[Alexios]

В 1680-х гг. более 600 дворянских семей Московского государства подали свои родословные росписи в Палату родословных дел (ПРД) Разрядного приказа. Более 350 семей, представители которых служили при Московском дворе в период деятельности ПРД, своих родословий также не подали, хотя некоторые их уже подготовили. Перипетии этой "кампании" неплохо отражены в работах Н.П.Лихачева, М.Е.Бычковой, А.В.Антонова. В 2017-2022 г. в разных выпусках альманаха "Российская генеалогия" Л.Е.Шабаевым опубликованы 530 росписей, поданных в ПРД 475 боярскими и дворянскими родами Московского государства. Более 100 росписей на сегодняшний день остаются не выявленными.
В значительной части родословий зафиксированы семейные легенды о родоначальнике, при этом, по мнению составителей росписи, большинство их предков были "честными мужами", выехавшими "из-за рубежа". Судя по сведениям родовых легенд, у некоторых московских дворян "прародитель" выглядел так:

у других - так:

а у третьих - так:

Встречаются и более экзотические варианты с выездами из Валахии, Турции, Персии, Сербии, Македонии, "Сарацин". Некоторые же без лишнего пафоса написали: "от родителей наших слышали, что род наш выезжий, а откуда и к какому великому князю выехали - того не упомним, а грамоты все погорели..."
В поданных родословиях семейные легенды также сильно отличаются по форме и содержанию. В одних случаях это довольно подробные описания путешествий, приключений и подвигов предков с ссылками на "зарубежную литературу" (преимущественно польскую), в других - краткая констатация факта: "из Литвы/Польши/"немец"/ и т.п. выехал муж честен (имярек) к великому князю (имярек)", ряд легенд представляет из себя нечто среднее между двумя вышеописанными вариантами.
Отношение историков к сведениям родословных легенд также было различным: от признания их в большинстве своем чистым "баснословием" (Лихачев, Веселовский) до полного доверия (Бочков, Баскаков, Халиков). Скорее всего, в родословных легендах причудливым образом переплелись реальные факты, смутные семейные предания и явный вымысел. Поэтому, хотелось бы на примерах показать, что в этих сведениях может быть правдой, а что - позднейшим мифотворчеством.

[Alexios]

konrad karlovich

а перевязь слева направо на гербе Молчановых что-то значит?

Может, что-то и значит, специально не занимался.
О некоторых чюдесах российской геральдики выше уже писал. Тут и позднее развитие сказалось, и изначальное польско-литовское влияние, которое потом всячески пытались истребить на корню "немецкие специалисты". Если в 17 в. московское нетитулованное дворянство шло по пути адаптации польских гербов (напр. Лихачевы, приписавшиеся к Ясеньчику или Зиновьевы - к Деспоту), то при Петре наводить порядок взялись западноевропейские геральдисты во главе с графом Францем Матвеевичем Санти. Но полностью искоренить отечественную оригинальность "немчинам" не удалось, примером чему служит "первый российский дворянский герб" Нарбековых и некоторые ему подобные.
Герб Нарбековых изображает подвиг одного из их предков, Дмитрия Иванова сына Нарбекова, которому при штурме Казани в 1552 г. выбило глаз стрелой и оторвало руку пушечным ядром.

[konrad karlovich]

Alexios

Францем Матвеевичем Санти.

Alexios

Нарбековых

Оффтоп (контент вне темы)

Фамилии-то какие знакомые.
У предков моих, крестьян Кашинского уезда, помещики были Нарбековы. Последний, отставной поручик Нарбеков, помер, дочка его была замужем за графом Санти. Им поместье перешло. Первая половина 19 века, кажется. Даже сканы архивных выписок из ревизских сказок были где-то.

[Из деревни приехал]

Alexios

... и портрет знаменитого генерала:

Грустный оффтопик (Раскрыть)

Могилу Ермолова недавно вскрывали для приведения в порядок и исследования останков.

Она была осквернена в годы оккупации. Кости были перемешаны, череп отсутствовал. Практически ничего не осталось от регалий - найдено несколько пуговиц и обрывки золотого шитья.

Вот такая историческая несправедливость.

[Alexios]

Два в одном:
Хитрово (Хитрые, Хитровы).

22 мая 1686 г. представители возвысившегося благодаря деятельности двух своих представителей — бояр Богдана Матвеевича и Ивана Богдановича (это родственники, а не отец и сын) — рода Хитрово подали в ПРД Разрядного приказа родословную роспись. Роспись была подписана 10 членами рода, включая окольничих Ивана Большого и Александра Севастьяновичей, а также думного дворянина Авраама Ивановича. Родословная легенда Хитрово явно претендовала на «сродство» со старинными рязанскими боярскими родами, ведущими свое родословие от легендарного Солохмира: «Род Хитрых. К великому князю Олгу Ярославичю Резанскому выехали из Болшие Орды два брата родные: болшой Едуган Силной Хитр – от него пошли Хитрые, а меншой Едуганов брат – Саломир, и от него пошли иные роды. Едуган Силной Хитр. У него дети: Тимофей да Семен. У Тимофея Едуганова сына дети: Иван да Андрей – бездетен. А у Семена Едуганова сына сын Иван. А у Ивана Тимофеева сына дети: Яков, Прокофей, Гаврило, Дмитрей». Нет особых сомнений в том, что «подробности» родословной легенды Хитрово про Солохмирова брата Едугана (или «Еду-хана») были придуманы задним числом в XVII в. Причем, Солохмир в этой легенде вообще выступает младшим братом Едугана, что косвенно подтверждает разницу в статусе Хитрово и Вердеревских «со сродники» на момент составления родословной росписи. Историк рода В. Н. Хитрово в свое время совершенно справедливо писал, что «вся первоначальная история рода Хитрово до начала XVI столетия за отсутствием подлинных документов может быть признаваема только как предание». Василий Николаевич был не совсем прав — в архиве ТСМ сохранились упоминания о живших в 1480/90-х г. малоярославcких мелких вотчинниках Иване Хитром Семенове сыне и его сыновьях Васюке, Проне и Ефреме. Но были ли они именно «теми самыми» Хитрово, утверждать уверенно нельзя. В течение следующего полувека сведения о детях боярских с фамилией Хитрые или Хитрово в источниках Северо-Восточной Руси отсутствуют. Только в сер. XVI в. в Дворовой тетради упоминаются дворовые дети боярские из Вязьмы: «Лопата, да Иван, да Офоня Прокофьевы дети Хитрого. Гаврило, да Микита, да Григорей Васильевы дети Хитрого. Гаврилов сын Гриша». У записи помета - «Гаврило убит на поле». Действительно, в синодике Архангельского Кремлевского собора среди имен детей боярских, убитых в бою на Судьбищах, читается и имя Гаврилы Хитрого. Лопата, Афанасий Прокофьевы дети и Григорий, Денис Васильевы дети Хитрово были зачислены в тысячники 3-й статьи из Вязьмы. Также с 1547 г. во Вкладной книге Троице-Сергиева монастыря начинают записываться вклады представителей этого рода. Целый ряд лиц, известный по актам, поминальным и вкладным записям, в родословную роспись Хитрово не попал. Например, в росписи отсутствует погибший под Кесью в июле 1578 г. Федор Хитрый. Судя по записи в синодике ризницы Троице-Сергиева монастыря «Василия, Феодора, Илии, Марфы», это был еще один сын Василия Хитрого. При этом стоит обратить внимание на фактически демонстративное отсутствие в первых коленах росписи имени Василия Хитрого, при том, что Прокофьевичи там присутствуют. Нельзя исключать того, что это вовсе не случайная ошибка, а целенаправленное «забвение» происхождения от «черного человека» — мещанина-купца Васки Хитрого.
Уже сравнение данных источников с родословной росписью Хитрово показывает, что родственные связи лиц из первых поколений показаны совершенно неверно. Резонно предположить, что «вяземцы» Хитрово — это потомки некоего Василия Хитрого и его жены Варсонофии, живших в первой трети XVI в. Кроме «малоярославца» Васюка Хитрого, имеется и еще одна кандидатура — это виленский купец Васко Хитрый, упоминаемый в Литовской метрике под 1507 и 1511 гг. 11 марта 1507 г. король Сигизмунд дал расписку в том, что он взял в долг у виленского мещанина Васки Хитрого сукна на сумму 432 копы грошей (весьма немалая по тем временам сумма), обязавшись погасить долг на день Св. Ильи, то есть до 20 июля. Однако, согласно «личбе» между королем и Ваской Хитрым, к 29 февраля 1511 г. король свой долг полностью еще не погасил и оставался должен купцу 120 коп. Мог ли весьма зажиточный мещанин-купец оказаться предком служилого дворянского рода? Вполне мог. Переход богатого «гостя» из «черных людей» в бояре для тех времен — явление, если и не частое, то вполне возможное. Примеры переходов из «гостей» (купцов) в ряды служилой знати, в том числе и боярской, приводились академиком М. Н. Тихомировым (речь идет о Ховриных-Головиных, Таракановых и некоторых других). В актах Литовской метрики сохранилось упоминание о судебном процессе 1496 г. по защите своего «шляхетства» смоленским боярином Богданом Григорьевичем Олтуфьевым, которого другой боярин, Семен Плешкин, назвал «коробейником купцом», тем самым обвинив в низком происхождении. Данная проблема решалась бы гораздо проще, если бы в дворянском реестре Вяземской служилой корпорации отдельным списком значилась «литва дворовая», как это было сделано в реестрах других уездных корпораций. Отсутствие в списке вяземских помещиков «литвы дворовой» совсем не означает, что выходцев из ВКЛ в их числе не было. Как раз наоборот, «литвинов» в Вязьме служило немало: Болотниковы, Васильчиковы, Голохвастовы, Губины, Захарьины-Кошкины (из смоленских бояр), Кикины, Кучуковы, Митьковы, Моклоковы, Молоцкие, Моршалковы, Ознобишины, Ордынцевы, Судимонтовы, Сюльменевы, Тургеневы. В подобном окружении потомки богатого виленского купца смотрятся вполне органично.
Что касается малоярославских вотчинников Васюка и Прони Хитрых, то нет полной уверенности в их тождественности с Прокофием и Василием, отцами вяземских дворян, упоминаемых в Тысячной книге и Дворовой тетради. Кроме спорной хронологии, не совпадает последовательность употребления имен в источниках, обычно определяющих старшинство упоминаемых лиц. У «малоярославцев»: Васюк, Проня, Офрем, у «вяземцев» же Прокофьевичи — впереди Васильевичей. Не говоря уже о том, что Проня — это чаще уменьшительное от «Прохор», а не «Прокофий». Кроме того, совершенно нельзя исключать вариант, что два рода однофамильцев Хитрово достигли «сродственного согласия» на взаимовыгодных условиях, закрепив согласие придуманной легендой об «общем» родоначальнике. Наличие безымянного брата Солохмира в семейных преданиях его потомков оказалось для этой цели как нельзя кстати.
Чьими бы потомками не были на самом деле дворяне Хитрово, малоярославского вотчинника или виленского купца (либо обоих сразу), одно можно утверждать достаточно уверенно — потомками мифического «Едугана Сильно Хитра» они точно не были.
Официально утвержденный герб Хитрово представляет из себя компиляцию польских гербовых фигур Pielesz и Trójstrzał. Однако, судя по описанию, на серебряной тарелке, принадлежащей боярину и оружничему Богдану Матвеевичу Хитрово, занимавшему эту должность в 1667—1676 г. изображались три скрещенных меча, из которых средний меч держала рука (герб Herburt измененный).

[Alexios]

Немного отдохнем от "ордынцев". Поговорим о родах старомосковского боярства. Вот, к примеру, "потомки" Андрея Кобылы:
Сухово-Кобылины.

Из этого рода происходил выдающийся российский драматург Для просмотра ссылки Зарегистрируйтесь (1817 - 1903). В справках к изданиям его произведений или биографии указывается на происхождение от легендарного Андрея Ивановича Кобылы, якобы выехавшего "из Прус" предка династии Романовых. Именно эта версия и была представлена в ПРД Разрядного приказа в конце XVII века представителями рода Сухово-Кобылиных. В родословной росписи Сухово-Кобылины приписались к вымершей к концу XVII в. ветви потомков Ивана Александровича Хлуденя, внука Андрея Кобылы. В Росписи 1776 г., приложенной к новиковскому изданию "Бархатной книги", значится:
"Кобылины. Выехали из Прусии. Выехавший прозывался Андрей Кобыла, потомки его писались Кобылины и Сухово-Кобылины, а в 7065 (1556) предку их пожаловано во Пскове Кобылье Городище. Родословная их под № 283."
Однако, никто из действительных потомков Андрея Кобылы (Боборыкины, Кокоревы, Колычевы, Лодыгины, Романовы, Шереметевы и др.) фамилию "Кобылины" не употреблял - так названы только его ближайшие потомки и только в родословных.
Настоящим предком фамилии, по всей видимости, являлся новгородский помещик Иван Кобыла Александров сын Сухово, известный по писцовой книге 1500 года. В конце XV в. Иван Кобыла и Федор Александровы дети Сухово были испомещены в Каргальском и Егорьевском-Радшинском погостах Копорского уезда Водской пятины Новгородской земли. Их братья — Андрей, Василий, Борис, Иван Меньшой и Константин — были помещиками соседнего Ястребинского погоста. К 1500 г. двое из братьев (Андрей и Иван Меньшой) уже умерли, и их доля в поместьях перешла другим владельцам.
Интересно, что «Кобылиными Сухого» позднее писались не только потомки Ивана Кобылы, но и потомки его братьев. Например, в Тысячной книге 1550 года по Каргальскому погосту Водской пятины Новгородской земли записан дворовый сын боярский второй статьи Василий Федоров сын Сухово-Кобылин, сын упомянутого выше Федора Александрова сына Сухого. С 1559 до 1578/79 гг. упоминался в документах Василий Старый Константинов сын Кобылин Сухово, сын брата Федора Сухого, Константина Александровича. Именно его потомки и подали свою родословную роспись в ПРД. То есть, формально они даже не имели права писаться Кобылиными, поскольку не были прямыми потомками Ивана Кобылы. А настоящее происхождение Сухово-Кобылиных выясняется благодаря посольским документам Литовского и Московского великих княжеств. В 1511 г. московская сторона по меньшей мере дважды требовала отпустить членов семей участников восстания князей Глинских: жену Петра Фурсова с детьми, жену Мишки Александрова сына Сухого с дочерью и дочь Мишки Семенова сына Александрова. Очевидно, речь идет в том числе и об еще одном брате новгородских помещиков Александровичей Сухого, остававшемся на службе в ВКЛ до 1508 г., в то время как его братья в конце XV в. уже владели поместьями в Новгородских пятинах. Скорее всего, к этому же роду принадлежал мстиславский боярин Иван Сухой, упоминаемый в росписи литовского войска 1528 г.
Герб Сухово-Кобылиных представляет из себя Для просмотра ссылки Зарегистрируйтесь, который адаптировал для всех (кроме Романовых) потомков Андрея Кобылы первый герольдмейстер Российской Империи Для просмотра ссылки Зарегистрируйтесь.

[konrad karlovich]

А кто есть Давыд Прокофьев сын Сухово с сыновьями Борисом и Кузьмой, деревни которых вел. князя и отданы еще кому? Проходят по ПК Деревской пятины 1530-40х г.г.? Из собственно- новгородцев?

[Alexios]

konrad karlovich

А кто есть Давыд Прокофьев сын Сухово с сыновьями Борисом и Кузьмой, деревни которых вел. князя и отданы еще кому? Проходят по ПК Деревской пятины 1530-40х г.г.? Из собственно- новгородцев?

Так прозвище совсем не редкое. Потомство Прокофия Сухово - новгородцы. Как и Федор Никифоров сын Сухой-Калита, а также братья Михаил и Андрей Федоровы дети Сухие-Голянищи.
Кстати, и Кобылиных было несколько родов, кроме потомков Александра Сухого.

[Alexios]

Литвины, приписавшиеся к потомкам легендарного Редеги:
Лопухины.

Уже 1 февраля 1686 г. одной из первых в ПРД Разрядного приказа была подана родословная роспись дворян Лопухиных, позднее внесенная в Бархатную книгу. В 1770-х гг. при снятии копии выяснилось, что оригинал документа находился в довольно ветхом состоянии, при этом начало росписи с родовой легендой было утрачено. В Бархатной книге Лопухины были приписаны к клану "Редегичей", чья родовая легенда известна уже по Летописной редакции родословных книг 1540-х г.: "Приехал из Орды Редега ис Касуиские на князя Володимера на Мстиславича воиною. И на бою убил его князь Володимер Мстиславич. А с Редегою были на том бою два сына, Юрьи да Раман во крещение имя им. Приехали к Москве два царевича Редегины внучата царевы Касай-царевич да Сеундюк-царевич. Князь великий по их воли велел их крестить, и во крещении царевич Касай нареченныи Ондрей, а процвище Троящея. А царевич Сеундюк во крещение Иван, а прозвище Черменка..." Внуком Черменки в родословиях показан Михаил Сорокоум — боярин при Иване Калите, живший якобы в начале XIV века и имевший сына Глеба, внука Илью Глебовича, правнука Григория Ильича Глебова по прозвищу Слепой, и праправнука Варфоломея Григорьевича Глебова, у которого было два сына: Есип – по прозвищу Лапоть, считавшийся родоначальником Лаптевых, и Василий – по прозвищу Лопуха - якобы родоначальник Лопухиных. Однако, еще в конце XIX в. Н.П. Лихачев резонно полагал, что Лопухины (впрочем, как и Лаптевы) не имели родственного отношения к Сорокоумовым-Глебовым.
Лопухины выдвинулись при царе Василии Ивановиче Шуйском и первых Романовых благодаря служебной деятельности Никиты Васильевича и Лариона Дмитриевича Лопухиных, в связи с чем во второй пол. XVII века вошли в число наиболее состоятельных и влиятельных дворянских родов. Но особенно род Лопухиных возвысился благодаря браку в 1689 г. Евдокии Федоровны (Ларионовны) с царём Петром Алексеевичем. Для просмотра ссылки Зарегистрируйтесь, как известно, была бабушкой мальчика-императора Петра II, последнего Романова в мужском поколении.
Впервые в документах фамилия Лопухиных появляется в конце XV в. В духовной грамоте Ивана Ивановича Салтыка-Травина 1483 г. сын боярский Облез Лопухин упоминался как его должник. В Коломенском погосте Деревской пятины Новгородской земли по писцовой книге 1495/96 г. было поместье за Ивашкой Трубицей, Григорием, Тимофеем, Игнатом, Яковом и Григорием Меньшим Алферьевыми детьми Лопухина. В Вельевском погосте той же Деревской пятины писцовая книга отмечает поместье другой семьи Лопухиных: бывшими деревнями новгородских бояр Молоствовых владели братьея Ивашко, Васко и Копоть Матвеевы дети Лопухина. Трое других братьев Матвеевичей: Ефим, Илья и Федко — были испомещены в волости Демон Деревской пятины. В «Тысячную книгу» попал лишь один из Лопухиных — Гриша Тимофеев сын, новгородский сын боярский второй статьи, дворовой из Коломенского погоста Деревской пятины, внук Алферия Лопухина.
Судя по всему, на самом деле Лопухины происходили из Слонимской шляхты Великого княжества Литовского, где существовал род шляхтичей Лопухов. Так, согласно акту от 12 апреля 1513 г., Федец Станкович и Юшко Довнарович Лопухи «с братьею» доказывали свое шляхетское происхождение и право не платить «серебщину». К слову, наличие бывших шляхтичей из Слонимского повета ВКЛ на новгородских поместьях не может считаться уникальным явлением. Так, в те же годы в Вельевском и Еглинском погостах Деревской пятины Новгородской земли помещиками были Андрей и Некрас Порецкие — выезжие паны из того же самого Слонимского повета, владевшие в Литве имением Поречье.
Герб Лопухиных представляет из себя польский шляхетский герб Для просмотра ссылки Зарегистрируйтесь с переменой цветов.

[konrad karlovich]

Alexios

Есип – по прозвищу Лапоть, считавшийся родоначальником Лаптевых, и Василий – по прозвищу Лопуха - якобы родоначальник Лопухиных.

Вроде как Варфоломей Григорьев и есть Лапоть по версии БК.
А Лупандины, что от его племянника, Якова Лупанды, записаны, тоже приписанты или из настоящих Сорокоумовых-Глебовых?

[Alexios]

konrad karlovich

Вроде как Варфоломей Григорьев и есть Лапоть по версии БК.

Точно, Вафоломей Лапоть, а Осип - уже Лаптев. Мой косяк, сорри.

konrad karlovich

А Лупандины, что от его племянника, Якова Лупанды, записаны, тоже приписанты или из настоящих Сорокоумовых-Глебовых?

Лупандиных пока не "добил", но, очень похоже, что это муромцы, испомещенные в Бежецкой пятине (Объедовы - торопецкие помещики). А муромцы Лупандины - это, скорее всего, путные бояре Еленской волости Смоленского повета. Упомянутый в реестрах "вязней" Оршанской битвы Истома Иванов сын Лупандин, очевидно, не мог быть потомком Якова Лупанды Объедова, но вполне подходит в сыновья еленскому путному боярину Ивану Митину сыну Лупандеву из реестра 1480-х. Вариативность Лупандин/Лупандев не должна смущать - это две формы одной фамилии. Аналогично: Захарьин/Захарьев, Озарьин/Озарьев, Онаньин/Онаньев и т.п.