Обратимся к Владимиру Алексеевичу Артамонову:
"Пара Левенгаупт – Стакельберг в 1708 г. уступала в полководческом мастерстве и военном опыте не только Карлу XII и фельдмаршалу Реншёльду, но и русскому верховному командованию – Петру I и Меншикову (интересно, как это Владимиру Алексеевичу удалось вычислить? Так же, может, как "коэфициент боевого духа"? - I.N.). Потомственный аристократ, 49-летний обстоятельный и осмотрительный Левенгаупт, учившийся в трёх университетах – Лундском, Уппсальском и Ростокском, - воевал волонтёром в 1685 г. против турок в войсках курфюрста баварского, в 1688-1698 гг. служил в шведских полках на голландской службе.
В 1703 г. Левенгаупт одержал победу над заведомо слабым, хотя и вчетверо превосходящим войском стрельцов (как закрутил! - I.N.), ополчением смоленской шляхты и литовскими хоронгвями у д. Салаты (лит. Салочай на р. Муша в 65 км к югу от Елгавы), в 1704 г. разбил при г.Якобштадте (латв. Екабпилс на р.Даугаве) вдвое большее количество стрельцов и литовцев, в 1705 г. победил при равных силах драгун и солдат Б.П.Шереметева у Гемауэртгофа (на р. Свете в 30 км к югу от Елгавы).
После этих побед преимущественно над полурегулярными стрелецкими и литовскими войсками он получил чин полного генерала и командующего армией в Лифляндии, Курляндии и Литве. Тремя своими успехами амбициозный генерал гордился и, «за ничто почитая неприятелей» (опять же, откуда вывод? - I.N.), нередко совершал дальние рейды по земле этнической Литвы. Сандомирские конфедераты советовали русскому союзнику считаться с военным дарованием Левенгаупта и «лучше иметь его за льва, чем за барана». Вместе с тем, многие из шведского офицерского корпуса признавали генерала излишне нервным, осторожным и мнительным. Фельдмаршал Реншёльд вообще считал его конченным шизофреником (и тут бы пошла цитата, да, жаль Владимир Алексеевич, не удосужился подкрепить очередную sa r?verie tr?s provocante - I.N.). Меланхолия и склонность к мрачным мыслям снижали достоинства генерала как полководца.
Строптивый помощник Левенгаупта - остзейский барон из Ревеля генерал-майор и военный профессионал Берндт Отто Стакельберг (1662-1734) служил в 1688-1690 гг. в Нидерландах, участвовал в нескольких походах и осадах во Франции, а также в сражениях под Нарвой, Двиной, Якобштадтом, Биржами и Гемауэртгофом. Скорее он, чем Левенгаупт, мог считаться «отцом-командиром», так как всегда заботился о солдатах и называл их «сынками» (вывод построен на блестящей предпосылке, как, впрочем, и весь труд - I.N.). В 1709 г. Стакельберг был пленён под Полтавой и вернулся из плена в 1721 г."
(Артамонов В.А.)
А теперь к Александру Викторовичу Беспалову:
"В 1685 году Левенгаупт становиться волонтером на службе у курфюрста Баварии. Бавария в союзе с
Австрийской империей ведет войну против Турции. Молодой граф своей храбростью и распорядительностью обращает на себя внимание высшего начальства и, всего спустя месяц, его производят в чин корнета баварского драгунского полка Бьельке. Корнет Левенгаупт принимает участие в штурме Оффена и Нейхейзеля в Венгрии. За отличие в службе в 1686 году его производят в чин капитан-лейтенанта. Крайне интересны его записи, касающиеся этой войны: « Неверные обладают сильной конницей и пехотой. Армия османов поражает многолюдством и полным отсутствием регулярства… Осады хороши лишь кратковременные, ибо при длительной осаде гибнет много людей, причем большинство из них не от пуль и ядер, а от множества болезней...».1
Впрочем, эта эпопея в войне с Турцией закончилась и граф спешит в Нидерланды. Здесь его производят в чин майора шведского полка Нирота на нидерландской службе. Левенгаупт воюет против Франции во Фландрии, приобретая большой военный опыт. В его аттестации появляются такие слова: «смел, находчив, великолепно ориентируется на поле боя, любим солдатами»2.
13 апреля 1696 года Адам Людвиг получает долгожданное повышение в чине. Теперь он становиться подполковником шведского полка графа Оксеншерны и, лишь спустя 6 долгих лет производиться в чин
полковника нидерландского полка фельдмаршала Браге. С окончанием в 1697 году войны с Францией, Левенгаупт готовиться вернуться на Родину. 1 марта 1698 года в чине полковника граф увольняется с нидерландской службы и едет домой. В маленькой шведской армии мирного времени не находиться место
для талантливого, но амбициозного полковника. Все изменяется с началом Великой Северной войны. Указом от 16 июля 1700 года полковник Левенгаупт назначается командиром Уппландского резервного
(третьеочередного) пехотного полка и уже в 1701 году граф, вместе со своими солдатами, высаживается в Курляндии. Начинается обычная жизнь на войне с ее хорошими и плохими сторонами3.
Очень интересна характеристика, данная шведским историком Энглундом этому неординарному человеку: «Он был во многих отношениях примечательным человеком. Очень искусный и храбрый воин,
знающий, уверенный в себе, непривычно образованный для вояки (прежде у него было прозвище «полковник-латинист»), чем он гордился. Генералу было присуще от природы большое личное мужество: во время боя он всегда вел себя хладнокровно и спокойно и всегда без колебаний бросался туда, где пули роились гуще всего. И все же, личностью он был сложной. У него был мрачный взгляд на жизнь и явная склонность к пессимизму. В общении с людьми он был негибок и дело легко могло дойти до свары. По отношению к интригам, направленным против него- истинным или всего лишь подозреваевым,- у него был сверхчуствительный нюх, что частенько окрашивало его образ мыслей в слегка параноидальный оттенок. В недобрый час он видел клеветников чуть ли не за каждым пнем. В лице его
ощущалась противоречивость, свойственная его характеру: его черты выражали одновременно слабость и силу, глаза были большие чуть-чуть испуганные, с тяжелыми веками, которые гармонировали с длинным аристократическим носом и маленьким, но решительным ртом… Он олицетворял образ «отца-командира», характерный для его времени, и часто высказывал искреннюю заботу о своих солдатах и
офицерах, а его подчиненные, как правило, тоже относились к нему хорошо… На войне он был осторожен – качество, которое в этих обстоятельствах часто, хотя и не всегда, было положительным. Это осторожность иногда переходила в нечто, похожее на апатию»4."
(Беспалов А.В.)
И, да (это я к камраду Renown обращаюсь) семантика "кагбэ" намекает...