[Age of Kings]

Короли Семи Королевств

---

• Джоффри Баратеон - "сын" покойного короля Роберта Баратеона, Король Андалов, Ройнарров и Первых людей, Владыка Семи Королевств и Защитник государства.
  
• Станнис Баратеон - младший брат покойного короля Роберта, лорд Драконьего Камня, де-юре - законный король Семи Королевств.
  
• Ренли Баратеон - младший брат Роберта и Станниса Баратеонов, Верховный лорд Штормовых Земель, самопровозглашенный король.
  
• Робб Старк - Хранитель Севера, лорд Винтерфелла, самопровозглашенный Король Севера и Трезубца.
  
• Бейлон Грейджой - лорд Железных островов, самопровозглашенный король.
  
• Дейнерис Таргариен - Королева Миэрина, единственная выжившая наследница дома Таргариенов, ранее правящего Семи Королевствами.
  
• Эйегон Таргариен (Юный Гриф) - если верить некоторым персонажам - ещё один выживший Таргариен, сын принца Рейегара Таргариена и племянник Дейнерис Таргариен.

---

---

[Age of Kings]

прох0димец

К сожалению генетическую экспертизу, которая смогла бы поставить точки над "й" в данном щекотливом вопросе, провести не представлялось возможным. А слова, это всего лишь слова, даже если они сказаны столь авторитетным лицом, лидером "Северных" Эддардом Старком, известным так же в определённых кругах под кличкой "Нед". Почему то он данный "блудняк" не перетёр со старым корешем, решил по тихому свою предъяву гнилую кинуть бабе и пацанчику. Но что то не срослось, и канитель пошла по Вестеросу. Так что кто тут больше накосячил, ещё большой вопрос.

1. Серсея Ланнистер при личной встрече призналась Эддарду Старку в супружеской измене и инцесте:

Спойлер (раскрыть)

…Она явилась к нему на закате, когда облака над стенами и башнями побагровели. Она пришла одна, как он и просил ее.
На этот раз она была одета просто: кожаные ботинки и охотничий зеленый костюм. Когда она откинула назад капюшон бурого плаща, Нед увидел синяк на ее лице, оставленный рукой короля. Сливовый тон успел поблекнуть и пожелтеть, и опухоль спала, однако синяк есть синяк.
– Почему именно здесь? – спросила Серсея Ланнистер, останавливаясь над ним.
– Чтобы видели боги.
Она опустилась возле него на траву. Все движения королевы были изящны. Светлые кудри трепал ветерок, а глаза отливали зеленой летней листвой. Нед давно уже не замечал ее красоты, но на этот раз не мог не обратить на нее внимания.
– Я знаю, почему умер Джон Аррен, – сказал он.
– В самом деле? – Королева глядела ему в лицо, настороженная словно кошка. – И поэтому призвали меня сюда, лорд Старк?… Чтобы загадать мне загадку? Или вы намереваетесь захватить меня? Как ваша жена – моего брата?
– Если бы вы действительно верили в это, то не пришли бы. – Нед мягко прикоснулся к ее щеке. – Это уже не впервые, так?
– Случалось раз или два. – Королева отодвинулась от его руки. – Но не по лицу. Тогда Джейме убил бы его даже ценой собственной жизни. – Она возмущенно поглядела на Неда. – Мой брат стоит сотни таких, как ваш друг.
– Ваш брат или ваш любовник? – спросил Нед.
– И то и другое сразу. – Королева не стала скрывать истину. – Мы провели детство вместе. А почему бы и нет? Чтобы сохранить чистоту крови, Таргариены выдавали брата за сестру три сотни лет. А мы с Джейме не просто брат и сестра. Мы – одна личность в двух телах. Мы делили одно чрево, и он вышел в этот мир, держа меня за ногу, так говорил наш старый мейстер. Когда он во мне, я ощущаю себя… целой. – Призрачная улыбка мелькнула на ее губах.
– А мой сын Бран…
К чести ее, Серсея не отвернулась.
– Он видел нас. Вы любите своих детей, правда?
В утро перед общей схваткой Роберт задавал ему тот же самый вопрос. И Нед ответил точно так же:
– Всем сердцем.
– Ну и я своих люблю не меньше.
Нед подумал, что если ему потребуется заплатить жизнью какого-то неизвестного ребенка за жизнь Робба, Сансы, Арьи, Брана и Рикона, что он сделает? Боги, как поступит Кейтилин, если нужно будет отдать жизнь Джона ради ее детей? Он не знал ответа и помолился, чтобы никогда его не узнать.
– Все трое от Джейме, – проговорил он. Это был не вопрос.
– Благодарение богам…
Семя крепко, взывал Джон Аррен со своего смертного одра, и так оно и было. Все бастарды короля черноволосы как ночь. Великий мейстер Маллеон писал, что последний брак между оленем и львом состоялся девяносто лет назад, когда Тия Ланнистер вышла за Гоуэна Баратеона, третьего сына правящего лорда. Их единственный отпрыск, названный в томе Маллеона рослым, крепким и черноволосым мальчишкой, умер в младенчестве. За тридцать лет до того мужчина из рода Ланнистеров взял в жены девицу из Баратеонов. Она родила ему трех дочерей и сына, и все были черноволосы. И сколько бы ни искал Нед на хрупких пожелтевших страницах, всегда оказывалось, что золото уступало углю.
– Прошла дюжина лет, – сказал Нед. – Как случилось, что у вас нет детей от короля?
Она надменно подняла голову.
– Твой Роберт однажды наградил меня ребенком, – сказала она голосом, полным презрения. – Мой брат отыскал женщину, чтобы она очистила меня, король так и не узнал об этом. Откровенно говоря, я едва переношу его прикосновения и уже много лет не пускала его в себя… Я знаю другие способы удовлетворить его, когда он, бросив своих шлюх, бредет ко мне на нетвердых ногах. Что бы мы ни делали, король обычно бывает настолько пьян, что, побывав у меня, к утру обо всем забывает.
Как могли они все быть такими слепыми? Правда все время стояла перед ними, написанная на лицах детей. Нед ощутил дурноту.
– Я помню Роберта в тот день, когда он вступил на престол, он был королем каждым дюймом своего тела, – сказал Нед негромко. – Тысяча других женщин любила бы его всем сердцем. Что он сделал такого, что вы возненавидели его?
Глаза ее вспыхнули в сумерках зеленым огнем, как у львицы на ее гербе.
– В нашу брачную ночь, когда мы впервые разделили постель, он называл меня именем твоей сестры. Он был на мне, во мне… от него разило вином, и он шептал – Лианна!
Нед вспомнил бледно-голубые розы, и ему на мгновение захотелось плакать.
– Не знаю, кого из вас мне жалеть…
Королева явно удивилась.
– Приберегите свою жалость для себя, лорд Старк. Мне она не нужна.
– Вы знаете, что я обязан сделать?
– Обязан? – Королева опустила руку на его здоровую ногу, как раз над коленом. – Истинный мужчина делает то, что он хочет, а не то, что он обязан. – Пальцы ее прикоснулись к бедру легчайшим из обещаний. – Государство нуждается в сильной деснице. Джофф еще далек от зрелости. Никто не хочет новой войны, и меньше всех ее хочу я. – Рука ее прикоснулась к его лицу, его волосам. – Если друзья могут стать врагами, то и враги способны превратиться в друзей. Ваша жена в тысяче лиг отсюда, а брат мой бежал. Будьте добры ко мне, Нед. Клянусь, вы никогда не пожалеете об этом.
– То же самое вы предлагали и Джону Аррену?
Она ударила его.
– Отпечаток вашей ладони для меня знак чести, – сухо заметил Нед.
– Чести! – плюнула она. – Как вы смеете становиться передо мной в позу благородного лорда? За кого вы меня принимаете? У вас есть собственный бастард, я видела его. Кем же была его мать, интересно? Какой-нибудь дорнийской крестьянкой, которую вы изнасиловали возле горящего дома? Шлюхой? Или это скорбная сестра, леди Эшара? Я слыхала, что она утопилась. Из-за чего вдруг? Из-за брата, которого вы убили, или из-за ребенка, которого вы выкрали? Скажите же, мой достопочтенный лорд Эддард, чем же вы лучше меня, Роберта или Джейме?
– Начнем с того, – проговорил Нед, – что я не убиваю детей. Слушайте меня хорошенько, миледи. Эту историю я расскажу только один раз, и, когда король возвратится с охоты, я выложу ему всю правду. К этому времени вы должны уехать, вместе с детьми, втроем, но только не на Бобровый утес. На вашем месте я бы отплыл на корабле в Вольные Города, или подальше – на Летние острова, или в Порт-Иббен. Куда унесет ветер.
– Изгнание – горькая чаша, – заметила королева.
– Более сладкая, чем та, из которой ваш отец напоил детей Рейегара, – ответил Нед. – И более добрая, чем вы заслуживаете. Неплохо бы взять с собой и отца вместе с братьями. Золото лорда Тайвина купит всем комфорт и поможет нанять мечи. Вам они потребуются. Обещаю, что куда бы вы ни бежали, гнев Роберта повсюду последует за вами – если потребуется, и на край земли.
Королева встала.
– А как насчет моего гнева, лорд Старк? – спросила она негромко, ее глаза впились в лицо Неда. – Вы могли взять власть в свои руки. Это было нетрудно сделать. Джейме рассказал мне, как вы обнаружили его на Железном троне в тот день, когда пала Королевская Гавань, и заставили спуститься с него. Это и был ваш момент. Вам осталось лишь подняться по этим ступенькам и сесть. Какая прискорбная ошибка!
– Я наделал куда больше ошибок, чем вы можете представить, – улыбнулся Нед. – Но не числю среди них этого поступка.
– О нет. Вы ошибаетесь, милорд, – настаивала Серсея. – Тот, кто играет в престолы, либо погибает, либо побеждает. Середины не бывает!
Накинув капюшон, чтобы скрыть опухшее лицо, она оставила его во тьме под дубом в тишине богорощи – под иссиня-черным небом, на котором начали высыпать звезды.

2. Сам Джейме Ланнистер также признался в отцовстве всех трех детей Серсеи, правда, в темнице Риверрана:

Спойлер (раскрыть)

– Довольно, сир. Я пришла кое-что узнать.
– С какой стати я должен отвечать вам?
– Чтобы спасти свою жизнь.
– Вы думаете, я боюсь смерти? – Эта мысль как будто позабавила его.
– А следовало бы. За ваши преступления вам уготовано место в самой глубокой из семи преисподних, если боги хоть сколько-нибудь справедливы.
– О каких богах вы говорите, леди Кейтилин? О деревьях, которым молился ваш муж? Хорошо же они послужили ему, когда моя сестра сняла с него голову! Если боги есть, почему тогда в мире столько страданий и несправедливости?
– Из-за таких, как вы.
– Таких, как я, больше нет. Я один в своем роде.
«В нем нет ничего, кроме надменности, гордыни и пустой отваги безумца. Я попусту трачу с ним время. Если и была в нем искра чести, она давно умерла».
– Ну что ж, не хотите со мной говорить – не надо. Можете выпить это вино или помочиться в него – мне дела нет.
Она уже взялась за дверь, но Джейме окликнул ее:
– Леди Старк. – Она обернулась. – В этой сырости все ржавеет, даже правила хорошего тона. Останьтесь, и я отвечу вам… но не даром.
Стыда у него нет.
– Узники не назначают цену.
– Мою вы найдете достаточно скромной. Ваш ключарь все время потчует меня ложью, притом неумелой. То он говорит, что с Серсеи содрали кожу, то такой же участи подвергается мой отец. Ответьте на мои вопросы, и я отвечу на ваши.
– Правдиво ответите?
– Так вам нужна правда? Осторожней, миледи. По словам Тириона, люди всегда требуют правды, но она редко приходится им по вкусу.
– У меня достанет сил выслушать все, что вы скажете.
– Что ж, как угодно. Но сначала, будьте добры… вина. У меня в горле совсем пересохло.
Кейтилин повесила лампу на дверь и пододвинула ему штоф и чашу. Джейме прополоскал вином рот, прежде чем проглотить.
– Кислятина – ну ничего, сойдет. – Он привалился спиной к стене, подтянув колени в груди. – Я слушаю вас, леди Кейтилин.
Не зная, сколько будет продолжаться эта игра, она не стала терять времени.
– Джоффри – ваш сын?
– Вы не стали бы спрашивать, если бы уже не знали ответа.
– Я хочу услышать его из ваших собственных уст.
– Да, Джоффри мой, – пожал плечами Джейме. – Как и весь прочий выводок Серсеи, полагаю.
– Вы сознаетесь в том, что были любовником своей сестры?
– Я ее всегда любил, а вы теперь должны мне два ответа. Мои родственники живы?
– Сир Стаффорд Ланнистер убит при Окскроссе, как мне сказали.
– А-а, дядюшка Олух – так сестра его называла. Я спрашивал о Серсее и Тирионе – и моем лорде-отце.
– Все трое живы. – (Но им недолго осталось, если будет на то воля богов.)
Джейме выпил еще вина.
– Спрашивайте дальше.
Осмелится ли он ответить на ее следующий вопрос, не солгав при этом?
– Как вышло, что мой сын Бран упал?
– Я выбросил его из окна.
Легкость этих слов на миг отняла у нее дар речи. «Будь у меня нож, я убила бы его на месте», – подумала она, но вспомнила о девочках и сдавленно выговорила:
– А ведь вы рыцарь, поклявшийся защищать слабых и невинных.
– Ваш мальчуган был слаб, спору нет, но не столь уж невинен. Он шпионил за нами.
– Бран никогда бы не стал этого делать.
– Что ж, вините своих драгоценных богов за то, что они привели мальчика к нашему окошку и показали ему то, что ему видеть не полагалось.
– Богов?! Да ведь это вы швырнули его вниз. Вы хотели, чтобы он умер.
– Не для того же я бросил его с башни, чтобы он стал здоровее. Конечно, я хотел, чтобы он умер.
– А когда этого не случилось, вы поняли, что ваше положение стало еще хуже прежнего, и дали вашему наймиту мешок серебра, чтобы Бран никогда уж больше не встал.
– Вот как? – Джейме надолго припал к чаше. – Не скрою, мы говорили об этом, но вы находились при мальчике день и ночь, ваш мейстер и лорд Эддард часто навещали его, его стерегла стража и даже эти проклятые лютоволки… мне пришлось бы прорубать себе путь через половину Винтерфелла. Да и к чему было трудиться, если мальчик все равно умирал?
– Если вы лжете мне, считайте нашу беседу законченной. – Кейтилин показала ему свои ладони. – Эти шрамы оставил на мне человек, пришедший перерезать Брану горло. Вы клянетесь, что не посылали его?
– Клянусь честью Ланнистера.
– Ваша честь Ланнистера стоит меньше, чем это. – Кейтилин пнула зловонную кадку, и оттуда пролилась бурая жижа, впитываясь в солому.
Джейме попятился, насколько ему позволила цепь.
– Отрицать не стану, но я никого еще не нанимал убивать за меня. Думайте что хотите, леди Старк, но если бы я хотел прикончить вашего Брана, то убил бы его сам.
Боги милостивые, а ведь он правду говорит.
– Если не вы послали убийцу, значит, это сделала ваша сестра.
– Я бы знал. У Серсеи от меня нет секретов.
– Тогда Бес.
– Тирион еще более невинен, чем ваш Бран, – уж он-то никому не подглядывал в окна.
– Почему тогда убийца был вооружен его кинжалом?
– Что это за кинжал?
– Вот такой длины, – показала она, – простой, но изящно сделанный, с клинком из валирийской стали и рукояткой драконьей кости. Ваш брат выиграл его у лорда Бейлиша на турнире в день именин принца Джоффри.
Джейме налил себе, выпил и налил снова.
– Если выпить этого вина побольше, его вкус улучшается. Вы знаете, я припоминаю этот кинжал. Так Тирион выиграл его, вы говорите? Каким образом?
– Поставив на вас, когда вы вышли против Рыцаря Цветов, – сказала Кейтилин и тут же поняла, что ошиблась. – Или наоборот?
– Тирион на турнирах всегда ставил на меня, но в тот день сир Лорас выбил меня из седла. Я недооценил этого мальчика, но суть не в этом. Мой брат проиграл, но тот кинжал, как мне помнится, действительно сменил владельца. Роберт показал мне его в тот же вечер на пиру. Его величество любил сыпать соль на мои раны, особенно подвыпив, – а когда он бывал трезв?
Тирион сказал ей почти то же самое, когда они ехали через Лунные горы, а она ему не поверила. Петир клялся ей в другом – Петир, который был ей почти братом и любил ее так, что дрался на поединке за ее руку. Но рассказ Джейме не расходится с рассказом Тириона, а между тем они не виделись с тех пор, как уехали из Винтерфелла больше года назад.
– Вы хотите меня обмануть? – Где-то здесь должна быть западня, иначе быть не может.
– Я ведь признался, что выкинул вашего драгоценного отпрыска за окно, – с чего бы я стал лгать насчет ножа? – Он осушил еще одну чашу вина. – Думайте что хотите – я давно уже не забочусь о том, что обо мне говорят. Теперь моя очередь. Братья Роберта вступили в войну?
– Да.
– Это слишком кратко. Расскажите подробнее, иначе в следующий раз получите столь же скупой ответ.
– Станнис идет на Королевскую Гавань, – неохотно молвила она. – Ренли убит своим братом у Горького Моста с помощью какой-то черной магии.
– Жаль. Ренли мне скорее нравился, а вот Станнис – иное дело. Чью сторону приняли Тиреллы?
– Сперва Ренли, теперь не знаю.
– Ваш паренек, должно быть, чувствует себя одиноким.
– Роббу на днях исполнилось шестнадцать… он взрослый мужчина и король. Он выигрывает все свои сражения. Согласно последнему известию от него, он отбил у Вестерлингов Крэг.
– Но с моим отцом он еще не встречался, верно?
– Когда они встретятся, он и его побьет, как побил вас.
– Меня он застиг врасплох с помощью трусливой уловки.
– Не вам бы говорить об уловках. Ваш брат Тирион прислал сюда головорезов, переряженных посланниками, под мирным знаменем.
– Если бы здесь сидел один из ваших сыновей, разве его братья не сделали бы для него то же самое?
«У моего сына больше нет братьев», – подумала она, но не стала делиться своей болью с таким человеком.
Джейме выпил еще вина.
– Что такое жизнь брата, когда речь идет о чести, скажете вы? Но у Тириона хватает ума понять, что ваш сын ни на какой выкуп не согласится.
Этого Кейтилин не могла отрицать.
– Знаменосцы Робба скорее увидят вас мертвым, особенно Рикард Карстарк. Вы убили в Шепчущем Лесу двух его сыновей.
– Это которые с белыми солнцами? – Джейме пожал плечами. – По правде сказать, я хотел убить вашего сына – эти просто подвернулись мне под руку. Я убил их в честном бою, и любой рыцарь на моем месте сделал бы то же самое.
– Как вы можете считать себя рыцарем, нарушив все данные вами обеты?
Джейме снова потянулся за штофом.
– Их так много, этих обетов… язык устанет клясться. Защищать короля. Повиноваться королю. Хранить его тайны. Исполнять его приказания. Отдать за него жизнь. Повиноваться своему отцу, помимо этого. Любить свою сестру. Защищать невинных. Защищать слабых. Уважать богов. Подчиняться законам. Это уж чересчур – что бы ты ни сделал, какой-нибудь обет да нарушишь. – Он хлебнул вина и на миг закрыл глаза, прислонившись головой к пятну селитры на стене. – Я был самым младшим из тех, кто когда-либо носил белый плащ.
– И самым младшим, предавшим все, что стоит за ним, Цареубийца.
– Цареубийца, – медленно повторил он. – Такого царя убил, шутка сказать! – Джейме наполнил чашу. – За Эйериса Таргариена, второго этого имени, правителя Семи Королевств и Хранителя Государства. И за меч, раскроивший ему горло. Золотой меч, заметьте. Ставший красным от его крови. Цвета Ланнистеров – красное с золотом.
Он засмеялся, и она поняла, что вино сделало свое дело. Джейме выпил больше половины штофа и опьянел.
– Только такой, как вы, способен гордиться подобным деянием.
– Я уже говорил вам: таких, как я, больше нет. Ответьте мне вот на что, леди Старк: ваш Нед не рассказывал вам, как умер его отец? Или брат?
– Брандона удушили на глазах у отца, а затем убили и лорда Рикарда. – Мрачная история, и ей уже шестнадцать лет. Почему Джейме вдруг вспомнил об этом?
– Верно, убили – но как?
– Веревкой или топором, полагаю.
Джейме выпил еще и вытер рот.
– Нед, несомненно, щадил чувства своей милой, юной, хотя и не совсем невинной невесты. Вы хотели знать правду – так спросите меня. Мы заключили сделку, и я не вправе вам отказать. Спрашивайте.
– Мертвые от этого не воскреснут.
– Брандон был не такой, как его брат, верно? У него в жилах текла кровь, а не холодная вода. Он скорее походил на меня.
– Брандон ни в чем на вас не походил.
– Вам виднее – ведь вы с ним собирались пожениться.
– Он как раз ехал в Риверран, когда… – Странно, как сжалось ее горло при этих словах – после стольких лет. – …когда услышал о Лианне и повернул в Королевскую Гавань. Он сделал это, не подумав. – Ей вспомнилось, как бушевал ее отец, узнав об этом в Риверране, и обзывал Брандона рыцарственным дуралеем.
Джейме вылил остаток штофа в чашу.
– Он явился в Красный Замок вместе с несколькими спутниками и стал громко требовать, чтобы принц Рейегар вышел к нему. Но Рейегара не было в замке, а Эйерис послал стражу и арестовал их всех за покушение на убийство его сына. Все остальные, насколько я помню, тоже были сыновьями лордов.
– Этан Гловер был оруженосцем Брандона. Он единственный остался в живых. Остальные были Джеффори Маллистер, Кайл Ройс и Элберт Аррен, племянник и наследник Джона Аррена. – Странно, что она все еще помнила их имена. – Эйерис обвинил их в измене и вызвал их отцов ко двору держать ответ за сыновей. Когда же они прибыли, он убил без суда и сыновей, и отцов.
– Нет, суд состоялся – в своем роде. Лорд Рикард просил поединка, и король удовлетворил его просьбу. Старк оделся в доспехи, как для боя, думая, что будет сражаться с одним из королевских гвардейцев – возможно, со мной. Вместо этого его привели в тронный зал, подвесили к стропилам, и двое пиромантов Эйериса развели под ним огонь. Король сказал ему, что огонь выступает как боец от дома Таргариенов. Поэтому лорду Рикарду, чтобы доказать свою невиновность в измене, оставалось одно… не сгореть.
Когда огонь разгорелся, привели Брандона. Руки ему сковали за спиной, а шею обвязали мокрым кожаным шнуром, прикрепив его к приспособлению, привезенному королем из Тироша. Однако ноги ему оставили свободными и за самым пределом его досягаемости положили длинный меч.
Пироманты поджаривали лорда Рикарда медленно, то убавляя, то раздувая огонь, чтобы тот давал хороший ровный жар. Сначала на лорде вспыхнул плащ, потом камзол, и он остался в одних доспехах. Эйерис пообещал, что скоро он испечется… если только сын его не освободит. Брандон пытался, но чем сильнее он боролся, тем туже затягивалась веревка вокруг его горла, и в конце концов он удавил сам себя.
Что до лорда Рикарда, его доспехи раскалились докрасна, и расплавленное золото со шпор стало капать в огонь. Я стоял у подножия Железного Трона в своей белой броне и белом плаще, стараясь думать о Серсее. После сам Герольд Хайтауэр отвел меня в сторону и сказал: «Ты давал обет защищать короля, а не судить его». Таков был Белый Бык, верный до конца, хороший человек, не то что я.
– Эйерис… – Кейтилин чувствовала вкус желчи во рту. Столь жуткую историю, пожалуй, нельзя было выдумать. – Эйерис был безумен, вся страна это знала, но не пытайтесь уверить меня, что вы убили его, мстя за Брандона Старка.
– А я и не пытаюсь. Просто нахожу странным, что один человек любит меня за добро, которого я никогда не совершал, и столь многие ненавидят за лучший в моей жизни поступок. На коронации Роберта меня заставили преклонить колени перед королем вместе с великим мейстером Пицелем и Варисом-евнухом, дабы государь простил нам наши прегрешения, прежде чем взять к себе на службу. А ваш Нед? Ему следовало бы поцеловать руку, убившую Эйериса, он же предпочел облить презрением зад, севший на трон Роберта. Мне сдается, Нед Старк любил Роберта больше, чем своего отца и брата… даже чем вас, миледи. Роберту-то он никогда не изменял! – Джейме залился пьяным смехом. – Полно, леди Старк, – разве все это не кажется вам забавным?
– Ничего забавного в тебе я не вижу, Цареубийца.
– Опять эта кличка. Пожалуй, я все-таки не стану с вами спать. Первым у вас был Мизинец, не так ли? Никогда не ем из чужой миски. Притом вы и в подметки не годитесь моей сестре. – Он уже не улыбался. – Я не спал ни с одной женщиной, кроме Серсеи, значит, я по-своему вернее вашего Неда. Бедный старина Нед. Так чья же честь в итоге не стоит кадки с дерьмом? Как бишь зовут его бастарда?
Кейтилин отступила на шаг.
– Бриенна!
– Нет, не так. – Джейме перевернул штоф кверху дном, и кровавая струйка побежала по его лицу. – Сноу – вот как его звать. Какое белое имя… ни дать ни взять те плащи, которые давали в Королевской Гвардии после произнесения наших прекрасных обетов.
Бриенна, толкнув дверь, вошла в темницу.
– Вы звали, миледи?
– Дай мне свой меч, – протянув руку, сказала Кейтилин.

Как говорится, чистосердечное признание налицо.

[прох0димец]

Age of Kings

Серсея Ланнистер при личной встрече призналась Эддарду Старку в супружеской измене и инцесте

Если бы король Роберт, в присутствии знати отказался от Джоффри, это было бы законное, и бесспорное решение вопроса. А "личные" встречи, признания обиженной частыми изменами мужа женщины, и прочие слухи про "крепкое семя", всё это разговор в пользу бедных. Король Роберт признавал Джоффри сыном и наследником, ни один из лордов, в том числе и те кто в последствии заявил права на трон, при жизни короля не высказывал сомнений в происхождении принцев. Следовательно с точки зрения закона, Джоффри являлся легитимным наследником Роберта.

[Гуманист]

прох0димец

К сожалению генетическую экспертизу, которая смогла бы поставить точки над "й" в данном щекотливом вопросе, провести не представлялось возможным. А слова, это всего лишь слова, даже если они сказаны столь авторитетным лицом, лидером "Северных" Эддардом Старком, известным так же в определённых кругах под кличкой "Нед". Почему то он данный "блудняк" не перетёр со старым корешем, решил по тихому свою предъяву гнилую кинуть бабе и пацанчику. Но что то не срослось, и канитель пошла по Вестеросу. Так что кто тут больше накосячил, ещё большой вопрос.

Генетиеческую экспертизу провела книга, где Серсея и жейме этого и не скрывают.

-Добавлено-

Мне нравятся люди, которые поддерживают малолетнего выродка, исходя из сериала. Я еще понимаю, если бы нравилась Мирцелла, на худой конец Томмен. Но Джоффри?

[прох0димец]

Консерватор

Генетиеческую экспертизу провела книга, где Серсея и жейме этого и не скрывают

Да конечно, для всех нас, как для читателей, эта тема раскрыта самим автором. Но вопрос данной темы, насколько я понял, -"А вы бы сторону какого короля выбрали?", предлагает аудитории рассматривать его не как читателям, а как участникам событий. Так вот если бы мне пришлось бы выбирать, чью сторону принять, я бы встал за Джоффри, ибо общественности не было приведено ни одного весомого довода, ставящего под сомнение его легитимность.

[Гуманист]

прох0димец

Да конечно, для всех нас, как для читателей, эта тема раскрыта самим автором. Но вопрос данной темы, насколько я понял, -"А вы бы сторону какого короля выбрали?", предлагает аудитории рассматривать его не как читателям, а как участникам событий. Так вот если бы мне пришлось бы выбирать, чью сторону принять, я бы встал за Джоффри, ибо общественности не было приведено ни одного весомого довода, ставящего под сомнение его легитимность.

Народу срать, кто там будет протирать одно место на железном стуле. Только вот при Джоффри в той же Королевской Гавани вскочили вверх цены и начался голод (за что его толпа чуть не убила в БК).

[Архитектор]

Консерватор 23 июня 2018, 15:52

Народу срать, кто там будет протирать одно место на железном стуле. Только вот при Джоффри в той же Королевской Гавани вскочили вверх цены и начался голод (за что его толпа чуть не убила в БК).

Кажется это были не столько плоды правления Джоффри, сколько результаты деятельности "гениального" стратега и тактика Тайвина Ланнистера. Но да народу пофиг на такие детали. И поэтому обвинили в этом маленького паршивца.

[Hamilkar]

Age of Kings

Который предал своего друга младости, устроил резню в КГ, чтобы заслужить прощение Роберта - приказал замочить детей принца Рейегара (потом, правда, признал, что принцессу Элию не приказывал убивать, это самодеятельность Григора Клигана) и подложил ему свою дочку (по согласованию с Джоном Арреном). А затем спровоцировал Войну Пяти королей, прошелся огнем и мечом по Речным землям, организовал КС... А, и ещё - рассорился с обоими своими сыновьями, в рез-те чего один из них открыто поддержал его врагов и мочканул папашу.

Спровоцировал войну вовсе не он, ему она была незачем. Прошелся по речным землям, так не по своим же. Красная свадьба и вовсе была лучшим методом войны для народа, т.к. иначе разорения и битвы. Так что он не спровоцировал войну, а закончил. С детьми он накосячил, верно, но учитывай, что он отец-одиночка, правивший проблемным королевством.
Поддержку Джофри я тоже не понимаю, но Тайвин на мой взгляд идеальный правитель: умный, жесткий (но не жестокий), талантливый управленец, заботится о процветании своих земель. Мне он напоминает единственного русского правителя, которого я уважаю - Ивана III Великого.

[Гуманист]

Hamilkar

но не жестокий

Тут, ИМХО, можно поспорить.

Кстати, Чарльз Дэнс очень хорошо сыграл Тайвина. При чтении у меня устойчивые ассоциации внешнего сходства с сериальными версиями возникали только у нескольких персонажей. Случай с Тайвином-Чарльзом как раз один из них, хотя в книге он выглядит немного по другому.

[Vandergrift88]

Age of Kings

...Который предал своего друга младости, устроил резню в КГ, чтобы заслужить прощение Роберта - приказал замочить детей принца Рейегара (потом, правда, признал, что принцессу Элию не приказывал убивать, это самодеятельность Григора Клигана) и подложил ему свою дочку (по согласованию с Джоном Арреном). А затем спровоцировал Войну Пяти королей, прошелся огнем и мечом по Речным землям, организовал КС... А, и ещё - рассорился с обоими своими сыновьями, в рез-те чего один из них открыто поддержал его врагов и мочканул папашу.

Этот друг младости позарился на его любимую жену и публично оскорбил, когда во время отказа женить своего сына Рейегара на Серсее, сказал что то вроде не пристойно женить сына за дочерь моего лакея, а женил его на девушке из дома каких то Мертеллов сраных, с которыми у короля не было в молодости такой дружбы как с Тайвином, если б не он вальнул детей Безумного короля, то это сделал бы Роберт, да и так как это монархия, то любые кровные потомки бывшего короля всегда оставались бы угрозой для него. Логичным является устранить угрозу ещё в зародыше. Карлика у него была причина не любить, так как он уже при рождении убил его жену, да и выглядел как шуты на свадьбе Джоффри. Карлики в Вестеросе в цирке только выступали в основном. Тирион хоть и умный был, но был выродком по праву рождения. В Вестеросе карлик в семье это был лишь повод для насмешек над всем домом. Гордому и уважающему себя и свою семью человеку такое не приемлимо.

Еще этот друг младости сделал единственного нормального наследника Утеса Кастерли королевским гвардейцев, что делало его непригодным в качестве наследника. мы прекрасно знаем что Безумный король это делал чтоб досадить Тайвину специально. У Тайвина было много причин жесточайшим образом отомстить своему дружбану юности.

Age of Kings

У-гу, легитимный король - Станнис. Джоффри - плод инцеста и выродок, незаконно усевшийся на Железный Трон.

Большинство Таргариенов тоже были плодами инцеста, у Таргариенов испокон веков было принято заключать браки между братьями и сестрами, так что он такой же плод инцеста как и многие из династии Таргариенов, о законности тоже можно поспорить. Ведь тот же Робберт тоже не законно взял власть в свои руки, по сути сам Робберт поменял принцип передачи власти, создав прецендент. По сути это делало королем того у кого было больше войск. Ланнистеры имели самую мощную армию на тот момент и получается они имели право на трон.

-Добавлено-

Hamilkar

Поддержку Джофри я тоже не понимаю

Тут все предельно понятно. Джоффри был пасынком его дочери. Было бы смешнно, если б Тайвин поддержал допустим Ренли Баратеона, тогда как его внук провозглашен был королем. Получается Тайвин должен был пойти против своей семьи, тем более Джоффри 100% Ланнистер, признав незаконность Джоффри на престол, Тайвину пришлось бы отдать под суд собственную дочь за то что подсунула ему не его сына. Конечно у Джоффри был на поводу своих наклонностей, но Тайвин считал его просто неоперившимся юнцом, которого можно урезонить. Да и Тайвин думаю получше справился бы с воспитанием Джоффри, чем его мать, во всем ему потакавшая.

Война была спровоцированна эмоциональностью Кейтелин, которая легко поддалась на ложь Мизинца и арестовала члена семьи Ланнистеров, чем собственно она нанесла оскорбление всему дому и дом Ланнистеров вполне имел право ответить, например, разорить земли подконтрольные Дому Кейтелин и самим тем фактом, что уже был прецендент захвата власти, чем решили воспользоваться братья Робберта.

[Гуманист]

Vandergrift88

Большинство Таргариенов тоже были плодами инцеста, у Таргариенов испокон веков было принято заключать браки между братьями и сестрами, так что он такой же плод инцеста как и многие из династии Таргариенов, о законности тоже можно поспорить. Ведь тот же Робберт тоже не законно взял власть в свои руки, по сути сам Робберт поменял принцип передачи власти, создав прецендент. По сути это делало королем того у кого было больше войск. Ланнистеры имели самую мощную армию на тот момент и получается они имели право на трон.

Есть большое отличие между официальным заключением брака с сестрой и откровенный инцест Серсеи за спиной живого-то мужа. В первом случае инцест не имеет значения, поскольку есть факт брака. Серсея же по сути родила троих бастардов, к тому же провозгласив их Баратеонами. Это уже преступление.