недвижимое имение отдавать одному сыну, однакож отдали то в волю родительскую, которому сыну похотят отдать, усмотри достойного, хотя и меньшему, мимо больших, признавая удобного, который бы не расточил наследства[12]. Кольми же паче должны мы иметь попечение о целости всего нашего государства, которое с помощию божиею, ныне паче распространено, как всем видимо есть; чего для заблагоразсудили мы сей устав учинить, дабы сие было всегда в воле правительствующего государя, кому оной хочет, тому и определит наследство, и определенному, видя какое непотребство, паки отменит, дабы дети и потомки не впали в такую злость, как выше писано, имея сию узду на себе. Того ради повелеваем, дабы все наши верные подданные и мирские без изъятия, сей наш устав пред богом и его евангелием утвердили на таком основании, что всяк, кто сему будет противен, или инако как толковать станет, тот за изменника почтен, смертной казни и церковной клятве подлежать будет[13].