Храброе сердце

Как было на самом деле
Статут об оружии, изданный парламентом Роберта I в декабре 1318 г., требовал, чтобы каждый мирянин с землей или собственностью на 10 фунтов [вероятно, горожане и крестьяне побогаче], «имел для своего тела при защите королевства подходящий акетон [стеганка, acton / aketonam], бацинет (basnet / bacinetum) и пластинчатые перчатки (gluffis of playt / cyrotecas de guerra) , с копьем и мечом». «Тот, у кого нет акетона и бацинета, будет иметь хороший обержон (hobirgellum) или хорошую железную [кольчугу] для тела» и железную шапку (шапель-де-фер, capellum de ferro) , с пластинчатыми перчатками (а также, возможно, с мечом и копьем). Всё это следовало завести к середине апреля следующего года, для 10-фунтовых – под угрозой полной конфискации имущества (половина королю, половина лорду). Король повелевал, дабы каждый шериф вместе с лордами провели расследование касательно этого и немедля устроили после 15 апреля смотр.
Обе этих категории, несомненно, и есть «middle folk», йомены, свободные держатели и горожане. Они составляли ядро шотландской армии . Но все же не всю армию – больше было тех, кто победнее («малый люд») и владел собственностью, эквивалентной стоимости одной коровы. Эти персоны, согласно статуту, обязаны были обзавестись «добрым копьем или добрым луком со связкой стрел, а именно двадцать четыре стрелы с подобающими (деталями экипировки)». В случае нарушения королевской воли им грозило то же наказание, что приведено выше. Вероятно, первые две категории должны были составлять первые ряды шилтронов, а малый люд – задние шеренги построения.
Законодательство Брюса, похоже, лишь следовало за укоренившейся практикой и личным опытом . Если верить традиции: «Не было доспехов у людей Уоллеса… Но только меч и нож». Но то, что армия Уоллеса состояла из одних безземельных крестьян – миф, там хватало и свободных держателей земли с определенным достатком. Тот же Хэри Слепой постоянно упоминает доспехи у людей Уоллеса. Описывая войска Уоллеса после Стерлинга, он пишет, что они были отлично экипированы и в «блестящих доспехах», а перед вторжением в Англию Хэри (конечно, отражая современную ему практику подготовки набега) рисует следующую картину: Уоллес собирает людей, и велит «распределить между ними доспехи и коней, достаточно оружия, которого могло им хватить» .
Английские описания битвы при Бэннокберне говорят, что шотландская пехота была в шлемах (бацинетах, как видно из Барбора, описывавшего баталию Рэндолфа), «сплотив щиты», с секирами и «прочим оружием войны» (мечи и копья). «Каждый был снабжен легким доспехом (leui armatura), который нелегко было пробить мечом. Секиры они имели у боков и копья держали в руках» («Жизнеописание Эдуарда II»). Благо деньги у подданных Брюса были – благодаря дани, взимаемой с северных английских графств. В «Анонимной хронике» по поводу стычки при Майтоне (1319) сказано о шотландцах: «хорошо устроены и снаряжены для войны». Барбор это подтверждает. В его хронике король предлагает баронам на совете перед Бэннокберном: «…Отправимся на эту битву пешими, облаченными только в легкие доспехи (in litill armyng)».
Так что, худо-бедно, но шотландская пехота была экипирована металлическими и стегаными доспехами, «полированными шлемами и умбонами [щитами]» (Джеффри ле Бейкер об атаке шотландцев при Невилс-Кроссе) . Источники описывают при Депплин-Муре и Халидон-Хилле шотландцев, довольно сносно обеспеченных защитным вооружением (пехотинцы-простолюдины перечисляются «в легких доспехах», leviter armati, в расписаниях шотландских баталий; «Брут» уточняет – «много добрых стальных обержонов»), так как лучники поражали их именно в лицо. То есть, только их шлемы были без забрал (в Шотландии, похоже, предпочитали бацинеты и шапель-де-фер без защиты лица), а в остальном, как видим, они нередко были малоуязвимы для стрелков (при Депплине почти все потери были за счет задохнувшихся и раздавленных в давке). Хронисты пишут, что стрелы попадали в лицо и «ослепляли», иначе (то есть по корпусу) они ранили (но могли и поражать «смертельно»). Сходство военной экипировки англичан и шотландцев подчеркивает Бертон. А согласно поэтической версии «Брута», победители при Халидоне забирали себе снятые с трупов «платье и обержоны», ну и «все то, что они смогли найти на шотландцах».

В то же время источники дают понять, что шотландских ратников в походе сопровождали банды «малого люда», пешего вооруженного сброда, rangald, во время битв обычно охранявшего коней и обоз армии и следовавшего за войском в надежде на добычу и пищу. Интересно, что на известной миниатюре 1316 г. (хартия Карлайла) атакующие город с одним требюше четверо шотландцев (может быть, пограничники или гэллоуэйцы, но вряд ли это хайлендеры) не носят доспехов. На них либо обычные накидки, либо, скорее, свободная одежда типа хука – наподобие пончо (поверх холщовой рубахи, конечно), вероятно, из шерсти или плотного холста. На голову накинут капюшон, либо, по мнению некоторых, надета большая шляпа со свисающими вниз полями, возможно, прообраз позднейшего берета . Вряд ли стоит трактовать эти предметы как накинутые в непогоду на голову пледы. Далее, можно думать, что скотты показаны без шоссов – с голыми ногами (если это так, то это объясняет более ранние и более поздние представления о них как людях с голыми коленями/ногами), но в башмаках и в брэ. В этой связи интересно отметить описание шотландского костюма в исландской «Саге об Эйрике Рыжем» (ее действие происходит в конце X в., но записана сага была в середине XIII в., а ее рукописи датируются XIV-XV вв.): «На них обоих была одежда, которую они называли бьяваль. Она была скроена так: сверху капюшон, по бокам разрезы, никаких рукавов и между ногами закрепка – пуговица и петля. Больше на них ничего не было».
На той же миниатюре 1316 г. отметим прислугу требюше, сапера, двух лучников, секироносца и копейщика (оба с треугольными щитами) – иными словами, военных специалистов и тех воинов простолюдинов, кого Фруассар называет слугами, рибо. Художник, не исключено, знал, о чем рисовал, и его буквица считается одним из древнейших и наиболее точных изображений шотландского мужского костюма.

Вообще Уоллес (и Мюррей) приложил немало усилий к организации своей армии. Согласно хроникам 15 в., Уоллес разделил своих людей на пятерки (4 + командир), десятки, отряды по 25, полусотни, сотни и тысячи. Всякий, не подчинившийся в бою приказу командира, подлежал смерти.
Включая такой жизнеутверждающий факт:
The aforesaid William Wallace likewise appointed that a gallows should be set up in every domain, so that all under orders to fight, if absent or flying from battle at a critical time without
leave or reasonable cause, might be hanged thereon without mercy.
(Пласкарденская книга, о событиях 1297 г.)

P.S.
Процесс надевания доспеха 1470-х гг. можно увидеть в «Уоллесе» Хэри Слепого: «Когда она (месса) завершилась, Уоллес облачился в свои доспехи, которые были и надежными, и хорошо выглядели. Его сверкающие башмаки (schoys) были ярко отполированы, его броня ног (leg harnes) была хорошо пригнана . Наколенники (и) поножи (Pullane greis) он надежно пристегнул; тесную кирасу [кольчугу?] (close byrny) тоже, с множеством надежных застежек. Нагрудник (breyst plait), наручи (brasaris), подходящие для войны». Спутник поднес ему бацинет (basnet). «Его сияющие рукавицы со всех сторон несли гравировку». На поясе висел меч, а в руке Уоллес сжимал «стальное древко».
Другое дело, что Хэри трудился над своим произведением между 1471 и 1479 гг. (иногда считается, что около 1476 г.), хотя, возможно, продолжал работу над романом и в следующее десятилетие. Исторического значения его «Уоллес», в отличие от «Брюса» Барбора, практически не имеет, но ценен тем, что дает представление о шотландском вооружении того времени.

Исторический Уоллес носил кольчужный обер (с рукавицами) под сюрко, кольчужный капюшон и кольчужные шоссы, щит (с гербом владельца) и меч на поясном ремне. В качестве защитного головного убора тогда использовался сервельер и, возможно, также «большой шлем».
Герб Уильяма ле Уоллеса: предположительно, лев стоящий на задних лапах серебряный с лазоревыми (?) языком и когтями на червленом поле. По некоторым данным, на гербе кайма из серебряных и лазурных прямоугольников. Но все это поздние версии, возможно, доказывающие, что кайму Уильям носил при жизни отца. Эйрширские Уоллесы XIII в. использовали в качестве символики на гербе геральдическую лилию или крест с расширяющимися концами.

В целом, однако, шотландские латники мало отличались от английских, и главные отличия были связаны с тем, что скоттам было сложнее экипироваться поновее.

Что интересно, Уоллес, похоже, предпочитал не огромный меч, а лук, который изображен на его печати 1297 г. (рука, натягивающая лук со стрелой). В эпосе Уоллес вооружается не только «стальным копьем» и «полированным мечом», но и луком, «большим и умело сделанным», с «длинными и острыми» стрелами. «Не было человека, который смог бы натянуть лук Уоллеса». Но вот его люди – «немногие из них были умелыми стрелками из лука». Затем, однако, став Хранителем Шотландии, Уоллес является на переговоры с отрядом из 50 человек, все одеты в зеленое, «каждый из них несет лук и стрелы, и длинные мечи, что рубят очень резко» [не напоминает свиту одного суперметкого аглицкого лучника по имени Робин Худ?]. Позднее, скрываясь от врагов, Уоллес бродит по стране с кинжалом, мечом и луком со стрелами. Безусловно, это легенда, но уже современник Уоллеса, Ришангер, описывал шотландского героя (желая принизить его происхождение) как «опытного лучника, жившего своим луком и колчаном».

Одежда шотландцев Равнин ничем не отличалась от общеевропейской моды (с поправкой на бедность населения этой страны), в данном случае – с английскими вариациями в костюме (подробности неизвестны). Известно, что в страну завозилось английское сукно (уже в 1398 г. – там же отмечен, в свою очередь, вывоз шотландского сукна), и короли иной раз награждали им подданных в числе прочих даров. Только в 1473 г. импорт английского сукна в Шотландию был запрещен.
Простолюдины, составлявшие основную массу шотландских армий, носили короткие туники и плащи, внешне их выделяли нередко обнаженные ноги, а то и отсутствие обуви. Хэри упоминает в качестве облачения шотландца «ирландский плащ» (Ersche mantill) и грубые башмаки (rewlyngis). Такую обувь, которую носили все шотландцы, за время похода обычно успевали сменить несколько раз (описания кампании 1327 г.). Лоуренс Мино при Эдуарде III по этому поводу издевался над шотландцами, именуя их не только «носителями мешков» (для трофеев), но и «обутыми в грубую обувь, башмаки из сыромятной кожи» (Rughfute riveling – насмешливый синоним для «шотландцев»). По словам У. Скотта, «эта своеобразная обувь надевалась шерстью наружу, а потому англичане называли тех, кто ее носил, мохноногими скоттами, а иногда, по цвету шкуры, краснопятыми».

Напротив, оружие и доспехи хайлендеров на протяжении этого времени имели мало общего с обычаями Равнин. Фордун неслучайно противопоставляет горцам и островитянам «жителей побережья» – народ «домоседливый и по характеру цивилизованный, надежный, терпеливый и живущий городской жизнью, благопристойный в своем одеянии, приветливый и миролюбивый».
Хайлендские и островные вожди, судя по многочисленным надгробиям периода 1350-1550 гг., носили бацинет (без забрала) и кольчужный капюшон, закрывающий и верхнюю часть груди. Длинный вертикально простеганный акетон, до колен или ниже (с разрезом в подоле спереди почти до пояса, или же без разреза), рукава до запястий. («Шотландцы … используют … легкий доспех, обержоны – одни из железа, другие из кожи, обычно именуемые nactouns», писал поздний хронист.) На руках перчатки-краги. Небольшой треугольный щит с гербом. Иногда, видимо, акетон мог поддеваться под кольчугу с рукавами до локтя. На одном гебридском надгробии показаны даже кольчужные штаны-шоссы. Есть и изображения длинной кольчуги поверх акетона. Оружие – копье в рост человека (иногда вместо него двуручная датская секира) и длинный прямой меч на поясе. Типичный меч: рукоять с навершием из нескольких долек, крестовина с выгнутыми вниз (к острию) концами.
В тексте «Истории Великобритании» (1521) Джона Мэйджора (1470-?) описано облачение «диких» шотландцев-простолюдинов «в битве». Это «холщовое одеяние, многократно прошитое [intersuto] и выкрашенное или просмоленное [для водоустойчивости], крытое оленьими шкурами». Несомненно, речь идет об акетоне. Также Мэйджор говорит о «панцире из железных колец» (поверх стеганки?), закрывающем все тело, в котором сражаются горцы, очевидно, вожди.
Джон Линдси считал оружием горцев двуручный меч и кольчугу (но на деле у многих не было даже стеганки). Джон Лесли (1578 г.) уточняет, что железные кольчуги горцы (надо думать, немногие) надевают поверх прочной кожаной туники, что называется актон. Четырьмя годами ранее общий приказ по смотру вооружения подданных королевства предписывал горцам «обержоны, стальные шапки, акетоны, мечи, луки и колчаны [dorlochis] со стрелами, или кулеврины». Добавим двуручные мечи и пистолеты, и получим реальный комплект боевой экипировки воинства кланов. (Лоулендерам велели тогда иметь «бригандины, джеки, стальные шапки, рукава из пластин или из кольчуги, мечи, пики или копья шести локтей длиной, кулеврины, алебарды или двуручные мечи».) Два полка из горцев в 1552 г. были снаряжены «джеком из пластин, стальной шапкой, мечом, баклером, новыми чулками и новым парусиновым дублетом… и рукавами из пластин или планок (splenttis), и копьем шесть локтей длиной…». Безусловно, Хайлендз в значительной мере отставали от Европы в области защитного вооружения. Причиной тому были консерватизм горского общества, а также отсутствие необходимости в модернизации – все носили одно и то же, поэтому незачем было тратиться на современные латы.
Одежда горцев известна только в описаниях XVI века, и наиболее подробные тексты (скажем, описание епископа Лесли) относятся уже ко второй его половине. У Мэйджора, Жана де Боже (1549 г.), Питскотти (1573 г.) и в других источниках – просторная рубаха («лейне») с широкими рукавами, окрашенная в шафрановый цвет, на ирландский манер; зимой длинный шерстяной плащ (знатные предпочитают разноцветные плащи) в качестве верхней одежды («шотландская мантия» у Ронсара). Часто – голые ноги (этот обычай прослеживается уже в XI веке) от середины бедра до ступней (и никаких раскрашенных лиц!). Грубые башмаки из сыромятной кожи шерстью наружу – такую обувь носили все шотландцы. Судя по письму Джона Элдера (1543 г.), горцы и зимой щеголяли босиком (во что, правда, верится трудом). Только в 1538 г. в королевском гардеробе упомянут горский костюм из короткой разноцветной бархатной куртки (Heland Coit) на зеленой подкладке, чулок (hoiss – возможно, штаны?) из «хайлендского тертана» (tertane – первое упоминание тартана, хотя сама клетчатая ткань известна была давно) и длинной рубахи из голландской ткани. Данных о ношении пледа (клетчатого, цветного, черного или белого) до 1495 г. (как утверждают; хотя, на мой взгляд, это уже первые годы XVI века) и синего берета (причем первоначально не у горцев, а у лоулендеров, которые тоже носили «плед») до 1560-х гг. не обнаружено. (В отличие от волынок, упоминаемых в военном контексте уже в 1547 г., когда их звуки воодушевляли шотландцев на бой при Пинки, и прослеживаемых в Шотландии по меньшей мере веком ранее при дворе.) Известен только один предмет одежды раньше XVI столетия – «рубашка из Рогарта», датируемая XIV веком (могила в Сатерленде): простая туника с шейным разрезом и обычной длины рукавами, сшитыми из нескольких кусков сукна.
Хайлендеры традиционно оставались в массе своей лучниками. Текст XV века (осада Роксбурга 1460 г.) говорит о воинах с Островов, сражавшихся «по старой горской манере» с «секирой, луком и обержоном», т.е. многие были лучниками (в 1308 г. горцы Аргайла метали стрелы и камни в воинов Брюса). На судебном поединке 28 сентября 1396 г., пишут Уинтон и Боуэр, по 30 бойцов от кланов Чаттан и Камерон дрались «луком и секирой, ножом и мечом» (им дали по три стрелы на каждого), «без накидок или доспехов». Выпустив стрелы, горцы устремились в рукопашную. Все горцы при Сочиберне (1488) были лучниками, а при Флоддене горцы были вооружены «луками и двуручными мечами». Мэйджор о горцах: «Они всегда носят лук и стрелы, очень широкий меч , с небольшой алебардой (halberto), за поясом большой кинжал, заточенный только с одной стороны, но очень острый». В другом месте Мэйджор упоминает у горцев также колчан (pharetra) и уточняет, что алебарда «хорошо заточена». У Жана де Боже упоминатся «большие луки и подобные другим [т.е. лоулендерам] мечи и баклеры». Линдси: «луки и дротики», на боку «очень широкий меч и острый кинжал».

Сообщество Империал: Храброе сердце - Сообщество Империал

Храброе сердце