Ночь длинных ножей у кельтов, в Боннонии
Первый консульский легион в спешке снимался с лагеря, захватив с собой только самое необходимое снаряжение и оружие и провизию на три дня. С утра в лагерь, расположенный на перекрестке дорог, ведущих из Арреция в Сегесту и на север, в земли кельтов, влетел всадник из отряда, посланного на разведку.
- "Они готовятся к выходу" - доложил он командующему - "в городе собираются войска, их уже больше десяти тысяч. Я насчитал знамена шести племен, живущих к северу от гор".
- "Северяне тоже принимают участие в походе?" - удивился и, кажется, встревожился Гней. "Их короли присылали весной посланников с заверениями в верности Риму".
- "И северные племена, и отряды жителей гор, которые напиваются перед битвой отвара из трав и не боятся ран и боли - я видел их всех собственными глазами. Боннония жалкая варварская деревушка, и все окрестности за ее стенами заняты палатками пришедших с севера".
- "Вам удалось то, за чем я вас посылал, вы встретили моего человека?"
- "Да, мой император. Он заверил нас в том, что дело сделано - стража южных ворот в крепости польстилась на телегу, груженую золотом. Их глаза блестели, когда они пересчитывали монеты - и скоро наши клинки будут блестеть от крови их вшивых сородичей!"
- "Снимаемся с лагеря, сегодня же, немедленно, мы должны успеть к вечеру завтрашнего дня! Объявить общий сбор и построение!"
![Imp]()
Легион, построенный на плацу лагеря, изнывал от нетерпения - многие в легионе были зелеными новичками, только набранными в Риме, но все уже прослышали о богатой добыче, взятой в Сегесте, и им не терпелось умножить свои сбережения, а заодно прослыть смельчаками в Риме.
Стройной походной колонной, в сопровождении конницы разведки, легион скорым маршем выступал на север, покидая очередной лагерь. Командующий северной армией не зря все свободное время посвящал муштре и тренировкам - его легионеры за пару месяцев научились возводить и собирать походный лагерь, доведя это умение до автоматизма. Каждый свободный от учений день легионеры совершали марш-броски в полном вооружении, приучаясь к длинным быстрым переходам, позволяющим застать противника врасплох. Так случилось и на этот раз - легион к вечеру следующего дня преодолел отделявшие его от города 65 миль и укрылся в густом лесу. В лагере противника наблюдалось оживление, всюду вились дымки огней, слышна была даже на большом расстоянии музыка и пьяные перебранки. Кельты по своему обыкновению перед походом затеяли грандиозную попойку, в ходе которой было переломано немало мебели, выбито зубов, а кое кого даже зарубили в пьяном угаре - по всей видимости спорщики не сошлись во мнении, чей предок доблестнее воевал. Вожди варваров, однако, накануне похода такие вещи не приветствовали, но что ты сделаешь с традицией?
К полуночи крики и ругань стихли, огни начали угасать - лагерь отходил ко сну.
- "Ты уверен в своем человеке?" - спросила одна тень другую в кустах на опушке, с которой открывался хороший вид на город. Голос говорившего был похож на далекие приглушенные раскаты грома.
Другая тень голосом легата Первого северного ответила:
- "Уверен как в самом себе. Будь спокоен, Гней, я понимаю, как много поставлено на карту. Это и мои люди тоже - легион".
- "На карту поставлено больше, чем жизни твоих легионеров, завтра к обеду кельты соберутся выступать. Им до Рима дня три-четыре ходу, если не разбредутся по окрестностям грабить. Случись что - южный Второй легион крепко застрял под Тарасом, и на выручку не успеет".
- Я понял тебя. Случайностей не будет".
- "Увидим".
Полчаса спустя легион, выстроенный для боя, подошел к краю леса - отсюда до городских ворот было не более полутора тысячи шагов. Однако половина этого расстояния была занята палатками подошедших вчера племен с севера.
- "Атакуем стремительно, но тихо" - раздавали приказы центурионы, - "окружаем их и режем как овец. Галлы напились вусмерь и дрыхнут - перережем их как птенцов в голубятне, пискнуть не успеют".
Над южными воротами крепости показался и трижды качнулся небольшой огонек, это был сигнал - стража отворила ворота.
- "В атаку, тихо, бегом! Мечи из ножен достать, щитами не бряцать! Первому, взошедшему на крепостную стену - дубовый венок и золотую фалеру!"
Легионеры в темноте, словно изголодавшиеся по крови звери, бросились в сторону лагеря неприятеля. Окружая, отсекая части противника, они без лишних церемоний кололи варваров, которые спьяну не понимали, что происходит. Первый ряд палаток, второй, третий - крепостная стена все ближе. И тут в одном из концов лагеря кельтов раздался протяжный гул боевого горна - один из вождей проявил излишнюю предосторожность и выставил часовых, снять их не успели.
На дальнем конце крепостной стены показался один огонь, еще один, и еще. Стража, пробудившись от мертвецкого сна, поднимала тревогу, разглядев сквозь темноту ночи резню за крепостными стенами.
Но дело было уже сделано - передовой отряд римлян ворвался в крепость и спешно строился в черепаху, прикрывая вход остальных сотен. Центурии разделились, выстраиваясь по обе стороны городской улицы, ведущей на главную площадь, к дому военачальника. В городе уже все проснулись и первые отряды варваров, одетые как попало, хватали факелы и бежали туда, где стройными рядами выстраивалась римская черепаха, ощетинившаяся копьями - принципы вошли в город. Командующий отошел от обычной практики и в первую линию поставил опытных, испытанных в деле солдат - молодежь осталась прикрывать тыл.
Разношерстная толпа кельтов приближалась, раздавались выкрики и проклятия на незнакомом многим языке.
- "Готовься, бросай!" - первая шеренга легионеров слаженно метнула дротики в приближающуюся толпу и сомкнула щиты, бегущие первыми варвары свалились пронзенные - многие в суматохе не взяли с собой щиты. Командующий мысленно порадовался горячности кельтов.
Бегущая толпа навалилась на строй легионеров, однако смять его не сумела. Длинные мечи крошили кромки щитов, звенели по шлемам - принципы в ответ били и кололи короткими мечами и копьями.
- "Бар-ра!", - строй римлян пришел в движение, словно адский механизм, и покатился навстречу варварам, сминая толпу, втаптывая ее в землю. Позади показался конный отряд - веррикс кельтов! Сотня лучших бойцов, закованные в латы преданные дружинники, готовые умереть за своего короля и вчера на пиру распевавшие хвалебные песни, бросились в самое пекло. Проявить трусость считается у кельтом позором, хуже только бросить своего вождя в битве.
- "Щиты сомкнуть! Копья к бою" - скомандовал легат и послал навстречу варварской дружине своих лучших людей.
Небо над крепостью озарялось вспышками факелов, раздавались яростные крики и вопли умирающих. Римская черепаха набирая ход, прокладывала себе путь через тела убитых и раненых. Наконец, отряд кельтского вождя оказался окружен и оттеснен к домам. Еще несколько минут яростного боя и веррикс кельтов последний пал в схватке у крепостных ворот, остальные варвары начали откатываться в центр города.
-"Перестроиться, свежие шеренги вперед. Раненых убрать, дротики приготовить!"
Схватка у ворот:
Римский отряд медленно двигался по улице, заваленной трупами. Откуда-то сверху полетели камни, пращники кельтов обстреливали черепаху. На вершине холма, где располагался дом военачальника, показался отряд всадников, в легионеров полетели дротики.
- "Черт подери, где эти аукзилии, быстро их сюда!" - легат грязно выругался.
Два отряда легковооруженных пращников из числа римских бедняков размотали свои пращи и варварам в ответ полетели камни. Кельты, хотевшие укрепиться на вершине холма, не выдержали и ринулись в атаку. Командующий мысленно второй раз порадовался горячности кельтов - его бойцы уже устали и было много раненых, если бы противник закрепился на вершине и продолжал обстрел - достать его стало бы проблематично.
Нагие войны, носившие лишь шлем и вооруженные мечом и связкой метательных копий, бросились на римские шеренги. Гезиты, воины-бесстрашные, они не чувствуют боли и продолжают драться даже раненные, руками и зубами если надо. Но сила сегодня была на стороне римлян. Жителей гор окружили и забросали дротиками. Раненые, пронзенные копьями, они падали на землю, еще успевая достать некоторых легионеров.
Остатки отряда кельтов укрылись в центре города, полные отчаянной решимости драться до конца. Римский командующий не спеша выстраивал шеренги для решающей схватки.
Штурм холма:
Внезапно из рядов кельтов вышел крупный мускулистый воин.
- "Эй, вы, римские собаки! Смелости у вас хватает нападать на спящего - а кто попробует сразиться со мной?!"
- "Кто это?" - спросил Блазий у своего легата, удивленный отвагой кельта.
- "Тевтатис, знаменитый воин, вождь, его назвали в честь бога войны и в битве он всегда одерживает победы над противником. Я слышал его имя, когда служил в северных лесах с твоим отцом".
- "Есть у тебя легионер, способный бросить ему вызов?"
- "Конечно!" - легат подозвал вышедшего из шеренги центуриона - "Курций, пришло время доказать свою отвагу, ты готов?"
- "Всегда готов, мой легат! Я не посрамлю
наших предков".
Римлянин вышел вперед, шеренга воинов расступилась и сомкнулась за спиной смельчака. Галл был здоровенный, на две головы выше и значительно шире в плечах коренастого римлянина, который тем не менее был выше любого в своей центурии.
- "Сейчас я зарублю тебя, римский выродок, разрублю пополам недомерка, готовься отправиться в Аид!"
Центурион вместо ответа прикрылся щитом и выставил вперед острие меча, медленным шагом направившись в сторону соперника. Галл отбросил свой щит - роковая ошибка - и с разбегу опустил длинный меч на щит противника. Фанера жалобно затрещала, раскалываясь, но меч галла рассек ее и застрял, наткнувшись на бронзовый умбон щита. Римлянин сделал короткий выпад и пропорол галлу руку. Тот, словно не заметив боли, бросил меч и пнул римлянина в щит, точнее его остатки так, что центурион еле удержался на ногах. Галл выхватил короткий кинжал и бросился на противника, стремясь одним решающим ударом поставить точку в поединке, но римлянин уже успел прийти в себя и приготовился. Отбив щитом клинок галла, он выбросил руку вперед и вонзил блестящее лезвие в горло противника, хлынула ярко алая кровь, обдав его с ног до головы горячим фонтаном, и тело кельта тяжело рухнуло на землю.
Рев раздался над римскими шеренгами: "Бар-ра! Аве, центурион!"
Поединок центуриона Курция:
- "Вперед!" - скомандовал легат, не дав варварам времени опомниться после поражения их вождя, и шеренги римлян с двух сторон смертельными клещами сжали последних защитников крепости.
Вскоре все было кончено.
Победа!
Легионеры и командующий были настолько измотаны сражением, что валились с ног от усталости. Легат распорядился выставить охранение на стенах, а Гнею Блазию организовать ночлег в палатах вождя, а в Рим был отправлен гонец с донесением.
Впрочем, о судьбе посланника будет рассказано позднее.
t1aro
alZarif
Dr.Schmeisser
KhanBagatur
gurvinek2005
Crusader556
Haktar
Mady
Valyrian_Legionnaire
DinarMayor
Corrector
kosak4
Farin Frostgeir
" 
