[Drommer-om-Doden]

Из меня архимаг, как из козьей задницы валторна

Некуда было бедняге Малборну спрятаться, кроме Коллегии.

Пролог

Спойлер (раскрыть)

Я вернулся в Коллегию ночью. Несмотря на то, что я архимаг, мне приходилось скрываться: не в ладу я с Талмором. Когда я впервые пришёл сюда, то вскоре здесь появился один талморец, который чокнулся и не обращал на меня внимания. Из-за своего помешательства он и погиб. Я вздохнул свободно, почувствовав себя в безопасности. Но ощущения этого хватило ненадолго: вскоре в Коллегии обьявился второй талморец. В отличие от предыдущего, этот был в здравом уме и нос во все дела совал исправно.
Первый, Эстормо, мне больше нравился. Вернее, не то чтобы нравился, но он просто не обращал на меня внимания, хотя остальные жаловались, дескать, срывает исследования и лезет в опыты.
Второй же, Анкано, исследованиям не препятствовал, а просто наблюдал за всеми, чаще всего ошиваясь либо во дворе Коллегии, либо в Зале достижений. Остальным он был больше по душе. Все, особенно ученики, любили подтрунивать над ним. Если Эстормо на такие шутки в ответ неслабо мстил, то Анкано делал вид, что его это и не касается вовсе. За те годы, что я провёл бок о бок с талморцами, я изучил их повадки вдоль и поперёк. И я знаю — тихие молчуны куда более опасны, чем вспыльчивые.
В общем, опасаться Анкано у меня были причины. Он уже давно вынюхивал, кто же этот загадочный архимаг, а я ему отвечать не собирался. К счастью, остальные тоже молчали, понимая мою просьбу не называть ему моего имени.
Кстати, обо мне — я босмер, зовут меня Малборн. Из Валенвуда давно уехал. Там мне нечего было терять — всё и всех я и так потерял. Талморцы просто убили всю мою семью. До сих пор корю себя, что меня тогда не оказалось дома, хотя чем я смог бы помочь? Сам бы тоже погиб, но уж лучше смерть, чем такое. Сбежать удалось в Скайрим. Именно здесь я познакомился с женщиной по имени Дельфина. Мы подружились, потому что её история была схожа с моей. Она Клинок, а для них члены Ордена всё равно, что семья. Талморцы убили почти всех. Она же и пристроила меня в посольство, а я шпионил для неё. К счастью, мы, босмеры, слишком низкорослы для высокорослых альтмеров, и если на меня и обращали внимание, то чаще я слышал от них:
— Не путайся у меня под ногами!
Я и не путался. Не следовало внимание привлекать.
В передрягу я попал из-за одного дрянного мальчишки. Этот неслух втравил меня в такую историю, что я теперь вынужден скрываться от талморцев всю жизнь. Но об этом лучше умолчу. Вспоминать тошно.

Я встал у статуи Шалидора, дыша морозным воздухом. Анкано в это время обычно спал, так что сегодня мне нечего было бояться. Я стоял, задумавшись, когда почувствовал, что кто-то стянул капюшон с моей головы. Я резко повернулся и едва не врезался ему в грудь. Это был Анкано. Надо же тому случиться — этого треклятого талморца принесло откуда-то именно сейчас.
— Я-то всё голову ломал, кто же этот загадочный архимаг-невидимка! — высокомерным тоном произнёс талморец. Всё… Мне конец! Анкано в силу своей привычки совать нос, куда не следует, имел хорошую память на лица. — Тебя уж обыскались! — продолжал он. — Весь Морровинд перерыли в поисках тебя, а ты здесь, прямо у меня под носом, Малборн!
Похоже, идея бежать в Морровинд изначально была плохой. Меня бы там нашли за два этих года.
Я не собирался оправдываться перед талморцем. В конце концов, я ему ничего не должен.
— Предлагаю поговорить, — добавил вдруг Анкано. — А то выходит, что я, советник архимага, самого архимага и не вижу никогда.
Мне терять уже было нечего, и мы с Анкано пошли в мои покои.

Анкано вольготно расселся в кресле, попивая моё вино. Этот наглый талморец просто взял и налил себе, не дожидаясь, когда я ему предложу. Я и предлагать не собирался.
— Что ты тут делаешь, Малборн? — начал он. — Не сомневаюсь, что из тебя архимаг, как из козьей задницы валторна!
От этой фразы я поперхнулся вином. И пришло же ему в голову ляпнуть такое, когда я делал глоток. От чопорного талморца я и не ожидал. Он поразил меня ещё больше — подошёл и похлопал по спине. Я откашлялся.
Ожидал-то я привычной фразы: «Требую обьяснений!», но Анкано молчал. Я почесал голову, раздумывая, что же могло произойти такого с этим талморцем, что он так себя ведёт. Выразись так при талморце, и он отчитает, как ребёнка, делая упор на то, что так выражаться нельзя, непристойно. На себе не раз проверено — в посольстве стоило только бросить крепкое словечко, когда мне что-то не удавалось, и сразу получал взбучку от талморцев. А тут на тебе — Анкано ругается. Похоже, мир перевернулся.
Анкано я помнил ещё с посольства. И неплохо так знал привычки всех талморцев. Анкано всегда был с виду молчаливым и безучастным, но я знал, что это вовсе не так. Другие маги подшучивали над ним, хотя не понимали, чем это может обернуться. Он, похоже, считал их полезными, просто наблюдал за исследованиями. Я был уверен, что занятые работой волшебники не обращали на него внимания. А он наблюдал и отсылал отчёты, куда следует. Таков он, Анкано этот. Ещё мнение бытовало, что он ханжа и девственник. Когда я услышал такое от Нирии, то едва не рассмеялся ей в лицо. Это Анкано-то? Я знаю, что делается в посольстве, вплоть до интимных мелочей, в том числе и то, что Анкано даст фору Древису Нелорену, данмеру по крови. Если бы хоть одна ученица знала об этом, то от поклонниц он бы просто так не избавился.
Тем не менее, Анкано не требовал обьяснений прямо сейчас, а терпеливо ждал, когда я заговорю.
Действительно, что-то с ним произошло…
Я вздохнул и начал рассказ о событиях двухлетней давности.

[Drommer-om-Doden]

Глава 1

Спойлер (раскрыть)

— Мало нам серокожих, так ещё и низкорослые здесь окопаться решили! — услышал я вслед. — Вали в свой Валенвуд, малявка-эльф!
Да, малявкой меня многие норды называли. В конце концов, не виноват же я, что мы вырастаем такими. Впрочем, насколько мне известно, малявками они называли даже альтмеров, у которых даже женщина выше крепкого нордского мужчины. Я наслышан, что в Виндхельме процветает расизм. Данмеров загнали в Квартал серых, и никаких перспектив на улучшение жизни у них не было.
— Ребята, а давайте вздуем этого малявку! — не унимался пьяный норд. — Чтоб неповадно было, иначе и босмеры сюда притащатся жить. А так — одного уделаем, а остальные подумают, стоит ли сюда соваться!
Норды дружно захохотали, а мне только и оставалось, что бежать в Квартал серых. Ну куда мне, щуплому босмеру, тягаться с таким количеством. Если б хоть колдовать умел, то сумел бы припугнуть их. А так только бежать и оставалось.
В «Новый Гнисис» я не просто вбежал, а ворвался.
— Босмер? — удивился хозяин этой дыры, по ошибке называемой клубом. — И тебя норды обижают?
— Конечно. Почему бы не обидеть? Втроём на одного, который мельче их, можно! — вспылил я.
Данмер вздохнул.
— Если есть, чем платить, то можешь пожить здесь! — предложил он.
О, да! Платить мне было чем. Я пощипал талморцев за годы работы в посольстве, деньги и драгоценности сейчас были распиханы по моим карманам. Они всегда были там распиханы. Меня выручал мой маленький рост и то, что талморцы считали ниже своего достоинства обращать внимание на какого-то недоросля-слугу. Я посмеивался, когда какая-нибудь чванливая талморка искала кольцо или ожерелье. Поскольку из посольства я выходил крайне редко, то за сбыванием краденого меня не заставали. А всё краденое просто лежало в моих карманах, ожидая своего часа. А этот час настал.
Амбарис Рендар, так представился данмер, сдал мне неуютную, но чистую комнату. Впрочем, и эта сгодилась.
— В Валенвуд? — спросил меня Амбарис.
Я и рад бы, да талморцы меня там найдут.
— Нет, в Морровинд! — ответил я ему.
— Но судно оттуда крайне редко приходит, — пояснил Амбарис Рендал. — Правда, «Северная дева» из Солстейма чаще бывает. Можно сесть на это судно, а из Солстейма махнуть уже и в Морровинд.
— Так было раньше! — вмешался другой данмер, постоялец. — «Северная дева» давно стоит в порту. Я сам хотел навестить родича, но Гьялунд Пуд Соли отказался плыть туда. Говорит, там стало непонятное твориться. Недавно он привёз троих то ли магов, то ли служителей какого-то даэдра, а оказалось, что у них приказ убить Довакина.
Я знаю этого Довакина. Это же мальчишка! Кому может прийти в голову убить ребёнка, даже если это Довакин?
Я чувствовал, что скорее до меня доберутся талморцы, чем я уеду. Надо спрятаться, но как?
Мысли об этом я решил отложить до завтра. Глаза уже слипались.

В этом треклятом Виндхельме работы не было. Вернее, для меня не было. Деньги могли закончиться, а норды не хотели принимать меня на работу. А данмерам нечем было платить наёмному рабочему. А треклятое судно не приходило.
Я напивался в «Новом Гнисисе», когда ко мне подошёл незнакомый данмер. С обитателями Квартала серых я уже познакомился, а этого видел впервые.
— Напиваешься средь бела дня? — пожурил он. — Нехорошо! Уподобился местным, которые, кроме как ныть и пить, больше ни на что не годятся!
Я был удивлён, что он так отзывается о своих же.
— Запомни, парень, только упорным трудом мы заслужим расположение нордов! — продолжал данмер.
— Ага, почти бесплатная рабочая сила. Нет уж, увольте! — вмешался Амбарис Рендал.
Данмер посмотрел на него.
— У меня почему-то с нордами проблем нет! — заявил он.
— Только живёшь ты здесь, на работу встаёшь ни свет ни заря, а приходишь поздно, Белин! — спорил с ним Амбарис Рендар.
Я понял, что это мой шанс.
— Белин! — позвал я его. — Мне нужна работа. Любая!
Белин улыбнулся и похлопал меня по плечу.
— Вот это другой разговор, — порадовался он. — Сегодня ты пьян, а завтра можешь идти со мной на ферму. Работы там хватает. Звать-то тебя как?
— Малборн! — представился ему я.
— А я Белин Хлаалу, — ответил он.
Вот и славно — работа нашлась.

На ферме Белина Хлаалу работы было не просто много, а очень много, хотя платил он мало. Что бы он ни говорил о труде и уважении нордов, те его признавать не хотели и не замечали его стараний. Я не собирался ему читать нотации, а просто делал свою работу.
Однажды он пришёл в «Новый Гнисис» озадаченным. Я расслаблялся после тяжёлого дня с бутылкой мёда.
— Малборн! — позвал он меня. — Там у ворот хаджитский караван расселся со своими товарами!
Всё, что надо, я купил у Ревина Садри, поэтому их товар меня не интересовал. Я ему так и ответил.
— Я не о том, — продолжал Белин Хлаалу. — Просто один хаджит слишком настойчиво о тебе расспрашивал. И описание дал, и имя! Точь-в-точь, ты!
Я был выпивший, поэтому не сразу сообразил, какое отношение ко мне имеют караванщики.
— В Талморе ведь тоже хаджиты есть. Ты нигде им дорогу не перешёл? — невольно подсказал мне Белин.
Талморцы! Они нашли меня! Очевидно, по выражению лица Белин Хлаалу понял, что так и есть.
— Я ответил ему, что никаких босмеров не знаю и не видел, но ты на ферму больше не приходи! Мне не нужны проблемы с Талмором, — добавил Белин.
А я залпом выпил оставшийся мёд, осознав, что опять без работы остался.

Следующий день я провёл в клубе. Вечером за дверью «Нового Гнисиса» я услышал шум и крики.
— Бей его! Хоть одного нордского ублюдка вздуем!
Амбарис Рендал побежал на крик. Я за ним. Предстала картина — три данмера избивали светловолосого норда со шрамом на лице. Его я узнал сразу же. Это был Сигурд. Он крепкий норд, хоть и довольно худой, но куда ему тягаться с тремя. Данмеры, которые ныли, что норды обращаются с ними, как со скотом, сейчас вели себя ничуть не лучше этого самого скота.
— Прекратите! — закричал я и полез в эту толчею.
— Не путайся у нас под ногами, малявка! — крикнул один из них.
— Я сказал, прекратите! — ещё раз выкрикнул я и сделал пасс рукой, якобы творю заклинание. Пассам я научился, наблюдая за талморцами, но колдовать не умел. Впрочем, данмерам об этом знать было необязательно. Главное, что это возымело действие, и пьяные данмеры разошлись.
Я помог Сигурду встать, хотя он тяжеловат для меня, и привёл его в «Новый Гнисис» к ворчанию Амбариса Рендала.
— Амбарис, это Сигурд, хороший человек, — возразил я ему. После попросил у данмера тряпку, смочил её мёдом и стал обрабатывать ссадины Сигурда.
— Да хранит тебя Талос, Малборн! — вздохнул Сигурд. — Иду себе, никого не трогаю. Потом эти нарисовались, затащили сюда и принялись избивать. А ведь я только что прибыл! Треклятые серокожие ублюдки, валили бы в свой Морровинд!
Посетители «Нового Гнисиса» обернулись. Я почувствовал, что дело может закончиться новой дракой. Но данмеры молчали.
— Тише, Сигурд! — попросил я.
Норд сообразил, что находится среди этих самых серокожих ублюдков, и закрыл рот.
— Вздуть бы вас обоих, да ты колдовать умеешь, Малборн! — заметил Амбарис Рендал. — Ещё спалишь моё заведение. А это единственный мой источник дохода!
Как бы не так! Я-то знаю, что Амбарис Рендар приторговывает скумой. Если прижмёт, то буду его шантажировать. Сам видел бутылки со скумой, спрятанные за ящиками и бочками.
К своему счастью, Амбарис Рендар не препятствовал тому, чтобы Сигурд переночевал в клубе.

— Говоришь, талморская шваль тебя преследует, Малборн? — спросил Сигурд. — Кто и где?
Славный он, норд этот. Хоть и поддерживает Ульфрика, но не расист. Мне выпал шанс, только беда — заплатить ему нечем.
— Да брось, Малборн! — отмахнулся Сигурд. — Ты мне вчера жизнь спас! Я у тебя в долгу!
Раз так, то я рад.
Сигурд вернулся и сообщил, что хаджиты признали одного из них не своим. После заявили, что талморский агент остальным только репутацию портит, и смотрели, как Сигурд топит этого кота. Всё завершилось хорошо.
— Но оставаться тебе здесь нельзя, Малборн! — сообщил Сигурд. — Я только уговорю Ульфрика помочь нам и уйду. Когда следующий агент нагрянет, меня здесь не будет. Кто тебе жизнь спасать будет?
Норд был прав. А я не знал, куда мне идти.
— Ты ведь колдовать умеешь, Малборн! — подсказал Сигурд. — Поступай в Коллегию. Там, правда, ошивался один талморец, но исчез, когда мы оттуда уходили. Архимаг решил, что это Локи и Авентус Аретино довели его до того, что он сбежал. Наивный данмер, хоть и старый. Я уверен, что он кого-то так достал, что его просто сбросили с моста, а труп сожрали хищники. Бедные животные! Отравились, небось! В общем, талморца там нет.
Что-то я не замечал за собой способностей к магии, но идти мне всё равно было некуда. Может, и правда, в Коллегии научусь чему-нибудь!

К великому облегчению Амбариса Рендара я уехал из Виндхельма. Долго не раздумывал, так как талморцы дремать явно не будут и просто пришлют следующего агента.
Я не думал, что может быть где-то холоднее, чем в Виндхельме. Оказалось, Винтерхолд лидирует по части морозов. Я отчаянно замёрз и, увидев вывеску, вбежал в таверну.
— Неласар, опять ты со своими опытами! — костерил трактирщик мага-альтмера.
Я бы тоже негодовал — в полу таверны была прожжена дыра.
— Прошу прощения! — оправдывался Неласар. — Я не думал, что мой огненный атронах такое сделает!
— Понятное дело! Он же огненный! — не унимался норд. — Ты мне едва таверну не сжёг!
— Я ещё раз прошу прощения! — повторил маг. — Такого больше не повторится!
Норд покраснел от злости. Видно было, что он альтмеру хочет врезать, но боялся мага.
— Не повторится? — завопил он. — Нет, маг! Ты прожёг дыру, ты и чини!
Недоумение отразилось на лице Неласара. Я знал, что альтмер сейчас скажет.
— Я? Чинить пол? Да за кого ты меня принимаешь? — так и знал. Высокомерный альтмер ничего не умеет.
Мне пришла идея, на Неласаре была одежда Коллегии.
— Я починить могу! — вмешался я. Очевидно, альтмер не сразу понял, кто это сказал, потому что начал озираться по сторонам, а только потом взглянул вниз.
— Что ж, буду премного благодарен, — кивнул он, потом развернулся и пошёл в комнату.
— Эй, не так быстро! — я побежал за ним. — Я, вообще-то, сделку предложить хочу. Я чиню пол, а ты мне помогаешь поступить в Коллегию!
Неласар обернулся.
— Но… Зачем? — спросил он. — Способные сдают экзамен и проходят, а не приходят просить меня. С чего вдруг мне помогать какому-то бездарному малявке?
К тому, что меня называют малявкой, мне не привыкать. А вот чинить пол альтмеру явно не доводилось.
— А с того, что тебя выгонят из таверны, если пол не починишь, — парировал я. — Не зря ведь ты здесь живёшь, а не в Коллегии!
Неласар хотел что-то сказать, но не решился.
— Мне, конечно, жаль, что в Коллегии будет обучаться кто попало, но, похоже, особого выбора у меня нет, — принял он решение.
Вот и славно.

Пол я починил на славу. Неласар тоже сдержал своё обещание и привёл к девушке с двумя дурацкими хвостиками, стоявшей у моста Коллегии.
— Кого это ты привёл, Неласар? — прищурилась она.
— Своего ученика! — солгал он.
— Он хоть способный? — она усмехнулась.
Неласар выдал весьма любезную улыбку.
— Фаральда, неужели ты настолько меня ненавидишь, что думаешь, будто я приведу отребье какое-нибудь? — сказал он.
Вот кем они считают неспособных к магии. Отребьем.
— Хорошо, пусть тогда идёт за мной! — кивнула Фаральда и обратилась ко мне. — Эй, как тебя зовут, малявка?
И она туда же!
— Малборн! — ответил я сквозь зубы.
— Идём, Малборн. Сначала я отведу тебя к Мирабелле Эрвин!

[Drommer-om-Doden]

Глава 2

Спойлер (раскрыть)

Мирабелла Эрвин оказалась приятной бретонкой. Ещё и красивой вдобавок. Правда, смотрела на меня сверху вниз, но мне не привыкать к этому.
— Ой, новенький! — удивилась она. — Босмер, — она заглянула в список. — Но мы не ждём босмера! Должны прибыть норд, хаджит и данмер! – заметила Мирабелла.
Я не знал, кому мне сейчас молиться, чтобы позволили остаться в Коллегии. Идти мне решительно некуда.
— Это ученик Неласара, — пояснила Фаральда.
Мирабелла Эрвин скептически взглянула на меня. Очевидно, она захаживала время от времени к Неласару. Само собой, никакого ученика не видела.
— Но я даже одежду ему не подобрала, — сказала она. — Тебя как звать?
Хоть кто-то не назвал меня малявкой.
— Малборн! — ответил я.
— Энтир! — крикнула бретонка.
На её крик выбежал мой сородич. То, что один босмер здесь есть, хорошо. Будет о чём поболтать. Да и малявкой меня не станут называть.
— Одолжи-ка своему сородичу что-нибудь из старой одежды! — велела ему Мирабелла Эрвин. — У меня на него ничего нет.
— Кому? Этому малявке, что ли? — переспросил Энтир.
Ну, сукин сын! Сам-то ты не выше меня.
— Заплатить есть чем? — глянул на меня Энтир.
— Откуда? Я только что прибыл, — сказал я.
Энтир положил мне руку на плечо.
— Идём, — со вздохом предложил он. — Найду для тебя что-нибудь.
Мы пошли в его покои. По дороге он мне сказал:
— Ты не обижайся, что я тебя малявкой назвал. До тебя я был единственным босмером тут. Мне так надоело, что меня все обзывают, и сам захотел посмотреть, какое выражение лица будет, так сказать, у меня со стороны. А для этого надо было обозвать другого босмера малявкой, вот и попался ты.
Ну и прощелыга Энтир этот! Впрочем, парень миролюбивый, вроде.
Он порылся в шкафу и вытащил одежду мага, сапоги и капюшон.
— Держи! — протянул он мне вещи. — Это моя старая, с той поры, когда я в новичках бегал. Лежит просто в шкафу. Такие малявки, как ты или я, здесь редкость. Даже продать не могу. Впрочем, переодевайся и иди к Мирабелле. Пускай покажет, где ты будешь жить.

Общежитие, в которое меня привела Мирабелла Эрвин, поразило меня до глубины души. Нет, с королевским дворцом не сравнить. Просто едва ли не вся мебель была разломана. Ножки стульев шатались, и я не рискнул сесть. Про жуткий бардак умолчу. Похоже, здесь давно никто не убирался и не чинил мебель.
Мирабелла заметила моё выражение лица.
— Хозяйственная часть лежит на мне, но я-то женщина! Что я могу сделать? — развела она руками.
Что-что? Взять ведро, тряпку и выдраить всё! Конечно, я ей этого не сказал.
— Что касается уборки, то придут другие ученики, и тогда сами решайте, как быть, — продолжала Мирабелла Эрвин. — Хотите, по очереди убирайтесь, хотите, каждый свою комнату!
И она вышла, оставив меня среди этой горы хлама.
Я сел на кровать. Не зря Мирабелла дала мне эту комнату. Она рассчитала, что разваливающаяся кровать выдержит мой маленький вес. Но какое там! Ножка кровати сломалась. Вздохнув, я пошёл искать молоток и гвозди.

— Странного какого-то ученика мы взяли, Мирабелла! — услышал я голос бретонца по имени Арнел Гейн. — Я не видел, чтобы он занимался!
Ничего себе, заявочки! А чем я, по-вашему, сейчас занимаюсь? Я как раз решил сменить разломанную плитку во дворе Коллегии.
— Он даже в библиотеку не ходит! — продолжал Арнел.
— Зато у нас всё будет аккуратно! — ответила на это Мирабелла Эрвин. — Согласись, здесь давно требовался хороший ремонт.
Спасибо, милая бретоночка. Хотя ты сама неряха жуткая. Разве можно женщине такой быть?
Я клал плитку у статуи Шалидора, поэтому меня не было видно. Арнел Гейн ушёл, а со стороны входа появилась Фаральда с тремя учениками. Я разглядел, что это были норд, хаджит и данмерка. Так-так, разномастная компания собирается. Мирабелла Эрвин отвлеклась на них примерно так же, как и на меня, когда я только прибыл. Только одежда для них нашлась сразу.
— Малборн, и ты здесь! — воскликнула она. — Я тебя не заметила. Очевидно, ей было неловко оттого, что я мог подслушать разговор с Арнелом Гейном. — Ох, уж эти малявки! Так и раздавить тебя ненароком можно! — продолжала она.
Ну сколько можно меня так называть! Хоть бы спасибо кто сказал, что Коллегию привожу в порядок, а то складывается ощущение, будто это закрытое заведение для умалишённых.
Мирабелла подошла ко мне.
— Не обижайся, Малборн! — сказала она. — Бросай это дело. Познакомься лучше с остальными!
Я пошёл за ними. Не горел, конечно, желанием знакомиться с ними, просто как бы кто-нибудь из них не занял мою комнату с мебелью, которую я починил.
Ученики расположились у себя, а Мирабелла ушла.
Я услышал грохот и крепкие словечки из комнаты, которую занял норд. Я, конечно, там ничего не делал. Пускай сами чинят.
Впрочем, я решил уйти, а то вдруг надумают просить меня о помощи. У этих магов, похоже, руки растут из мягкого места. Но уйти я не успел — норд преградил мне дорогу.
— Стой, малявка! — начал он. — Ты, кажется, с молотком и гвоздями на ты?
Ну вот. Началось! Ещё и обзывается.
— Подсобишь? — попросил он.
— Ещё чего? — разозлился я.
— Я же не за просто так прошу! — продолжал он. — На меня ты всегда сможешь положиться в случае чего. Я не жадный, подскажу, если трудности с обучением возникнут.
Это бы мне пригодилось — идти мне было некуда, а маг из меня никуда не годный.
Я согласился и мебель в его комнате починил.
— Я Онмунд, кстати! — представился новенький, когда я закончил.
Я же представиться не успел, как услышал грохот в двух других комнатах.

Следующим утром нас позвали на лекцию. Читал пожилой норд. Я позёвывал от скуки. Признаюсь, ни слова не понимал, что он говорит. Другие ученики — Онмунд, с которым я познакомился первым, данмерка Брелина Марион и хаджит Дж`зарго задавали ему вопросы. Я молчал.
— А ты что молчишь, малявка? — заметил меня преподаватель. — Что в магии превыше всего?
И он туда же! Да откуда мне знать, что превыше всего? Я лихорадочно размышлял. Магия — это такая сила, что набедокурить можно запросто. Если колдовать, то надо это делать безопасно.
— Не навредить самому себе хотя бы! — выдал я и, к своему удивлению, оказался прав.
— Верно! — одобрил преподаватель. — Начнём с защитных чар. Иди сюда!
Он позвал меня. Сердце ушло в какую-то из пяток.
— Поможешь мне с демонстрацией заклинания, — предложил он. — Я брошу в тебя огненную стрелу, а ты отрази её!
Батюшки! Это же верная смерть! Это даже хуже, чем вернуться к талморцам.
— Э-э-э… — начал я, не решаясь признаться.
— Можно я попробую? — попросил вдруг Онмунд. Славный норд, похоже, держал слово.
— Ещё чего! Я попробую! — возразила Брелина.
— Да вы рехнулись? Хаджит попробует, и точка! — встрял Дж`зарго.
Похоже, славные они ребята. Помнят, что я помог им мебель починить. Только этому треклятому преподавателю вздумалось меня испытать, потому что из троих выбирать сложно. Он звал именно меня.
Я уже шёл к нему, когда вмешался счастливый случай — появилась Мирабелла Эрвин.
— Прошу прощения за вмешательство, — начала она. — Колетта Маренс пыталась применить свои заклинания восстановления на обеденном столе и распилила его надвое. Заклинания не помогли, а починить она его не может. С вашего позволения, мастер Толфдир, я заберу малявку, пускай он починит!
О, да! Называй меня малявкой, милая! Только избавь от смерти.
— Конечно, Мирабелла, можешь взять его. А мы продолжаем! — разрешил Толфдир.

На следующий день ученики разбудили меня ни свет ни заря.
— Чего вам? Дайте поспать! — возмутился я.
— В Саартал пора! Разве ты не знаешь? — спросила Брелина Марион.
— Откуда ему знать? Его же не было, когда Толфдир нам велел собраться туда! — ответил Онмунд.
— Никуда я не пойду. Дайте поспать! — и я перевернулся на другой бок.
Стало тихо. Похоже, ученики ушли. Но рано я радовался — на меня обрушился поток холодной воды.
— Вы рехнулись? — окончательно проснулся я.
Ученики захохотали. Но некуда было деваться, пришлось вставать и собираться в Саартал.
Толфдир и Арнел Гейн уже ждали меня.
— А где остальные? — удивился я.
— Досыпать пошли! — пояснил Арнел. — Они-то ничего не смыслят в строительных работах. Надо мосты и леса сделать, а просить больше некого.
Ну сукины дети эти маги! Такое ощущение, что в Саартал не совались, так как никто не смыслит в строительных работах. Как знать! Может, так оно и было.
Впрочем, был один положительный момент. Я официально смогу отлынивать от лекций Толфдира. И демонстрация заклинаний мне точно не грозит.
После завтрака мы с Арнелом Гейном вышли. В Винтерхолде уже ждали повозки с досками. Похоже, маги зря время не теряли, заказав их на лесопилке.
Мы с Арнелом приехали в Саартал, и я приступил к работе. От Арнела Гейна было мало толку. Только бегать и командовать мог, хотя не смыслил ничего. Зато у котлов стоял. Готовил он посредственно, но выбора не было.

Я боялся, что внутри Саартала наткнусь на нежить. К счастью, этого не произошло. Да и Арнел Гейн ошивался рядом, поторапливая, понукая тем, в чём ничего не смыслил. Когда всё было закончено, появились Толфдир и остальные ученики. И как узнали? Арнел Гейн всё время здесь находился. Впрочем, неважно.
Похоже, этот бретонец раскусил меня, но вопросов не задавал. Впрочем, по порядку.
Толфдир начал раздавать задания. Магические, конечно. Он хотел мне спихнуть проверку защитных чар, но к нему подошёл Арнел Гейн и что-то шепнул на ухо.
— Тогда пусть проверит Брелина, — вслух сказал Толфдир. — А ты, малявка…
Он задумался.
— Иди за Арнелом Гейном и поищи артефакты! — решил он наконец.
— Какие ещё артефакты? — удивился я.
Толфдир вздохнул.
— Любые, которые могут иметь отношение к магии, — пояснил он. — Кольца, амулеты! Арнел Гейн посмотрит, зачарованные ли они. Если нет — выбросим, да и всё!
Что? Выбрасывать драгоценности? Разбрасываться деньгами, которые под ногами лежат?! Нет, старик явно свихнулся.
Мы с Арнелом прошли до тупика. Странно, Саартал должен быть больше, чем оказался. Впрочем, кольца валялись прямо на полу. Я относил их Арнелу Гейну, а он забирал. Несколько колец я рассовал по карманам. Продам потом.
Я прошёл в конец коридора. Тот заканчивался стеной с выемкой, в которой висел амулет. Я снял его и услышал скрип. Обернулся и увидел, что путь назад мне преградила решётка. На меня напала паника.
— Помогите! Я заперт здесь! — завопил я.
Даэдров Арнел Гейн. Я же знаю, что ты недалеко. Этот бретонец ко мне не спешил. Но я, похоже, громко вопил. Либо Толфдир был неподалёку. Во всяком случае, пришёл именно он.
— Что случилочь?
— Я заперт здесь! — объяснил я.
Норд поискал рычаг. Очевидно, его не было, либо он плохо искал.
— Расскажи, что произошло! — потребовал он.
Я и рассказал, продемонстрировав амулет, но сперва пришлось долго рыться в карманах, из которых посыпались кольца. Толфдир хмыкнул, увидев их. Наконец, я нашёл этот злосчастный амулет.
— Так-так! — решил он. — Очевидно, амулет как-то связан с Саарталом. Надень его!
Да с удовольствием! Может, они про него забудут, и мне удастся оставить его себе.
— Смотри, малявка! Стена резонирует! — указал Толфдир.
Я посмотрел на стену и не заметил ничего. Пришлось делать вид, что я сам удивлён.
— Ударь её заклинанием! — добавил Толфдир. — Любым из школы Разрушения.
Так-так! Оказывается, я влип по самые уши. Надо выкручиваться, но как? Я подошёл к злосчастной стене и изо всех сил ударил её кулаком. К моему удивлению, стена развалилась, открыв проход.
— Я же сказал, заклинанием! — услышал я совсем рядом. Надо же! Решётка поднялась, и Толфдир подошёл ко мне.
— Вы же сказали ударить, я и ударил! — попытался выкрутиться я. — А остальное я не расслышал.
Толфдир хмыкнул и сказал:
— Похоже, нам надо серьёзно поговорить, малявка. Наедине!
Поскольку остаться наедине сейчас не представлялось возможным — недалеко Арнел Гейн работал, то он пошёл в образовавшийся проход.
Мы зашли в новый тупик. Впрочем, вспомнив стену с амулетом, я не удивился бы, если б и здесь оказался какой-то секрет.
— Поговорим тут! – остановился Толфдир. — Сдаётся мне…
Он не закончил, что именно ему сдаётся, а как-то странно замер с открытым ртом. А в этом тупике нас было трое. Трое? А этот, третий, откуда взялся? Выглядел он более чем странно: в жёлтой с красным мантии с капюшоном. Такую я ни у кого не видел.
— Приветствую, ученик! — насмешливо сказал он.
— Э-э-э! Взаимно! — промямлил я. — Вы откуда пришли?
Он усмехнулся.
— Я из Ордена псиджиков. Нам стало известно, что в Коллегии магов появился ученик, который ничего в магии не смыслит. Более того, и способностей у него никаких. Мы были заинтригованы, как же тебе удаётся водить их за нос, и решили сами всё увидеть!
Ну и ну! Даже какой-то неизвестный орден про меня знает. Всё-таки моё решение спрятаться здесь от Талмора — плохая идея.
— Раз начал, то продолжай! — говорил маг. — Хотя если б ты не влез со своим строительством сюда, то Саартал был бы долго запечатан. А так ты запустил цепь событий!
Кто? Я? Рехнувшиеся, что ли, псиджики эти? Я всего лишь скромный босмер, много лет проработавший слугой.
— Никуда не девайся. Оставайся в Коллегии, раз набедокурил, а то вне стен влезешь куда-нибудь. В конце концов хоть ремонт там сделаешь, а то приходить туда тошно. Мы уже давно не заходим в эти развалины. Какие же неряхи местные маги!
Он исчез. А с тем, что маги — жуткие неряхи, я был согласен.
Толфдир, похоже, хотел отчитать меня, но крышки саркофагов, стоявших у стены, рухнули, и оттуда вышли драугры. Я взвизгнул и спрятался за стариком, который принялся метать в них огнём. Драугры вспыхнули и сгорели заживо. Вернее, замертво.
— Малявка-эльф, и никакой ты не маг! — завопил Толфдир и приготовился метнуть огонь в меня.
Я вовремя заметил, что один из саркофагов открыл узкий проход. Я мелкий, и юркнул в него легко. Более грузный Толфдир застрял.
Ой, батюшки! И тут драугры! Я сновал между ними. Хорошо, что умел быстро бегать. Им, похоже, надоедало за мной гоняться, и они шли к более неповоротливому Толфдиру, который сумел-таки пролезть сюда тоже. Но надо отдать должное старику — он их сжигал.
Так я и бежал, пока не оказалось, что мой путь преградила решётка. Я огляделся и заметил три вращающихся камня со знаками. Не знаю, какой олух придумал эту «головоломку», но ответы были прямо за этими камнями. Мне осталось только повернуть их, чтоб изображения на камнях совпали с тем, что позади них. В целом, решётку я открыл.
— Стой, малявка! Ты у меня схлопочешь, недоучка! — вопил Толфдир.
На моё счастье, появились драугры, и старик отвлёкся на них, а я побежал дальше.
Я проклял себя, что мозгов мне хватило бежать только вперёд. Я был сейчас между двух огней. Впрочем, по порядку — я прибежал вниз в комнату, и на меня пошёл драугр. Этот был, похоже, всем драуграм драугр. В середине комнаты вращался большой шар, который висел словно бы прямо в воздухе. Я бегал вокруг этого загадочного шара, а драугр грузно за мной топал. Я обернулся и заметил огонь, который Толфдир направил на драугра.
— Прости, малявка, похоже, тебе конец! — крикнул старик. — Этот драугр неуязвим!
Я уже попрощался с этим светом и приготовился ко встрече с родными, которых убили талморцы. Драугр поменял направление, и я едва не столкнулся с ним нос к носу. Я завопил и побежал в обратную сторону, а драугр, похоже, заметил Толфдира.
Этот паскудный сукин сын вздумал обижать беспомощного старика! Я разозлился, подпрыгнул и пихнул изо всех сил эту вращающуюся сферу. К слову, это оказалось легко. Сфера отскочила со своего места и попала драугру прямо в голову. Потом откатилась, и я заметил, что драугр не подаёт признаков жизни.
Толфдира, похоже, не волновало, что я его только что спас. Он побежал к этой сфере и стал её разглядывать, охая и ахая.
Я заметил на драугре амулет. Решив, что тот ему не понадобится, снял его и положил в карман.
Толфдир, наконец, наохался и наахался. Старик подошёл ко мне.
— Малявка, хоть ты и бессовестный лгун, но если б не ты, мы бы такое никогда не нашли! — заявил он.
Я вздохнул с облегчением. Расправа мне не грозила. Во всяком случае, сейчас.
— Надо показать эту сферу архимагу! — добавил Толфдир.
— Я могу его позвать сюда! — предложил я, пока он не передумал и не испепелил меня на месте.
— Показать? — спросил Толфдир. — Ты считаешь, что архимаг оторвёт свой… Э-э-э!.. То есть бросит все важные дела и придёт сюда? Нет! Надо как-то этот шар отнести в Коллегию.
Я подошёл к сфере. Ровная и гладкая. Я потрогал. Скользкая, вдобавок. Как её нести? Впрочем, что значит как? Катить!
Я попробовал покатить по лестнице, с которой мы с Толфдиром спустились. Треклятый шар скатывался назад.
— Малявка, кати её сюда! — окликнул Толфдир. Сам он стоял у двери. Надо же! Здесь выход есть, а я и не заметил.
Легко ему сказать – кати! Скользкая сфера катилась куда угодно, только не туда, куда следует. Я разозлился и пнул ногой треклятый шар. Как ни странно, хоть он и большой, но оказался лёгким и полетел прямо в распахнутую дверь. Я побежал за ним, пиная его по дороге.

Арнел Гейн и ученики разглядывали сферу.
— Завидую тебе! — сказала Брелина Марион. — Много отдала бы, чтобы открытие принадлежало мне!
Толфдир молчал, нахмурившись.
Все вместе мы выкатили сферу из Саартала и, придерживая со всех сторон, покатили её наверх. Только на снегу этот шар норовил укатиться. Мне пришла в голову идея. Я попросил всех разойтись, потом разогнался и пнул шар. Он взлетел и упал. Я подбежал и сделал то же самое.
— Малявка, полегче с магическим артефактом! — кричал сзади Толфдир.
Похоже, остальные ученики решили тоже поучаствовать. Ко мне присоединился хаджит, пнув сферу следующим. За ним пинать шар прибежали Брелина Марион и Онмунд. Арнел Гейн и Толфдир остались далеко позади.
Так мы и допинали его до Винтерхолда. Стражник едва увернулся от летящего в него шара. И вовремя, если учесть, что драугр упокоился из-за того, что сфера попала ему в голову.
— Вы что творите, маги треклятые? — завопил стражник. А мы прикатили шар к мосту.
Фаральда удивлённо подняла брови, но ничего не сказала и отошла в сторону.
По мосту сферу пришлось катить. Этот треклятый шар пару раз едва не отправился в пропасть, но, придерживая его со всех сторон, мы закатили его во двор Коллегии и закрыли ворота.
— Надо дождаться Арнела и Толфдира! — сказал Дж`зарго.
Долгонько ждать, если учесть, что они остались далеко позади.
— Ребята, а почему бы не сыграть? — предложил я. — Давайте так — кто меньше всех сумеет запинать шар в Зал стихий, тот завтра убирается в общежитии за всех! Только правило — руками её не касаться! Работаем только ногами.
Все согласились. Мы открыли двери Зала стихий и начали пинать несчастную сферу, вырывая друг у друга. Никому не удавалось затолкать её в двери. Наконец повезло мне. Вернее, частично повезло — я отбил шар у Брелины и пнул его в двери, но выходивший оттуда талморец наглым образом поймал его.
Что? Талморец? Я не успел сообразить, как сзади раздался свист. Я успел натянуть капюшон пониже и обернулся. Свистел Толфдир, сунув два пальца в рот.
— Вы что вытворяете? — закричал норд. — Как можно обращаться так с артефактом? Кто зачинщик?
— Что здесь происходит? Я требую объяснений! — раздался из-за сферы голос талморца. Эх, жаль, что она не попала ему в голову. Не достала — уж слишком он высокий. Авось, свалился бы, как драугр.
Наши вопли, похоже, услышал сам архимаг. Вышел и он.
Впервые я увидел его. Это был пожилой данмер. Сейчас он ошалело смотрел на талморца, державшего в руках сферу.
— Что здесь происходит? — спросил он.
— Архимаг, — залебезил Толфдир. — Мы нашли эту сферу в Саартале и хотим, чтоб вы осмотрели её.
Архимаг вновь перевёл взгляд на талморца с шаром в руках.
— Не здесь! — произнёс он и обратился к талморцу. — Эстормо, отнеси-ка этот артефакт внутрь!
Талморец выронил шар.
— Я что? Похож на слугу? — заявил он и с гордым видом удалился.
А мы закатили сферу в Зал стихий. Архимаг распорядился прикатить её к колодцу, из которого шло вверх голубое свечение. Ага, легко ему сказать! Сфера выскальзывала из рук и постоянно падала. Мне пришла идея, подобная той, что и ранее. Я попросил всех разойтись. После откатил шар, разогнался и пнул его прямо туда, откуда шло свечение. И попал — сфера повисла над колодцем и стала вращаться.
— Всё, ученики расходятся, а Толфдир и Арнел остаются! — распорядился архимаг.
Вовремя он — в зал вошёл Эстормо. А я натянул капюшон как можно ниже и удалился.

[Drommer-om-Doden]

Глава 3

Спойлер (раскрыть)

— Малявка, подъём! — крикнул кто-то.
Я подскочил в кровати, боясь, что кто-то вновь выльет на меня воду.
— Тебя Савос Арен зовёт, — сказал Онмунд. И чего им всем в такую рань не спится?
— Кто? — переспросил я.
— Савос Арен, архимаг! — пояснил норд. Вот это да! Оказывается, я имя архимага до сих пор и не знал.
Пришлось одеваться и идти.
В Зале стихий сфера висела всё на том же месте. Я подавил желание подбежать и пнуть этот шар и свернул налево.
Я шёл и мысленно готовился к тому, что архимаг прикажет убираться из Коллегии. Небось, Толфдир насвистел ему, что способностей у меня никаких нет.
— Проходи и присаживайся! — услышал я голос данмера.
Я сел напротив него.
— Я говорил с Толфдиром, — начал Савос Арен. Так, началось! — Благодаря тебе состоялось это важное открытие, ученик! — продолжал архимаг. Я выдохнул с облегчением. Ученик означает, что Толфдир не сдал меня с потрохами. — Ты сделал открытие, ты его и продолжишь изучать, — закончил Савос Арен.
Кто? Я? Рехнулся, старый данмер?
— Ты зачинщик вчерашней игры. Нельзя так с магическими артефактами поступать, — добавил Арен. — Считай, что это твоё наказание!
Ох, мамка родная! Скоро с тобой встретимся, милая матушка. Наверняка меня пошлют на верную смерть. Например, сделать ремонт в комнате Эстормо.
— Иди к Урагу-гро-Шубу. Он расскажет подробности! — сказал архимаг напоследок.
— К кому? — переспросил я.
Арен удивлённо посмотрел на меня.
— Ты что? Ещё с библиотекарем не знаком? — проворчал он. — Что за ученики ленивые пошли! Самый первый в Коллегии появился, а книг не читал. Выйдешь из моих покоев и прямо к нему.
Ладно, поремонтирую и полки, если надо. Только на смерть не посылайте.

Библиотека была не просто большой, а огромной. И полки действительно нуждались в ремонте. Урага-гро-Шуба я нашёл за стойкой.
— Был у нас один ученик, украл книги и смылся! — рассказывал старый орк. — В крепости Феллглоу он ошивается. Там практикуют запретную магию.
Это ещё что? Точно на смерть посылают.
— Мне что? Одному туда идти? — удивился я.
— Толфдир уговаривал тебя одного послать! — кивнул орк.
Треклятый старикашка во что бы то ни стало решил от меня избавиться. Мне стало нехорошо от этой мысли.
— Да и даэдрот с ними, книгами этими! — продолжал Ураг-гро-Шуб. — Их-то у меня полно. Не знаю, с какого перепугу этот старый хрыч решил, что они у меня в единственном экземпляре. Книги мне не нужны, тем более что их трогали грязными руками, а вот полки в библиотеке разваливаются, и некому их поремонтировать. А на запретную магию мне наплевать. Пускай практикуют!
Вот это мне было по душе!

Ураг-гро-Шуб рылся в книгах, а я чинил полки.
— Выкрутился, малявка! — услышал я от Толфдира, когда тот пришёл в библиотеку.
Нет чтоб спасибо сказать, что в библиотеке полный порядок.
Они с орком переговаривались, а я продолжал работать. Только меня в покое решили не оставлять.
— Эй, ты! — услышал я. — Иди сюда!
У меня душа ушла в пятки. Это был голос Эстормо.
Я натянул капюшон до самых глаз и приблизился.
— Мне надо серьёзно с тобой поговорить! — начал талморец. Он меня раскусил! У меня затряслись поджилки. Я опустил голову, стараясь не смотреть ему в лицо. — У меня стул сломался! — говорил Эстормо. — Надо бы починить.
Жрать тебе меньше надо, приятель. Тогда и стулья ломаться не будут. Впрочем, моя внешность его мало волновала, похоже. Но если я ему откажу, то навлеку подозрения. Поскольку, в библиотеке я закончил, то пришлось топать в комнату Эстормо.
Там было достаточно чисто. Надо отдать должное талморцам: они чистюли. По одному их виду заметно — всегда ухоженные, холеные. Только я не видел, чтобы они на себя надевали что-то другое, кроме талморских плащей. Прирастают они к ним, что ли?
Талморец улёгся на кровать с книгой, сняв капюшон. Его причёска меня удивила: наполовину выбритая голова. С другой половины свисали белые волосы. Эстормо посмотрел на меня.
А я понял, что выдал себя, когда стал пристально его разглядывать.
— Мы с тобой нигде не встречались случайно? — вдруг спросил Эстормо.
— Э-э-э… Нет! — отвернулся я.
— Нет, встречались! — альтмер ехидно улыбнулся.
Я побледнел, а он, как ни в чём не бывало, уткнулся в свою книгу. Я взял сломанный стул и принялся его чинить.
— Либо ты притворяешься, малявка, либо хитришь! — прервал мою работу Эстормо.
Нет, он издевается надо мной. Сказал бы сразу, что разоблачил меня, и убил бы. Лучше так, чем мучиться. Впрочем, садисты они, талморцы эти.
— Это ведь ты! — начал он, а я замер. — Это ты запустил в меня тем шаром, когда я выходил от Савоса Арена.
Паскуда ты, Эстормо! Я уже мысленно приготовился к встрече с родными, а ты опять мне её сорвал! Тьфу, о чём я думаю! Похоже, он меня не узнал.
— Я прошу прощения! — залебезить я. — Я не подумал, что кто-то выйдет из Зала стихий.
Эстормо опять на меня посмотрел.
— А, ладно, — отмахнулся он. — Как тебя звать хоть, малявка?
Всё, теперь мне точно конец. Если назову настоящее имя, он уже наверняка вспомнит, где видел меня ещё, кроме Коллегии. А вымышленным надо было называться тогда, когда пришёл сюда. Нет же! Приспичило сказать настоящее. Вот назовусь другим, а кто-то из магов ляпнет, что я Малборн.
Кто-то или что-то явно хотело, чтоб я жил. Провидение, благодарю тебя! Ответить я не успел, когда за стеной раздались стоны и вздохи.
Эстормо словно перекосило.
— Опять этот треклятый данмер Древис Нелорен с ученицей развлекается! — возмутился он. — Хоть бы заклинание, блокирующее звук, ставил! Совершенно никакого стыда!
Уж кому бы говорить о стыде! Я-то знаю, ребята, чем вы там, в посольстве, занимаетесь. И блокировка звука вам не помогла.
С починкой стула я закончил, а Эстормо выскочил из комнаты. Я за пошёл за ним и наткнулся на Брелину Марион, выходившую из соседней комнаты.
Она удивилась.
— Малявка, а ты что делал в комнате талморца? — спросила она насмешливым тоном.
— Он стул попросил починить, — ответил я ей и ушёл.

За обедом на меня смотрели все. Кто-то подозрительно, кто-то насмешливо, а кто-то и хихикал. Перешёптывались. После обеда ко мне подошёл Энтир.
— Ты по доброй воле с ним пошёл или боишься настолько, что не смог ему отказать? — спросил он.
— Он попросил, а я был не против, — ответил я ему.
Энтира словно перекосило. И что такого? Я же всего лишь починил стул. Мебель-то принадлежит Коллегии, а не талморцу лично.
— Мне за тебя стыдно, сородич, — посетовал он. — Что теперь о босмерах подумают?
Что-что... Что мы достаточно трудолюбивый народ. Не эти, у которых руки из мягкого места растут.
— Впрочем, тебя Толфдир хотел видеть. А мне смотреть на тебя противно! — заключил Энтир.
Я не понимал, с каких пор починка мебели — это что-то постыдное. Мебель-то есть мебель, и неважно, чей зад на этом стуле сидел. Уверен, что у этого стула Эстормо далеко не первый.
Толфдира я нашёл в Зале стихий у загадочной сферы.
— Так-так, малявка! Вот и ты наконец! — начал старик. Он расставил ноги и упёр руки в бока. Значит, он зол. — Пока ты там уединяешься с талморцем вместо того, чтобы за книгами бегать, Ураг-гро-Шуб кое-что вычитал! — Я приготовился слушать. — Но это неважно. В магии ты ничего не смыслишь, зато прекрасно знаешь, как заслужить расположение талморцев!
Да что ж это творится-то? Больше не буду чинить вашу треклятую мебель. Пускай всё разваливается к даэдротам!
— Кстати, тебя ведь Малборн звать? — спросил Толфдир.
— Да, я Малборн.
Толфдир вздохнул.
— Эстормо, когда прибыл сюда, сказал архимагу Арену, что из посольства сбежал босмер по имени Малборн. Они с ног сбились, разыскивая его, то есть тебя, — неожиданно Толфдир подошёл ко мне и обнял за плечи. — Понимаю, сынок! — печально продолжал он. — Обслужить такую ораву нелегко. Ты просто не выдержал и спрятался. Уж лучше с одним талморцем якшаться, чем с толпой.
Конечно, работать в посольстве было тяжело. Талморцы понукали и отчитывали за малейший огрех, но к своим пожиткам и мебели они относились бережно, в отличие от вас, неряхи. Вслух, понятное дело, я этого не сказал. Не то что не захотел, а просто не успел — к нам шёл Эстормо.
— Малявка, — окликнул он. Тон его не предвещал ничего хорошего. — Сюда заявился какой-то неизвестный, который хочет тебя и только тебя видеть! — Эстормо схватил меня за руку. — Ты мне объяснишь, зачем ты ему сдался? — продолжал разгневанный альтмер.
Может, и у этого стул сломался или что-нибудь ещё из мебели?
— Откуда мне знать? — удивился я.
— Уверен, что ты лжёшь! — возмутился Эстормо.
— Хватит! — завопил Толфдир. — Выясняйте свои отношения не здесь!
—Эстормо зло взглянул на норда, потом на меня.
— Он сейчас у архимага, — проговорил он. — Мы пойдём туда, ты выяснишь, а после выставим его из Коллегии.
Я вырвал руку, и мы пошли в покои Савоса Арена.

В покоях архимага я застал альтмера в жёлтой с красным мантии. Эстормо и Савос Арен затыли в позах, в которых до этого стояли.
— Приветствую! — кивнул мне псиджик. — Я Куаранир.
— Взаимно! Я Малборн, — представился я.
— Мне всё равно, как тебя звать! — продолжил Куаранир. — Имя того, кто якшается с таким, как этот… — он кивнул в сторону Эстормо, — меня не интересует! Стыд-то какой!
И он туда же! То-то в Коллегии всё разваливается. Оказывается, у магов считается постыдным чинить стулья.
— Впрочем, ты якшаешся с талморцем, значит, только тебе под силу на него повлиять! — заявил Куаранир.
Какое — якшаюсь? Глаза б мои на него не смотрели! Но не починить стул — навлечь подозрения. Ну, не мог я ему отказать!
— И какой ты предлагаешь выход? — поинтересовался я.
— Для начала поговорить с Авгуром Дайнлейнским, — ответил Куаранир. — Он подскажет, как быть. Заодно от внимания талморца освободишься. Я-то вижу, что оно тебя угнетает!
Да, он прав. Эстормо может в любую минуту разоблачить меня, узнав лишь моё имя.
Я заметил, что Савос Арен и Эстормо зашевелились, и предпочёл молчать.
— Простите, я ошибся! — извинился Куаранир. — Я искал другого, повыше. А этот совсем малявка.
И псиджик туда же! Сговорились, что ли?
— Ты меня обмануть пытаешься, что ли? — завопил Эстормо. — Я ещё выясню, что ты затеял!
Куаранир усмехнулся.
— Уверяю, ничего я не затеял. Я предпочитаю женский пол! — отмахнулся он и вышел из покоев архимага.
Я, вообще-то, тоже. Насчёт Эстормо не уверен, но, вроде, он тоже женщин любит. Только какое отношение имеют предпочтения Куаранира к сегодняшнему разговору?
С любимым криком «Я требую обьяснений!» Эстормо выскочил из покоев архимага Арена. Сам архимаг смотрел на меня.
— Ну и ну! — покачал он головой. — Вы с Эстормо зашли настолько далеко, что сами псиджики заинтересовались таким безобразием и пришли сюда.
Может, и у псиджиков мебель сломана, и они пришли просить меня о помощи.
— Впрочем, он сказал мне, что ты нашёл слишком мощный магический артефакт, — продолжал Савос Арен. — А это значит, что не следовало затевать игры со сферой. Да и Эстормо как-то странно на неё поглядывает. Гляди в оба, малявка, а то внимание на тебя перестанет обращать!
Вот это новость! Я сам приведу Эстормо к этому шару, если он раз и навсегда от меня отстанет. Талморец вот-вот раскусит меня, чего мне вовсе не хочется.

Выйдя из покоев архимага, я наткнулся на Эстормо. Его взгляд не предвещал ничего хорошего.
— Малборн, — обратился он ко мне, — какая жалость, что у меня плохая память на лица. Но услышав всего лишь твоё имя, я всё понял. Ловко же ты скрылся, недоросль! Эленвен всем приказала убить тебя, если попадёшься на глаза. Жаль, конечно, мебель ты хорошо чинишь. Так что я действую по её приказу. Ничего личного!
В его правой руке показалась молния. Всё-таки он меня раскусил. Я не стал дожидаться, пока он метнёт её в меня и побежал к тому пресловутому шару. Я спрятался за него, когда Эстормо метнул молнию. Попал он прямо в злосчастный артефакт.
Сфера повела себя странно. Она словно вобрала эту молнию, как-то странно мигнув. А Эстормо глаз не отрывал от неё, будто влюблённый юнец смотрел на девушку.
Я осмелился выйти и пройти мимо него. Он всё так же стоял и смотрел на сферу, не обращая на меня никакого внимания. Вот и замечательно. Стой так дальше!
Я распахнул двери Зала стихий и наткнулся на входящего Толфдира.
— Малявка, ты едва не сшиб меня с ног! — запричитал старик. — Что случилось? На тебе лица нет!
Он заметил Эстормо, который ходил вокруг сферы и всматривался в неё, не отрываясь.
— Разве архимаг тебя не предупредил насчёт неё? — спросил старик.
— О чём именно? — переспросил я.
— Что Эстормо внимание может переключить с тебя на неё! — продолжал он. — Это и случилось. Теперь она представляет для него смысл жизни!
Я вздохнул с облегчением. Этого я и добивался.

Остаток этого дня и вечер я провёл у себя, не решаясь ничего чинить. Мало ли, что стукнет в голову этим треклятым магам, если починка мебели — это постыдное дело. Но мне было скучно, и я вышел.
— О, малявка! — обрадовалась Брелина Марион. — А мне как раз нужен подопытный. Подсобишь?
Хоть этим займусь. Впрочем, судя по тому, что происходило в покоях Древиса Нелорена, ты горячая девочка, а мне не помешали бы такие опыты.
— Хорошо! — согласился я.
— Тогда стой смирно! — сказала она.
Я застыл, а она метнула в меня заклинание. Всё вокруг засветилось зелёным.
— Какой цвет ты видишь? — спросила она.
— Зелёный! — ответил я.
Она нахмурилась.
— Странно, — пробормотала Брелина. — В твоём случае должен быть голубой!
По её лицу я понял, что опыт не удался, хотя, похоже, мой случай какой-то особенный, раз она решила меня испытать.
— Походи так! — добавила Брелина. — Заклинание само пройдёт.
И она ушла дорабатывать заклинание.
Я прогулялся по двору Коллегии, не зная, чем заняться от безделья. Да и всё кругом зелёное, а в одном цвете неприятно гулять. Наконец, всё прошло, и я вернулся.
Брелина вновь опробовала на мне то же самое заклинание. Всё вновь стало зелёным.
— Но я же улучшила его! В чём же дело? — причитала она, заламывая руки.
Мне-то почём знать? Я же не маг! Она за вечер умудрилась несколько раз улучшить заклинание, но всё вокруг становилось зелёным, а не голубым. Мне жаль было расстроенную девушку.
— Может, он не такой? — спросил Дж`зарго, глядя в мою сторону.
— Такой. Это достоверно! — отмахнулась от него Брелина.
Какой это я не такой? Только этого не хватало. Такой же, как и все.
— Я такой! — подтвердил я слова Брелины Марион.
У хаджита задёргались усы отчего-то.
— Тогда ты и мне помоги! — решил он, улыбаясь во весь рот.
Похоже, ученики выбрали меня подопытным. Дж`зарго сунул мне в руку свиток.
— Прочитай его, когда столкнёшься с нежитью. Потом мне расскажешь! — попросил он.
Вряд ли я с нежитью столкнусь. Свиток любой дурак прочитать бы сумел, но хватит с меня драугров.
Пришёл Онмунд.
— Всем привет! — поздоровался он. — Как, Брелина? Получилось?
— Нет! — ответила опечаленная Брелина Марион.
— Ты говорила ведь, что из Телванни! — сказал Онмунд. — А сильнее вас магов нет!
Похоже, этот норд насмехался над девчонкой.
— Я не знаю, в чём дело! — оправдывалась Брелина Марион. — Оно должно было сработать!
Она едва не плакала.
— Что это хоть за заклинание-то? — решил узнать я.
Брелина как-то испуганно посмотрела на Онмунда, когда он выдал:
— Брелина создавала заклинание, которое выявляет гомосексуалистов! Если появляется зелёное, значит, гетеросексуал, а если голубое… Ну, ты сам понял!
А я сидел, опешив. С чего эти дурни решили, что я такой? Обидно мне стало, и я выскочил из общежития. Я не знал, куда можно спрятаться: кругом ходили волшебники. Мне казалось, что они надо мной насмехаются. Я заметил какой-то люк, поднял крышку и юркнул в него.

[Drommer-om-Doden]

Глава 4

Спойлер (раскрыть)

Место это встретило меня диким холодом и, что немало меня удивило, атрибутами для сотворения Чёрного таинства. Похоже, местные маги не всегда могли решить проблемы самостоятельно, и им тоже порой приходилось прибегать к помощи Тёмного братства. Я не раз видел, как Чёрное таинство творила Эленвен. На кого именно, мне было наплевать. Главное, не на меня. Хотя в связи с последними событиями всё возможно.
Поразмышляв недолго, кто мог бы призвать Тёмное братство, и не догадавшись, я решил двигаться вниз, надеясь не наткнуться на что-нибудь или кого-нибудь похуже.
Впрочем, хоть здесь и было невыносимо холодно, но очевидно, что кто-то регулярно сюда захаживал: встретилась парочка драугров. Конечно, их кто-то упокоил, иначе я со всей мочи бежал бы наверх. На трупах были следы горения. Неудивительно, ведь местные маги все владеют этим заклинанием. Ну, почти все, исключая меня. Я-то ученик Коллегии по недоразумению.
Впрочем, неважно, кто уложил этих драугров. Главное, дверь какая-то здесь есть. Я дёрнул за ручку. Заперто.
— Здесь никого нет! — раздалось из-за двери.
Поскольку до сих пор я считал себя здоровым на голову, то либо кто-то есть здесь, либо я всё же повредился умом. И повредился недавно совсем. Возможно, это побочный эффект от заклинания Брелины Марион.
— А с кем я говорю? — уточнил я.
— Проклятье, не умею я молчать. Ладно, заходи! — донеслось из-за двери.
Я успокоился. Похоже, мой разум в порядке.
Дверь отворилась.
— О, босмер! — услышал я. — Наконец-то, а то талморцы меня уже достали своими визитами. Сначала один таскался, сейчас другой ходит. Пришлось закрыться!
Похоже, я всё же повредился умом. Никого здесь не было, кроме голубоватого свечения над колодцем. Поскольку это Коллегия магов, то свечение меня не удивило.
Я озирался, отчаянно надеясь кого-то увидеть и убедиться, что я здоров.
— Не вертись, я здесь! — услышал я и вновь никого не заметил. — Я — это голубой свет над колодцем!
Всё же я болен. И крепко болен. Неизлечимо, раз голубой свет со мной говорит.
— Ты здоров, Малборн! — послышался тот же голос.
Надо же! И моё имя знает. Только я всё равно болен. Все предпочитают называть меня малявкой.
— Ты упрям, но всё же лучше уж ты, чем талморцы! — сказал голубой свет. — А я никогда не опускался до того, чтобы судить по внешнему виду, например, малявкой называть.
Ой, мамочка моя. Твой сын здоров.
— Убедился? — спросил голубой свет.
Я уже смотрел на него.
— А вы не соизволите представиться, сударь? — обратился я к нему, понимая, что если бы кто-то видел меня сейчас, то решил бы, что я умалишённый.
— А, так ты даже не специально пришёл? — спросил свет. — Те, кто приходили, знали, что я Авгур Дайнлейнский!
Что-то знакомое в этом имени было. Точно! Псиджик просил его найти! Только неприятные и необоснованные обвинения в мой адрес привели к тому, что я позабыл про это начисто.
— Так это тебя просил найти Куаранир! — сказал я ему.
Мне показалось, что свет вздохнул.
— Странно, — отозвался он. — Псиджики давно здесь не появлялись. Даже к способным не приходили, а к тебе пришли. Видимо, ты не так прост, как кажешься, Малборн. Так и есть, учитывая, что ты долго водил за нос талморцев, а потом местных магов. Это с виду ты простачок.
Ни в жизнь бы о себе такого не подумал. Впрочем, похоже этот Авгур не собирался меня журить и понукать.
— Ты не ищешь опасных знаний и на Око Магнуса тебе наплевать, — продолжал Авгур Дайнлейнский. — Оно для тебя только средство развлечения. И отвлечения. Талморец ведь приходил сюда в поисках ответов на вопросы об Оке, но я, конечно, ничего ему не сказал. Скажу тебе как незаинтересованному.
Так вот как называется этот шар! Око Магнуса. Красиво и мистично. Я приготовился слушать.
— От любой болезни есть лечение, так и на любой сильный артефакт должно найтись то, что его сможет нейтрализовать. Это необходимо, иначе быть беде. В любом случае передай архимагу, что надо найти Посох Магнуса. Пускай лучше лежит на всякий случай, если Эстормо вздумает что-нибудь с Оком делать, — рассказал Авгур.
Это несложно. Передам.
— А зачем Око Эстормо? — спросил я.
— А поди пойми этих талморцев! — ответил Авгур Дайнлейнский. — Захотел могущества, вечной жизни и сделать так, чтоб вновь не оказаться на побегушках у Анкано.
Так-так! Кое-что проясняется. Похоже, Анкано был здесь до него, но исчез. Интересно, куда. Судя по словам Авгура, Анкано жив.
— Не стесняйся, спрашивай прямо! — заметил Авгур. — Да, Анкано жив. Лучше б помер, если честно, а то достал меня своими визитами. Этот альтмер упрям и не хотел уходить, пока я не отопру дверь. Когда он исчез, я и перестал запираться. Не думал, что Эстормо заявится сюда.
— А где же Анкано? — поинтересовался я. Любопытно же! Тем более что я его с посольства знаю.
— Ай, не спрашивай лучше! — мне показалось, что Авгур хохотнул. — Анкано хоть не задавал вопросы вроде тех, как можно очаровать кого-нибудь. В отличие от Эстормо.
Вот это да! Мне любопытно, кого же захотел очаровать Эстормо. Вряд ли он позарится на Колетту Маренс. Может, Мирабеллу Эрвин. Хотя, нет! Скорее всего Фаральду или Нирию. Брелину Марион я не брал в расчет. Поскольку она данмер, то вряд ли откажет ему. Нет, шлюхой её не назову. Просто природа данмеров такая. Это всё равно, что обвинять хаджита или аргонианина в наличии хвоста, потому что люди и меры бесхвостые.
— Осмелишься спросить, кого хотел очаровать Эстормо? — подначивал Авгур.
— Да мне всё равно! — ответил я и развернулся, чтоб уйти.
— А должно быть не всё равно, — остановил меня Авгур Дайнлейнский. — Он спросил, как тебя очаровать, учитывая, что ты гетеросексуал.
Сердце ушло у меня в пятки. То-то же решили, что я такой, раз находился в комнате Эстормо. Ой, мамка родная! Лучше смерть, чем такой позор. Надо что-то делать. Хотя, что тут сделаешь? Сматываться из Коллегии, да и всё! Но куда я пойду?

Я не верил, что Эстормо такой. Уже было поздно, когда я вылез из люка. Только ученикам не спалось.
— Брелина улучшила заклинание, и теперь не отвертишься! — сказал Онмунд. Он и Дж`зарго светились зелёным.
— Да. Мне теперь спрашивать не надо! — подтвердила Брелина. — Теперь видно сразу, и никто не солжёт.
Она запустила в меня заклинанием, и я глядел, как от меня пошло зелёное свечение.
— Что? Опять не работает? — расстроилась Брелина Марион.
И тут я уже не выдержал.
— Это всё потому, что я не такой! — завопил я на всю Коллегию. — Я не знаю, с чего так решила Брелина. Если ты ходишь в комнаты к мужчинам только за этим, то это вовсе не означает, что я делаю так же! Я всего лишь чинил стул! Вам ясно?
Ученики молчали, пристыдившись. А я пошёл спать.

— Ты… Того! Прости нас, Малборн! — извинился Онмунд за завтраком. — Просто… Эстормо… Ну-у-у! В общем, мужчин предпочитает!
Интересно, откуда он это знает.
— Я как создала это заклинание, так и опробовала на нём! — объяснила Брелина Марион. — Он бегал по Коллегии и угрожал разобраться со мной, если этот голубой цвет не исчезнет.
Вот это да! Ай да Эстормо!
— Потом в моей комнате кто-то все свитки сжёг и украл зелья, — продолжала Брелина. — Зол он был, что его разоблачили и насмехались.
— А кто-то моим родственникам написал, что я амулет Энтиру продал. Нашу семейную реликвию! — добавил Онмунд. — Они письмо прислали, чтоб я никогда не появлялся. Мало того, что опозорил семью, поступив в Коллегию, так теперь ещё и это.
— А у Дж`зарго блохи завелись! — поплакался Дж`зарго. — Откуда, если Дж`зарго здесь единственный хаджит?
В подтверждение своих слов хаджит поднял заднюю ногу и стал чесаться за ухом.
Очевидно, мне повезло, потому что я в это время был в Саартале. Или не повезло — этот талморец на меня глаз положил. Сперва мучил, намекал, а потом понял, что это не пройдёт, решил убить.

Похоже, Эстормо окончательно свихнулся. Он не видел никого и ничего вокруг, что немало меня порадовало, в отличие от местных магов. Видимо, он не спал ночь. Под глазами легли тени.
Как по мне, так пускай всегда тут ходит. Авось, загнётся от голода и усталости. Только Мирабелла Эрвин мою точку зрения не разделяла.
— Эта сфера словно подпитывает его! — сказала она.
Это плохо. Я не отверчусь потом. Надо от этого чокнутого избавиться, но как? Интересно, Чёрное таинство пройдёт, если его творил кто-то до меня, или надо самому ингредиенты добывать? Надо в Мидден. Авось, получится. Правда, платить мне убийцам нечем.
Я вздохнул. Выхода нет, похоже.
И тут я вспомнил о Посохе.
— Мирабелла! — заявил я. — Посох Магнуса надо бы найти.
Мирабелла Эрвин удивилась, услышав от меня это. Пришлось ей рассказывать. После она едва ли не волоком притащила меня к Савосу Арену.
— Архимаг! — завопила она с порога. — То псиджики к нему приходят, то Авгур с ним беседует! Да что ж это творится?
В отличие от бретонки, Савос Арен был спокоен, когда я упомянул о Посохе Магнуса.
— Ты про него узнал, ты и ищи! — сказал мне архимаг.
Ой, я рад бы. Знать бы ещё, где. Абы не в талморском посольстве. Только наивен я был, полагая, что страшнее посольства ничего нет. Впрочем, обо всём по порядку.
Вмешалась Мирабелла Эрвин.
— В Мзулфте Синод что-то искал! — вспомнила она.
Я впервые увидел архимага разозлённым.
— Эти… Синод? Какого даэдрота этим н`вахам там надо? — возмутился он. Раз данмер назвал кого-то н`вахом, значит, испытывает к нему отнюдь не дружеские чувства.
— Мне почём знать? — ответила Мирабелла. — Малборн и выяснит. Он с Оком Магнуса игры затевал? Затевал! Эстормо к нему подвёл? Подвёл. Неизвестно, что стукнет в голову этому талморцу.
Похоже, от меня решили избавиться. Судя по названию, Мзулфт — двемерские развалины. А в них соваться — чистейшее самоубийство.
Я пошёл в общежитие собирать вещи. Я не в Мзулфт собрался, а уходить из Коллегии.

Легко сказать — собрался уйти, а на самом деле…
Перейдя мост, я мало того, что поскользнулся и едва не научился летать, так ещё и столкнулся с Фаральдой, оживлённо спорившей с каким-то магом. Я их обойти не мог.
— Вы мне скажите, что у вас тут творится?! — настаивал маг.
— Это тебя не касается, член Синода! — отрезала Фаральда.
— Осмелюсь заметить, что я не член Синода, а его мозг! — гнул своё маг. Имперец, похоже.
— Да ты в своём Мзулфте пробыл так долго, что свихнулся! — ругалась на него Фаральда.
Что? Мзулфт? Мирабелла Эрвин упоминала про эти двемерские развалины. Я решил вмешаться. Вернее, просто схватил этого имперца под руку и потащил через мост. Зато, возможно, он расскажет о Мзулфте, а мне удастся и дальше здесь прятаться.
— Малявка, тебе что? Эстормо мало? — крикнула мне вслед Фаральда.

Архимаг был зол. На меня, конечно же. На кого же ещё?
Фаральда была права — этот имперец, представившийся как Парат Декимий, свихнулся основательно.
— Вы что? Решили сорвать наше исследование? — кричал он.
— Помилуйте! — оправдывался Савос Арен. — Мы в ваши дела не лезли, не лезем и не будем лезть! С полоумными связываться — себе дороже. Лучше расскажите, в чём нас обвиняют.
Парат Декимий помолчал, раздумывая, наверное, стоит ли рассказывать нам о своих исследованиях.
— Я последний выживший! — начал он. — И это хорошо, потому что открытие принадлежит мне. Так я думал, пока ваша Коллегия не вмешалась и не сорвала мне всё!
Ну и чокнутый. Я не выдержал. Просто встал перед ним, приподнялся на цыпочки, хотя выше его при этом не стал, и сказал:
— Хватит! Если ты не вернёшь себе здравое мышление, то… — я задумался, что мог бы сделать с ним. И придумал: — Эстормо позову, талморца местного! А он мужчин любит. Настолько тут всех достал, что пришлось его поставить у Ока Магнуса, чтобы отстал.
Парат Декимий замолчал. Очевидно, с мужеложцем ему общаться не хотелось. Да и Талмора боялся, видимо. Но он выдал другое:
— Око Магнуса! Вот, что мешает мне проводить исследования!
Не знаю, чем это закончилось бы, но вбежал Толфдир.
— Эстормо окончательно свихнулся! — завопил он.
Здесь все и до этих событий были… Того!
Савос Арен выбежал за Толфдиром, а мы с Паратом Декимием побежали за ними. И увидели, что вход в Зал стихий преградил невидимый барьер.
— Этот треклятый талморец устроил взрыв! — орал Толфдир.
— Надо посмотреть, что в Винтерхолде, а то мало ли! Вдруг город в опасности! — сказал я.
На самом деле я не собирался смотреть, в опасности ли город. Я рассчитывал просто слинять.
Но я в последнее время невезуч. В городе летали какие-то светящиеся частицы. Я завопил и бросился назад в Коллегию, но столкнулся с Паратом Декимием, который начал в них стрелять огненными стрелами, вроде, потом ещё чем-то. Очевидно, подбирал, чем их лучше уложить. Молодец, чокнутый!
Прохожих не было. Даже стражников. Только Неласар выскочил из таверны и начал палить в эти частицы магией.
А сам я вопил и бегал между этими частицами. Само собой, они выбирали меня и летали за мной.
— Отвлекай их, малявка! — услышал я голос Фаральды. И она решила помочь.
А я всё носился.
— Остынь, малявка! Мы их всех уложили! — окликнул меня Неласар.
Ух, неужели! Но меня трясло.
Парат Декимий взял меня под руку и поволок назад в Коллегию.

В Зале стихий я застал Мирабеллу и Толфдира, пытающихся снять барьер. Зря они старались. Вообще, сматываться надо. Впрочем, снять барьер им удалось, и они пошли к Эстормо, палившему каким-то заклинанием в шар.
— Эстормо, я приказываю тебе прекратить! — услышал я голос Толфдира.
Ага, так он тебя и послушал. Не знаю, что сделал Эстормо, но сперва выскочил и упал Толфдир, а потом Мирабелла Эрвин.
Толфдир подскочил, будто молодой, зато красавица Мирабелла не смогла подняться и привалилась к стене. Я подошёл к ней.
— Не беспокойся, малявка! — отмахнулась она. — Ты кашу эту заварил, ты и расхлёбывай. А точнее, найди Савоса Арена.
Да с удовольствием.
— Пойду поищу. Кажется, я видел его в Винтерхолде! — искал я повод смыться.
Смыться мне не удалось — Савос Арен лежал во дворе Коллегии. Труп трупом. Вокруг него бегала Колетта Маренс, отчаянно пытаясь применить свою школу восстановления.
— Да тут только некромантия спасёт, Колетта! — крикнул ей Финис Гестор.
Она совсем опечалилась.
Ну и трус же я, думал в первую очередь, как бы смыться, а они помогают друг другу.
— Передумал? — спросил Парат Декимий.
— Да, — ответил я. Похоже, он бывает порой в здравом уме.
Мы пошли к Мирабелле. Я по дороге позвал Колетту Маренс. Мирабелле нужна её помощь.

В Зале стихий Колетта Маренс захлопотала вокруг бретонки.
— Школа восстановления — это полноценная школа магии! — болтала Колетта.
— Полноценная, только если ты меньше болтать будешь! — заметил я.
Да, решив погеройствовать и остаться, я явно переборщил. Чем я им помогу?
— Савос Арен погиб, — сообщил я.
Все сникли.
— Значит, и нам конец, — пробормотал Толфдир.
— Не конец, если смотаемся вовремя! — обнадёжил я его.
— Что? И бросить Коллегию? — хором завопили маги и пошли на меня.
И тут я понял, что ляпнул что-то не то. Они растерзают меня за такое. Потом оживят и еще раз растерзают. И то, это в лучшем случае. А в худшем закинут к Эстормо, а мне крутись потом, как хочешь. В таких ситуациях я умел соображать порой.
— Парат, а что ты видел в Мзулфте? — спросил я.
Парат Декимий заговорил. Он говорил долго, нудно и сыпал непонятными терминами. Неважно. Главное, что это помогло. Он рассказал про какую-то проекцию звёздного неба, но её не удалось увидеть, а увидел карту Тамриэля, на которой было две помехи: одна у нас, в Коллегии, а вторая — в Лабиринтиане.
Надо же, я сам заговорил, как этот чокнутый. Впрочем, его поняла Мирабелла. Она позвала меня.
Я не понимал, зачем она носит такую сумку. Она порылась там и достала какое-то большое кольцо.
— Вот, малявка! — заявила она. — Ты заварил эту кашу, ты и расхлёбывай. Пойдёшь в Лабиринтиан. Остальными я рисковать не буду.
Так-так! Мной, значит, рисковать можно! Ну и пускай ваша Коллегия рухнет в пропасть. Когда-то она выстояла, но тогда, видимо, новая ещё была.
Впрочем, Мирабелла сейчас поговорила с Паратом Декимием.
— А чтоб ты не сбежал, то пойдёшь с Паратом Декимием! — добавила бретонка.
Так-так! Решили избавиться от надоевшего бездаря и члена Синода. Ладно, смоемся вместе с Паратом. Может, уговорю его взять меня в Сиродил.

[Drommer-om-Doden]

Глава 5

Спойлер (раскрыть)

Уговорить Парата Декимия взять меня в Сиродил не удалось, равно как и не идти в Лабиринтиан. Чокнутый учёный прямо воспылал желанием сунуться туда. Учитывая, что он много времени провёл в Мзулфте, я понадеялся, что он способный, хотя в Лабиринтиан соваться — самоубийство даже для сильного мага.
Мне оставаться одному среди заснеженного Скайрима не хотелось, зато пришлось тащить на себе не только мои вещи, но и пожитки Парата Декимия, которых, к счастью, было немного. Сам имперец считал ниже своего достоинства таскать свои же вещи.
И лагерь разбивал я, и готовил я. Всё лучше, чем слушать бред учёного, ни словечка из которого я не понимал.
Впрочем, пришли. Я сверился с картой, убедившись, что это и есть тот самый Лабиринтиан. Вроде тихо. Но не зря ведь торговые караваны обходят его стороной, и поэтому я ожидал всего. Может, дракон там поселился, уж не говоря о нежити. Может, вампиры или вервольфы обосновались.
Ох, и материальны же мысли! Впрочем, по порядку.
Мы поднялись по лестнице, когда на нас бросился ледяной тролль. Парат Декимий начал жечь его огнём, а я спрятался за спину имперца. Только зря — сзади показался ещё один. Парат сжёг этого, а будь я магом, то справились бы, наверное, но магом-то я не был. Мало нам троллей, выскочили откуда-то два вервольфа. Ой, родненькие! Сейчас наверняка встретимся и с вами! Бежать-то некуда.
Вервольфы, сами того не зная, сослужили нам службу — они разодрали троллей и принялись их есть, а я не знал, то ли припуститься бежать, то ли надеяться, что троллей им хватит, и они нами с Паратом не закусят. Хотя кто их знает, вервольфов этих.
Оборотням троллей хватило. Они поели и вдвоём ушли. Я стоял ни жив, ни мёртв, пока меня за руку не дёрнул Парат Декимий. Ты куда меня ведёшь, чокнутый? Назад надо без оглядки!
Попадались тролли. Мёртвые, к счастью. Я не успел подумать, кто их уложил — многовато тролльих трупов для вервольфов. Обожраться и лопнуть можно, если только не для запасов старались.
Парат Декимий привёл меня к двери. Она была без ручки. Я с облегчением вздохнул, что придётся уйти, не солоно хлебавши, свалив всё на несчастную дверь.
— Вставляй кольцо, которое тебе Мирабелла дала! — приказал учёный.
Пришлось это сделать, куда же деваться!
А я понял, зачем Мирабелла Эрвин именно мне его дала — кто-то так выдрал, что, не зная, как вставить, не войдёшь внутрь. К счастью, инструменты тоже были при мне, и я принялся за работу.
Возился я довольно долго. Да ещё и отвлёк кто-то.
— Что это вы тут делаете? — услышал я.
Я обернулся и увидел людей весьма воинственной наружности.
— Э-э-э… Дверь сломана. Надо бы починить! — ответил я.
Все четверо вытаращились на меня. Зрелищное зрелище.
— Пришли сюда, где обитают ледяные тролли, чтоб дверь починить? Ну-ну! — недоверчиво протянул один из вояк.
Я присмотрелся к ним — все четверо были нордами. Вернее, три норда-мужчины, а одна — женщина.
— Здесь не только тролли обитают, но и вервольфы! — заметил я. — А такой красивой девушке лучше с ними не связываться!
Здесь я не польстил, девушка, и правда, хороша. Рыжая, стройная и не скрывала фигуру под бронёй. Вернее, броня скорее отсутствовала, а прелести были выставлены напоказ. В силу маленького роста мне хорошо были видны эти прелести. Да, иногда мой рост служит мне добрую службу.
— Чтоб я — и каких-то троллей испугалась? — хихикнула девушка.
Троллей? И ни слова про вервольфов. Странная девица. Очевидно, я не один это заметил. Парат Декимий хмыкнул в ответ на это.
— Так что же вы здесь делаете? — вновь спросил нас лысый одноглазый норд. Второй глаз был затянут бельмом.
— Мы здесь по заданию Коллегии магов! — отозвался я.
Все четверо дружно хмыкнули.
— Ну и задания у вас! Сначала суёте нос в Саартал, потом взрываете Коллегию, теперь и в Лабиринтиан носы суёте! — журил нас довольно молодой норд.
Я оторвал взгляд от красавицы и заметил, что рядом с ним стоял ещё один, точно такой же.
— Придётся вам всё рассказать! — заявила красавица.
О да, красотка! Для тебя что угодно. Даже если ты талморская шпионка.

Эти четверо шпионами Талмора не были, как и легионерами или Братьями Бури. Более того, они Соратники. Они поведали, что Лабиринтиан зачищать их нанимают регулярно, чтоб торговые караваны проходили через него, но ледяные тролли, очевидно, успевают дать потомство и вырасти. Во всяком случае, им работы здесь хватало.
Зато про вервольфов ни словечка. Это как-то странно.
— Морды бы вам начистить за такие делишки, да испепелить на месте можете, маги! — бросил один воин.
— Фаркас, погоди. Морду мы всегда успеем начистить, — остановила его красавица. — Надо понять, откуда ледяные тролли берутся. Может, вылезают?
— Эйла, ты предлагаешь и нам сунуться внутрь? — спросил ещё один молодой человек, очевидно, брат-близнец Фаркаса.
— А почему бы и нет, Вилкас? — заговорил лысый норд. — Разомнёмся заодно!
— Я согласна со Скьором! — кивнула девушка. — На охоту!
Вот так я и узнал имена всех четверых. Только вряд ли решусь называть близнецов по именам. Я никогда не понимал, как их вообще различают, близнецов этих.
Уже у двери я заметил, что нас не шестеро, а в два раза больше. И откуда прибывают?
— Савос Арен? Вы живы? — спросил я.
Он был молодой ещё, но сомнений, что это кто-то иной, не было.
Сам Савос Арен уговаривал ещё пятерых идти с ним. Соратники и Парат Декимий уставились на меня.
— А ещё про меня говорят, что я свихнулся! — произнёс имперец.
То ли он спугнул их, то ли от всех событий и я с ума сошёл, но Савоса Арена и остальных уже не было.
Починил дверь я на славу: кольцо не выпало, а осталось там, где и должно быть. Дверь открылась, и мы вошли внутрь.
Поджилки тряслись, конечно, хотя никого не было. Пока никого. Но стоило пройти дальше, как на нас набросилась толпа скелетов. Впрочем, Соратники и Парат Декимий легко с ними справлялись. Пускай, а мне надо спрятаться.
Но какое там! Не с моим везением! Из земли вылез скелет дракона и пополз прямо ко мне. Так я и оказался отрезан со всех сторон.
Ой, батюшки! Страха я натерпелся наперёд. На всю жизнь хватит, если не встречусь с родными раньше положенного. Впрочем, страх подталкивает к великим делам. Именно от страха я нащупал в кармане свиток, который мне как-то дал Дж`зарго. Как знать! Может, поможет.
Я развернул и прочёл его. И тут же загорелся.
Батюшки! Что этот кот блохастый сделал? Я же сгорю заживо! Не так я хотел помереть. И вообще, умирать я не хотел. Я завопил и начал носиться, надеясь затушить огонь. Какое там! Он распространялся. Хорошо, хоть скелеты полыхать начинали. Даже скелет дракона загорелся.
— Ты что делаешь, маг чокнутый? — крикнул кто-то из близнецов. Поскольку я их не различаю, то имя не назову.
Зато вся нежить сгорела. Каким-то чудом я даже ожогов не получил. Но взглянув на себя, понял, каким именно чудом — я не знаю, на что именно была зачарована бывшая одежда Энтира, но сейчас она сгорела начисто. Хорошо, хоть бельё на мне осталось, иначе я сгорел бы не от огня, а от стыда.

Меня выручил Парат Декимий. Почти выручил, отдав мне запасную мантию, которая волочилась по полу. Хоть наготу прикрыла. Только подол постоянно цеплялся. Я чувствовал себя девочкой, решившей надеть мамино платье.
Как бы то ни было, пришлось идти дальше. Мы повернули направо. Я придерживал подол мантии и плёлся за всеми.
Мы пришли в комнату, в которой было что-то вроде замороженной двери. Я потрогал — не открыть. Рука замёрзла.
— Ты пришёл, Арен! — услышал я. — Где ты такую нелепую мантию откопал?
Где-где? Да у членов Синода такие безвкусные вещи. Что дали, в том и красуюсь. Впрочем, меня приняли за Савоса Арена. Очевидно, говоривший это страдал близорукостью. А вообще, кто это говорит?
Я не успел подумать, как на меня попёрли два драугра — один обычный, а второй из замороженной двери вылез.
Эй, ребятки! Я невкусный! Парат Декимий куда вкуснее. Я ринулся за спину имперца, но запутался в мантии и упал, а Парат стал жечь их огнём. Соратники тоже не зевали и покрошили их.
Парат Декимий, хоть и чокнутый, но соображал порой хорошо. Он начал жечь огнём эту дверь. Она на глазах растаяла, а мы прошли. Лужу, оставшуюся после оттаивания, я вытер подолом мантии. Ненарочно, конечно.
Мы вышли в огромное помещение, от которого вниз вёл спуск. Конечно, я как самый важный член этой экспедиции, находился позади всех и просто наблюдал, как Соратники и Парат крошат и жгут драугров. Сам не вмешивался. Мало ли, что со мной случится.
— Ты как был трусом, так и остался таковым, Арен! — послышалось снова.
Савос Арен трус? Ну-ну!
Мы спускались всё глубже, пока не вышли к мосту.
— Фас, ребята! — услышал я, и стоявшие на мосту драугры ринулись на нас. Ох, зря они это сделали. Соратники не даром сюда пришли. Спасибо им. Может, и мне к ним присоединиться? Ага! Как же! Научусь, как и магии в Коллегии.
Впрочем, похоже, мы спустились на самое дно. Даже река тут была! С дверью возле неё.
— Если б ты не позвал кучу охраны, то был бы мёртв, Арен! — сказал тот же голос.
Согласен целиком и полностью. Так только одежды лишился. И Парату Декимию за мантию задолжал.

За дверью было помещение, в котором воды стояло по колено. А мне и по пояс. К счастью, тропа вела наверх. Встречалась нежить, но я как-то уже привык к ней. Ещё бы не привыкнуть с такой охраной.
— Обсохнуть не хочешь, Арен? — вновь раздался голос.
Нет, мерзавец издевается. Конечно, хочу, но помереть от драугров нет. Глупый вопрос.
Мы вышли к воротам, рядом с которыми был рычаг. Я и дёрнул его. И даже пошёл вперёд, наткнувшись на туманную женщину. Может, она и красавица, только одержима убить. Взвизгнув, я отбежал и смотрел, как остальные крошат её. Даже Соратникам она далась тяжело.
Я бежал за ними, пока мы не пришли к огненной двери. Парат Декимий сегодня явно пребывал в здравом уме. Он пальнул в вылезшего горящего драугра морозным заклинанием. Потом и двери досталось.
— Я даже не успел ничего сказать! — подивился голос.
За дверью я увидел Савоса Арена. Кажется, в его полку убыло, в отличие от моего.
— Ты во что меня втравил? — заорал я Арену.
Тот не обращал на меня никакого внимания. Сложилось впечатление, что он просил идти дальше.
— Что это с ним? — спросил кто-то из близнецов.
— Свихнулся, очевидно! — ответил Парат Декимий.
Уж кто бы говорил! Хотя за мантию спасибо, конечно, пусть она мне и велика.
А вот чем дальше в Лабиринтиан, тем призрачнее драугры. Впрочем, от мечей соратников они валились только так.
Какие-то создания, похожие на собак, появлялись. Но и они не представляли опасности. Вернее, это я так громко выразился. Самого меня трясло, когда я такое видел. А Соратники ничего, похоже, не боялись вообще.
— Не трусь, босмер! Мы с тобой! — ободрила Эйла и приобняла меня.
О да, милая девушка! Рядом с тобой я вообще ничего не боюсь. Ох, что я несу? Это рядом со мной женщина не должна ничего не бояться.
— Наконец ты признал, что трус! — порадовался голос. — Но ты не Арен! Ха-ха! Вот уж не думал, что встречу кого-то трусливее его.
Тебе повезло, приятель. Ты его встретил. Я не знаю, кто ты, но гляди, пока я не помер от страха.

Мысли материальны. Я его увидел. Драконий жрец с посохом. Похоже, от посоха на меня нашло помешательство. Как у Эстормо от вида Ока. Как Око с посохом созданы друг для друга, так и мы с Эстормо для…
Тьфу, о чём я подумал? Эти треклятые магические артефакты сбивают напрочь с нормальной ориентации. Иначе как обьяснить то, что я подбежал к этому драконьему жрецу, схватил за посох и стал тянуть его на себя. Даже в мантии не запутался!
Жрец то ли захохотал, то ли закричал, но посох не отдавал. Я тоже не уступал.
— Держи его, малявка! Мы пока с остальными разберёмся! — крикнул кто-то из мужчин.
С кем они разберутся, я не понял. Наверное, с теми, кто подпитывал жреца. И разобрались же! Лучи, подпитывавшие драконьего жреца, исчезли. А я просто взял и вырвал посох из его рук.
Оказывается, палить из посоха легко, но надо прицеливаться. А это мне не удавалось. Я едва не попал в Парата Декимия, который просто подбежал и отвесил мне подзатыльник. А Соратникам всё нипочём — они гурьбой накинулись на жреца, который тут же превратился в кучу пыли. Сверху упала маска, которую я и поднял.

Никогда я не видел плачущего Савоса Арена. Сейчас увидел.
— Простите меня! — прокричал он. Потом исчез.
Вот откуда в его глазах постоянная грусть была. Набедокурил он, потом всю жизнь раскаивался. Жаль, что мы так мало общались.
Кто-то тронул меня за плечо.
— Выход есть! — указал Парат Декимий.
Я поплёлся за остальными, путаясь в мантии. Не мог я её придерживать. Мои руки-то были заняты: маска в одной, посох в другой. А надо было — в один момент я просто споткнулся и упал.
Пока вставал, Соратники и Парат Декимий ушли вперёд. А меня кто-то схватил за руку и рывком поднял. Я запрокинул голову.
Ох, зря я сюда притащился. Страху только натерпелся. Не надо оно мне было. Всё равно встреча с родными мне обеспечена.
К чему я клоню? Передо мной стоял сейчас талморец. И его я знал — Ондолемар.
— Малборн? — не менее меня удивился он. — Тебя уж обыскались. Не думал я, что тут тебя встречу!
Раз не думал, то зачем припёрся? Вслух я не спросил. Но он всё равно ответил.
— В последнее время твоё исчезновение мало кого волновало. Эстормо выжил из ума, и мы решили ликвидировать его. Я пришёл за посохом и нашёл короткую дорогу, — рассказывал Ондолемар.
Тьфу, как не везёт, так с самого начала. Стоило столько ходить тут.
— Впрочем, ты нашёл посох, ты и ликвидируй Эстормо! — закончил Ондолемар.
О да! Они всегда выражаются так. Например, не скажут «Грохни его» или «Завали его», а именно «Ликвидируй».
— А я? — спросил я о себе.
Ондолемар фыркнул.
— А ты зачем мне сдался? В посольстве, конечно, скучно. Поболтать не с кем! Твоё общество мне было приятно! — сказал он.
Да, этот странный талморец отличался болтливостью. Он часто облокачивался о стойку и болтал со мной. Я не против был с ним пообщаться. Хотя после Эстормо, кто его знает. Может, следовало прятаться.
Мы вышли. К нам подошли остальные, с любопытством разглядывая талморца, который, в свою очередь, уставился пониже лица Эйлы, что немало меня успокоило. Женщин он предпочитает.
— Доведём вас до Вайтрана, а там наймёте повозку и поедете, куда хотите! — решил Скьор.

В Вайтране вышел спор. Повозка была одна. Ондолемар хотел в Маркарт, а Парат Декимий — в Рифтен, а оттуда двинуться в Сиродил.
Я с ними не спорил, а просто нанял повозку до Винтерхолда. И правильно сделал, потому что все маги были снаружи.
— Малявка! — сказал Толфдир. — Я уж каялся, что пустили тебя в Лабиринтиан, а ты живой и невредимый! — Я молчал. — Вернее, Мирабеллу хотел похаять, но о покойных плохо не говорят! — продолжал Толфдир.
Что? Красавица Мирабелла погибла?! Ну, держись, сукин сын!
Я взмахнул посохом, а заряд из него ликвидировал невидимую стену. Тьфу! Я уже выражаюсь, как талморец.
Спотыкаясь и путаясь в полах мантии, я побежал в Коллегию.
Застал Эстормо у сферы.
— Направь посох на сферу! — велел Толфдир.
Я его послушал. Мамочки! Она же разделилась! Эх, а я так рассчитывал погонять её, когда всё закончится…
Впрочем, она сложилась заново, когда маги изрешетили Эстормо заклинаниями.
Я обрадовался, подпрыгнул и спихнул её с колодца. После на радостях принялся пинать этот шар.
Его кто-то пнул назад мне. Оказалось, Куаранир.
— Ты что делаешь с магическим артефактом, малявка? — спросил он.
— То же, что и ты только что! — парировал я.
Куаранир запнулся.
— Надо бы назначить нового архимага и забрать Око Магнуса, пока вы не набедокурили опять.
Ещё чего! Просто так взять и отдать?
— Малявка, будь ты тут главным, а то на Коллегию смотреть тошно! — продолжал Куаранир. — А ты ремонт сделаешь!
Ох, только этого не хватало. Остальные молчали. Наверное, не смели перечить псиджику.
— Нет уж. Я лучше архимагом не буду, а Око останется у нас! — отказался я.
Остальные маги Коллегии меня поддержали.

Как псиджики настояли? Да, никак! Куараниру понравилась игра, и мы просто решили погонять злосчастную сферу. Вышли во двор. Только ворота уже никуда не годились. Пришлось поставить Онмунда, чтобы ловил этот шар в случае чего. Псиджики решили уравнять условия и выставили у Зала стихий своего.
Мы пинали эту сферу, маги Коллегии против псиджиков. Одно условие было — руками её не трогать. И мы проиграли, поскольку высокий псиджик-альтмер ловил её, а Онмунд часто пропускал, отчего сфера скатывалась по мосту.
Вот и вышло, что Око Магнуса досталось псиджикам, а мне — должность архимага и ремонт Коллегии.

[Drommer-om-Doden]

Эпилог

Спойлер (раскрыть)

— Как игру-то назвали? — спросил Анкано.
Я подивился его любопытству.
— Футбол! — ответил я. — Арнел Гейн предложил. Фут — стопа, бол — шар.
Мы не играли с тех пор, как псиджики забрали Око Магнуса. Но неспроста игра вспомнилась.
— Теперь на Коллегию посмотреть приятно! — услышал я. Псиджики вновь явились, словно из ниоткуда. В руках Куаранира был шар. Не Око, гораздо меньше и проще.
— Понравилось нам! — объяснил он. — Только однобоко скучно играть. Вот мы и пришли — псиджики против магов Коллегии Винтерхолда!
Ага, хитренькие какие! Натренировались там у себя! А у нас толкового вратаря даже нет. Хотя как нет? Анкано же появился!
— Да как ты смеешь мне такое предлагать? — завопил талморец.
Ну уж нет! Раз здесь бездельем маешься, то у ворот постоишь. Руки у вас, альтмеров, загребущие.
Я вышел из покоев. Остальные обрадовались появлению псиджиков и моей идее.
Уже стоя во дворе, я наблюдал, как Финис Гестор и Онмунд тащили дрыгающего ногами Анкано к воротам, которые я запер, чтоб талморец не сбежал, чего доброго. Никуда не делся, пришлось ему стоять. Правда, он ввернул пару фраз с такими словечками, что мои уши едва не свернулись в трубочку. Но на это Онмунд у него спросил:
— Ты тяжёлый, талморец. Сколько же ты жрёшь?
И багровый Анкано никуда не делся.

Толфдир сунул два пальца в рот и свистнул. А мы побежали к мячу и начали пинать, вырывая друг у друга.
Хоть мы и не тренировались, но результатом остались довольны. Я оказался прав насчёт Анкано, хороший из него вратарь вышел.
Мы не выиграли, но и не проиграли. Ничья получилась.